Амулет
Шрифт:
– Нет, – сказала она, – это должна сделать только эта девочка, – оставила аванс и ушла.
Амулет я должна была сделать для неё через три дня. Сделать и отнести в отель в старой части города. Когда она вышла, в нашей лавке раздались аплодисменты, я, не понимая в чём дело, обернулась.
– Поздравляю, – сказал мне патрон, – с первым заказом!
Но я почему-то подумала, что он сильно что-то недоговаривает. Амулет я сделала быстро, буквально за несколько часов. Просто взяла большую цепь из жёлтого золота, мы припаяли между звеньями специальные ушки, тоже из жёлтого золота и повесили на них бусины из бирюзы. И кусочки отполированных опалов в оправе. Получилось такое красивое, нежное колье, звенящее, как весна, лёгкое, как воздух, яркое и нарядное. Сама молодость. Абсолютно не хотелось выпускать
– Мерхаба, дорогая Марта, – сказала она. – Пойдём пить турецкий кофе!
– Я пью чай, – в тон ответила ей я.
Мы вышли из отеля и пошли вверх по улице. Стояла распрекраснейшая погода. Я очень люблю Стамбул. Бывает так – приехал человек в какое-то новое место, и оно ему не зашло: или климат, или настроение не то, соседи паршивые, обидят как-то. Ну не его это место. Бывает раз – и всё, и на всю оставшуюся жизнь. Так и у меня к Стамбулу. Раз – и любовь на всю оставшуюся жизнь. Я не знала, идя с клиенткой пить чай, что уже через несколько минут я стану совершенно другим человеком. Мой мир изменится до неузнаваемости. Я получу источник дохода, профессию, хобби и смысл жизни. Мне и так было интересно, не скучно жить, но тот мир, который открылся мне, сделал меня другим человеком.
В кофейне за углом оказался невероятно вкусный кебаб, отличный кофе, похлава на пять с плюсом и очень весёлые официанты. Они улыбались, строили глазки, всячески старались угодить, в первую очередь моей клиентке. Клиентка, которая, так сказать, инициировала меня в мир создателей амулетов. Это было самое увлекательное повествование, которое я слышала в своей жизни.
– Ты же внучка Мубашир? – спросила она, и, не дождавшись ответа, накрыла мою руку своей. – Я её хорошо знала, у тебя глаза похожи с ней и вообще вы похожи.
«Что за бред, – подумала я, – турчанка знает мою бабушку. Сейчас ей девяносто четвёртый год, она никогда не была в Турции, а эта дама, конечно, никогда не была в России».
– Ты знаешь, – продолжала она, – у бабушки твоей всегда в роду была необычная одарённая девочка. Через поколение, через три. Ты та самая девочка. У тебя совершенно особый дар. Ты можешь сделать амулет, это редкая, совершенно невероятная профессия. Делать амулеты на финансовую удачу, на приток денег, на здоровье, на что угодно, также ты можешь сделать амулет на любовь. Но здесь есть одно “но”. За всю свою карьеру можно сделать три амулета на любовь. Один амулет ты уже сделала – это мой. Извини, но по-другому нельзя было тебя инициировать. Остаётся еще два, и ты можешь их использовать, когда захочешь, но я бы рекомендовала тебе оставить один для себя, а второй для своего сына.
– Ого, – подумала я, – вроде пока и планов рожать сына не было.
– Амулеты на финансы и денежные притоки, амулеты от сглаза, на снятие блоков ты можешь делать совершенно
Мы провели в её номере весь вечер, ночь и половину следующего дня. Совершенно измотанная я вернулась домой, совершенно другим человеком. Человек с совершенно другим взглядом на жизнь.
Я еще некоторое время жила в Стамбуле и, когда учёба закончилась, вернулась в Россию. С тех пор прошла четверть века. Мои амулеты жили и работали по всему миру, они помогали людям, делали мир лучше. Единственное, что я не делала никогда принципиально, ни за какие финансовые возможности я не делала амулет на негатив. Это было совершенно не моё. И это тоже было определённой платой за полученные знания.
Глава 8. Димитрий
Я совершенно забыл про Злобову, но как-то ближе к лету она позвонила и попросила помочь ей с переездом. Выяснилось, что её мать, которая бросила их в раннем детстве, внаглую продала квартиру, в которой эта несчастная молодая мамашка жила. Продала цыганам, они вытолкали несчастную Злобову взашей вместе с грудным ребёнком. Мамашка, выручив пятьдесят тысяч, укатила в Италию с очередным любовником. Вот ведь старая стерва! Злобова сняла старую обшарпанную халупу неподалёку и переселилась в неё. Со всеми своими кровными пожитками. Руст, недавно женившись на дочери мэра, самоустранился. Я слышал, как он гнул пальцы в какой-то тусовке, что он никогда не видел своего ребёнка и не планировал его видеть вообще.
Я попросил водителя с работы помочь перевезти габаритные вещи, а сам погрузил в свою машину Злобову, её ребёнка и несколько пакетов вещей.
Новое жильё оказалось страшнее старого. Я помог выгрузиться, закрыл дверь за ними и слегка её прихлопнул. Были бы у меня мозги, я закрыл бы её раз и навсегда. Но я тупой баран, как оказалось, хотя всегда считал себя самым умным, самым красивым. Если б я только мог знать, что мои благие намерения приведут меня в скором времени к нищете, заниженной самооценке и инфаркту, я бы громко хлопнул этой рваной дверью этой обшарпанной конуры и никогда в жизни больше не появился бы в этом райончике.
В общем, в начале я её перевёз, потом увидел, что там холодно и голодно, снял квартиру, потом купил, потом детсад, затем право водить ребёнка в сад, затем Мазда X5, потом норка, соболь, бриллианты. Вы скажете, чем я думал, взбираясь на грязную, неграмотную девку? Я думал не головой – пенисом и печенью. Она поила меня каждый вечер, поила и практически насиловала мой пьяный труп. Вначале мне это всё нравилось, я сам не заметил, как втянулся, медленно становясь алкосексоголиком. Всю глубину своего падения я не понял и через полгода, когда первый раз в жизни поплёлся в банк и взял большой кредит. Закрыть долговую яму, перед которой был поставлен. Затем маленький, потому что Злобовой понадобился новый Айфон. И зачем-то туфли на шпильке в январе за пятьсот баксов. Я еще продолжал инерционно прилично одеваться и питаться в ресторанах. Но это была такая непонятная инерция на кредитные карты. Всё закончилось спустя полгода в январе. Я приехал в дом к Злобовой, да я купил ей дом, лошара. В доме была тишина, свечи, цветы в вазе в холле. Я был пьян, да, я пил за рулём. Пил с утра, я честно скатился в свинское состояние. Она сидела в холле на первом этаже, раскинул в стороны свои рыхлые ляжки на большом кожаном кресле. Между ног её старательно делал массаж Руст. Приехали! Почему-то память, услужливая сволочь, не сохранила, что было после.
Зайдя в этот дом в январе, я очнулся в середине февраля. У себя в квартире. Артур бил меня мокрой тряпкой по лицу и очень страшно орал матом.
– Стоило мне уехать на год, как ты превратился в конченое говно.
Он был чертовски прав. Я превратился в говно, я был конченое говно.
Отрезвев, я выяснил, что пока я пил, я думал как пьяная гайка, которая резьбе не хозяйка. Я срезал резьбу до нуля или в минус. Это еще предстояло выяснить. В любом случае, я был беден, да еще нездоров психически и физически очень сильно потерял форму. Вначале дико тосковал по Злобовой, затем резко ненавидел её. Мне пришлось очень сильно постараться, чтобы перевести эмоции в полное равновесие.
Конец ознакомительного фрагмента.