Аметист (Том 1)
Шрифт:
– Ты не знаешь Стефана.
– Еще как знаю. Мы с Танкреди знаем его достаточно хорошо.
– Знаете?
– Джесс забыла о своей злости и, потрясенная, наклонилась вперед. Жизнь Стефана до того, как случилась история с передозировкой, была для Джесс закрытой книгой.
"По очевидным причинам мы не поощряем его старых знакомств", говорила Андреа.
– Расскажи мне о Стефане, - попросила Викторию Джесс.
Та криво усмехнулась:
– Рассказать? Ну что ж, слушай. Стефан был прекрасен, очарователен и совершенно дик.
Джесс подумала о том, была ли Виктория любовницей Стефана, и пришла к выводу, что, наверное, была. Но почему, почему это случилось с Викторией, а не с ней, с Джесс!
Почему тогда не она встретилась со Стефаном?
– Но это, пожалуй, и все, - сказала Виктория.
– В следующую нашу встречу Стефан уже не узнал меня. Так же как и Танкреди. Хотя мы и прожили бок о бок несколько недель. Так вот, о Катрионе.
– Виктория осторожно сменила тему разговора.
– Я вам говорила, что виделась с ней в Лондоне. И вы должны обо всем знать. Может быть, даже надумаете позвонить ей. Она несчастна.
Гвиннет не смогла представить себе Катриону несчастной.
– Кроме того, Катриона беременна, - добавила Виктория.
– И в чем же проблема? Джонатан? Он что, не хочет ребенка?
– Разумеется, хочет. Особенно мальчика. Но ты права, дело тут в Джонатане. Дело в том, что Катриона кое-что о нем узнала.
Заинтригованные Гвиннет и Джесс смотрели на Викторию во все глаза.
– Что узнала?
– рискнула спросить Джесс.
Виктория вновь уставилась на разбитый каркас.
– Что Джонатан - гомосексуалист.
В воздухе повисла продолжительная пауза. Потом Гвиннет замотала головой:
– Просто кошмар. Не может быть! Джонатан?
– А ты уверена?
– обескураженная, спросила Джесс.
– Это действительно так?
– Мысленно она попыталась вспомнить, с каким лицом Джонатан смотрел на других мужчин.
– Где это случилось? Когда? Ты об этом знала, да?
Виктория кивнула.
– А откуда ты узнала?
– поинтересовалась Гвиннет.
– Катриона нашла письмо от любовника Джонатана и попросила меня помочь. Но чем я могла помочь?
– Почему ты?
И тут Джесс вспомнила. Ну конечно же, это случилось у Катрионы на балу.
– Потому что письмо было от Танкреди.
Стеклянная дверь у них за спиной отворилась, и кто-то шагнул на причал. Но пораженные подруги ничего не слышали вокруг. Джесс теперь размышляла о характере отношений между Танкреди и Стефаном в Париже: "Они с Танкреди крепко подружились".
Гвиннет издала истерический смешок.
– Нет! Это никак не может быть Танкреди! Невозможно! Я точно знаю невозможно! Я спала с Танкреди. Мы занимались любовью весь день.
– Ах, вот оно что!
–
– Бейлод, прошу тебя...
– Вставай. Мы уходим.
Джесс схватила Бейлода за руку.
– Все это было давно.
Бейлод раздраженно оттолкнул Джесс.
– Гвиннет...
– Гвин, если ты останешься с этим человеком, он убьет тебя, - ровным голосом предупредила Виктория.
В дверях послышался новый голос:
– Мисс Джессика Хантер! Есть здесь мисс Хантер?
К ним подошел коротко стриженный человек лет тридцати пяти в коричневом костюме. В толпе гостей Майки Зейла он выглядел точно обычный воробей в клетке с разноцветными тропическими птицами.
– Мисс Хантер? Я - офицер Пол Гриссон. Мне нужно срочно поговорить с вами. Прошу вас, пройдемте со мной.
– Гриссон отступил назад и пропустил Джесс в дверь перед собой. Тон полицейского был извиняющимся, словно Гриссон стыдился самого себя.
– Это очень срочно, мисс Хантер.
***
Гвиннет вяло опустилась на гидропостель.
– Я должна была пойти с Джесс. Должна...
– Вовсе не должна. Ты бы ничем не помогла. Только мешалась бы.
– Но я...
Бейлод замотал кудлатой головой:
– Нет.
– Он был все еще в своей потертой кожаной куртке, лицо его искажала гримаса отчаяния и горя. Заложив руки за спину, Борис принялся описывать шагами на полу аккуратный прямоугольник.
– Ты нужна мне.
Потрясенная Гвиннет вытаращила на Бейлода свои прекрасные аметистовые глаза. Бейлод еще раз прошелся по периметру.
– Ты ей поверила?
Гвиннет отвернулась и вновь подумала о связи Танкреди с Джонатаном.
– Ты поверила ей? Господи, я мог бы убить эту бабу.., и я должен был это сделать, если бы не появился ее дружок и не увел с собой.
Бейлод плакал.
"Боже мой, он плачет, - подумала Гвиннет, - Натурально плачет. Самые настоящие слезы".
– Гвиннет, я никогда не причиню тебе зла. Я никогда, никогда.., ты должна верить мне. Я люблю тебя. Я просто не могу делить тебя с кем-либо. Ты - моя. Прошу тебя, Гвиннет, верь мне. Ты нужна мне, Гвиннет. Прошу тебя...
Гвин обняла Бориса, чувствуя, как его тщедушное тело содрогается от рыданий.
– Все хорошо. Успокойся.
– Гвин принялась гладить растрепанные волосы.
– Я тебе верю.
– Он умер полчаса назад, - отрешенным голосом сообщила Андреа.
Они с Максом сидели рядышком на штампованных зеленых металлических стульях, безжалостный больничный свет делал их лица мертвенно-бледными.
– Его сердце уже было ослаблено, - добавил Макс.
– Еще в первый раз.
– Что это было?
– спросила Джесс.
– Кокаин.
– Взгляд Макса застыл на висевшем на противоположной стене плакате, призывавшем бороться с курением, - единственном украшении больничного коридора.
– Парадизо дал ему кокаин. И не только понюхать.