Шрифт:
1
Боже, когда же все это кончится, помоги мне! — думала про себя Кейт Браун, умирая от страха. А рядом вопил от восторга ее сын, когда вагончик, в котором они сидели, внезапно провалился в пропасть, а затем снова взмыл вверх и на какое-то мгновение они повисли вниз головой.
Усилием воли Кейт заставила себя открыть глаза — мир вокруг нее вращался на бешеной скорости.
— Держись за поручень, кому я сказала! — истерично прокричала она, судорожно вцепившись
— Ну, мама... — обиженно проворчал Ник, однако подчинился.
Кейт снова крепко зажмурилась, когда вагончик совершил очередную головокружительную петлю. У моего сына длинные кисти рук с узкими пальцами, отметил ее взбудораженный мозг, точь-в-точь как у меня.
Ник вообще был очень похож на нее, только костяшки его пальцев не были такими белыми от напряжения и его не мутило: в отличие от своей побледневшей матери мальчик улыбался во весь рот, получая огромное удовольствие от катания на американских горках. Свое бесстрашие он унаследовал явно не от меня, разве что от моих родителей. Но вот кому Ник обязан своим покоряющим обаянием? Только не его отцу, с содроганием подумала Кейт.
Она выбрала неподходящий момент, чтобы вспомнить об этом подонке, — ей и без того было сейчас тошно. И молодая женщина без особого труда переключилась на аттракцион. Когда вагончик замедлил скорость и остановился, она облегченно вздохнула: слава Богу, кошмар закончился.
Когда они уже вышли за ограждение, Ник с горящим от возбуждения лицом попросил:
— Можно еще раз, мама? Это так здорово!
Кейт, еще не оправившись от только что пережитого сумасшествия, изумленно уставилась на сына.
— Ты хочешь, чтобы у меня случился разрыв сердца?
Мальчик улыбнулся, сверкнув изумрудными глазами.
— Но ведь тебе же на самом деле понравилось, — попытался он убедить мать. — А если мы еще разок прокатимся, тебе понравится еще больше!
— Нет, милый, одного раза вполне достаточно. И потом, парк уже закрывается, — сказала Кейт, подталкивая сына к выходу. — Если ты хочешь искупаться перед ужином, то нам надо поторопиться. Здесь рано темнеет.
Ник сделал кислую мордашку и снисходительно бросил:
— Ладно уж, пошли.
Кейт рассмеялась и потрепала сына по голове. Опустив руку, она вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд и, обернувшись, встретила взгляд серых глаз, отливавших стальным блеском. Они быстро пробежали по ее фигурке и переместились на ребенка.
— Привет, Кейт! — сказал Патрик Садерленд.
Страх стальным обручем сковал ее горло. Словно сквозь туман услышала Кейт удивленный возглас Ника и почувствовала, как сильные руки подхватили ее и, подняв на мгновение над землей, прижали к широкой твердой груди.
До сознания Кейт, ощущавшей обволакивающее тепло мужского тела
— Это у нее от шока. Она сейчас придет в себя.
Кейт заставила себя очнуться и, сделав резкий вдох и наполнив легкие кислородом, попыталась отстраниться от Патрика. Но тщетно — его объятия были крепче железных оков.
— Обопрись на меня, Кейт, — тихо произнес Патрик.
— Ник — в отчаянии прошептала она.
— С ним все в порядке.
— Мама? — услышала Кейт дрожащий голос сына.
Она открыла глаза и посмотрела на Ника. Он был высоким для ребенка, которому не исполнилось и шести лет. Сейчас на его лице сквозь загар проступала заметная бледность.
Несмотря на шок, Кейт ни на минуту не забывала, в чьих объятиях находится.
— Должно быть, я перегрелась на солнце, — хрипло пробормотала она, судорожно глотая ртом воздух.
— Я говорил, чтобы ты надела шляпу, — с укором заметил Ник и озабоченно спросил: — Тебе уже лучше?
— Да-да, все хорошо, милый.
— А зачем он тогда тебя держит?
— Не волнуйся, уже не держит, — успокоила она сына, отстраняясь от Патрика.
Патрик отпустил Кейт, но его длинные сильные пальцы продолжали поддерживать ее за локоть. Его прикосновение, его близость обжигали женщину, лишая способности трезво мыслить. Я должна бежать отсюда! — мелькнула у нее в голове паническая мысль.
Слишком неожиданной оказалась для Кейт эта нежелательная встреча, к тому же ее, очевидно, потрясло суровое выражение лица Патрика. Но прежде чем она смогла отреагировать на вспышку гнева в его глазах, он опустил густые ресницы, а когда снова поднял их, его взгляд уже был непроницаемым.
— Тебе надо чего-нибудь выпить. Пойдем.
Кейт был знаком этот властный тон. Она могла сколько угодно протестовать, возражать, отказываться, но это ничего бы не изменило. Патрик всегда умел подчинять себе людей. За те семь лет, что прошли со времени их последней встречи, его лицо стало еще более значительным. Уже тогда, в двадцать четыре года, он обладал харизмой, за которой угадывалась огромная сила. Теперь его потрясающее обаяние стало несравненно более притягательным, властным и подавляющим.
Кейт ощутила непонятное волнение в крови. Она простерла руку к сыну. Ник, бросив на незнакомца опасливый взгляд, вложил свои горячие пальчики в ладонь матери. Она сжала детскую ручонку и почувствовала ответное пожатие. С лица мальчика исчезло тревожное выражение.
— Да, — сказал Ник, — тебе надо выпить чаю.
— Хорошо.
Втроем они двинулись к кафе. Кейт старалась выглядеть спокойной, хотя внутри у нее все дрожало. Как Патрик оказался здесь? Может, он живет теперь в Австралии, на Золотом берегу?