Американский таблоид
Шрифт:
— Да уж пробью, пусть даже ты сто лет как не помшерифа и вообще-то мне не следовало бы.
— Ты — настоящий друг.
— Это точно, друг, — особенно после того, как ты…
— Это Дэрлин Шофтел, Д-Э-Р-Л-И-Н, Ш-О-Ф-Т-Е-Л, последний известный адрес — Норт Альта Виста, дом 1541, Лос-Анджелес.
— Я знаю, что делать, Пит. Не клади трубку.
Пит ждал. То и дело вспыхивали огни в том самом доме — федералы под прикрытием за работой.
Карен снова заговорила:
— Дэрлин Шофтел, белая, дата рождения 9.03.32. В розыске не находится, судимостей не имеет. В автоинспекции на нее ничего нет, но зато есть в отделе
— И это все?
— Для одного телефонного звонка — неплохо, ты не считаешь?
Пит повесил трубку. Увидев, как в доме разом погасли огни, он посмотрел на часы.
Вышли Бойд и Литтел и забрались в машину. Ровно шестьдесят минут — мировой рекорд скоростной установки прослушки.
Они уехали. Прислонясь к телефонной будке, Пит принялся размышлять.
Сол Мальцман выработал собственный, неведомый федералам, план. Бойд приехал в город, чтобы предупредить его касательно убийства Гретцлера и поставить прослушку в доме «девушки по вызову». Бойд — скользкий лжец: «У меня есть источник в Маклеллановском комитете».
Бойд знал, что это он убил Гретцлера — свидетеля комитета. Бойд сообщил мистеру Гуверу о том, что он убил Гретцлера. Гувер ответил: а мне-то что.
Автомобиль Бойда: заказан Маклеллановским комитетом. Гувер: известный своей антипатией к Бобби Кеннеди и непревзойденный мастер всяких хитрых уловок. Бойд образован и не лишен лоска — он должен отлично внедряться в различные организации.
Вопрос № 1. связано ли его задание внедриться в комитет с установкой «жучка»? Вопрос № 2: если на этом можно будет навариться — кто подпишет мой чек?
Может быть, Джимми Хоффа — главная мишень Маклеллановского комитета. Фред Турентайн сможет продублировать «жучки» федералов и записать все то, что они услышат.
Пит увидел три значка доллара: $$$ — точно джек-пот на игровом автомате.
Он поехал домой — в свою дорогостоящую «конуру». Гейл была в галерее — огонек ее сигареты то подпрыгивал, то нырял, точно она шла быстрым шагом.
Он припарковался и вошел. Он пнул ногой переполненную пепельницу и рассыпал окурки на шикарные розовые кусты.
Гейл отстранилась. Пит тихо заговорил с ней мягким голосом.
— Давно здесь?
— Да несколько часов уже. Сол звонил каждые десять минут, умоляя вернуть досье. Он сказал, что ты избил его и украл эти папки.
— Ничего личного.
— Он был как сумасшедший. Даже страшно слушать.
Пит взял ее за руки:
— Тут холодно. Пошли-ка в дом.
— Нет. Не хочу.
— Гейл…
Она вырвалась:
— Нет! Я не хочу возвращаться в этот огромный жуткий дом!
Пит защелкал суставами пальцев:
— С Солом я разберусь. Больше он тебя не побеспокоит.
Гейл рассмеялась — хриплым, странным и непонятным смехом.
— Знаю, что не побеспокоит.
— Что ты хочешь сказать?
— Он мертв. Я перезвонила ему, хотела успокоить немного, — а трубку взял полицейский и сказал, что Сол застрелился.
Пит пожал
Гейл побежала к своей машине. Она резко тронулась с места, выворачивая на дорогу, едва не задев женщину с детской коляской.
5.
(Вашингтон, округ Колумбия, 7 декабря 1958 года)
Уорд был смертельно напуган. И Кемпер знал, отчего: о приватных аудиенциях мистера Гувера слагались легенды.
Они ждали во внешнем кабинете. Уорд сидел тихо — даже, кажется, не дышал. Кемпер знал: он опоздает ровно на 20 минут.
Он хочет, чтобы Уорд как следует перетрухнул. И пригласил сюда меня, чтобы закрепить эффект.
Кемпер уже доложил по телефону: установка «жучков» в квартире Шофтел прошла без сучка и задоринки. Одному из лос-анджелесских агентов было поручено следить за «жучками», прослушивать записи на посту подслушивания и передавать особо примечательные из них Литтелу в Чикаго. Спец по «жучкам» Уорд тщательно пересортирует их, и избранное увидит мистер Гувер.
Джек должен был появиться в Эл-Эй не раньше девятого декабря. Дэрлин Шофтел обслуживала четырех клиентов за ночь — агент, который следил за постом прослушки, восхищался ее выносливостью. В «Лос-Анджелес Таймс» появилась короткая заметка о самоубийстве Сола Мальцмана. Мистер Гувер заметил: должно быть, Пит Бондюран «уволил его» в слишком грубой форме.
Уорд закинул ногу на ногу и поправил галстук. Чего делать не следовало: мистер Гувер не терпит лишних движений. Он приказал нам прийти сюда, чтобы наградить тебя — так что старайся не суетиться.
Вошел Гувер. Кемпер и Литтел встали.
— Доброе утро, джентльмены.
Они ответили:
— Доброе утро, сэр, — в унисон, без нахлеста.
— Боюсь, времени у нас немного. У меня назначена встреча с вице-президентом Линдоном Джонсоном.
Литтел сказал:
— Для меня большая честь быть здесь, сэр.
Кемпер едва не скривился. Комментарии тут не приветствовались, даже самые подобострастные.
— Мое расписание вынуждает меня быть кратким. Мистер Литтел, я ценю работу, которую вы и мистер Бойд проделали в Лос-Анджелесе. В награду я даю вам место в программе ФБР по борьбе с организованной преступностью. Я делаю это, несмотря на неудовольствие специального агента-командира Лиги, который полагает, что вы больше подходите для слежки за подозреваемыми в политических преступлениях. Насколько я понимаю, мистер Литтел, вы считаете коммунистическую партию США импотентной, если не «выморочной». Я считаю подобную позицию опасной и неразумной, однако искренне надеюсь, что со временем она изменится. Теперь вы стали моим личным коллегой, однако я должен предупредить вас: вы не должны поддаваться соблазнам опасной жизни. Ибо вы отнюдь не столь благоразумны, как мистер Бойд.
6.
(Вашингтон, округ Колумбия, 8 декабря 1958 года)
Литтел, сидя в банном халате, занимался бумажной работой.
Он делал ее, ликующе страдая похмельем: они отмечали его новое назначение шампанским «Кордон руж» и виски «Гленливет». Последствия пирушки были налицо — пустые бутылки и тележки с нетронутой едой.
Кемпер воздержался от чрезмерных возлияний. Он — нет. «Краткость» Гувера задела его: шампанское и виски позволили ему смеяться над ней. Кофе с аспирином мало помогали от похмелья.