Америка справа и слева
Шрифт:
Мы, конечно, представляли себе, что тридцать пять лет совсем не шуточный срок в человеческой жизни и что, увы, многих уже не найти…
В Нью-Йорке мы разговаривали с людьми, знавшими инженера фирмы «Дженерал электрик» С. А. Трона, который вместе с женой сопровождал наших писателей в поездке по Соединенным Штатам и который был выведен в книге под именем мистера Адамса. О Троне-Адамсе нам рассказывали его близкие друзья — хорошо известный у нас в стране американский публицист Гарри Фримен и бывший генерал царской армии, заместитель военного министра Временного правительства Виктор, Александрович Яхонтов.
Гарри
— Трон очень внимательно следил за строительством нового общества в Советском Союзе, — рассказывал нам Гарри Фримен. — В поисках правдивой информации он часто приходил в нью-йоркское отделение ТАСС. В те годы в ТАССе работали два человека: я и еще один американец. Тогда в Соединенных Штатах не было ни одного советского журналиста. Не было и советского посольства: американское правительство никак не могло решиться на признание Советского Союза. В помещении ТАСС Трон и познакомил меня с Ильей Арнольдовичем Ильфом и Евгением Петровичем Петровым, которых он привел с собой.
Виктор Александрович Яхонтов, старейший советский патриот, живущий в Америке с 1918 года, сообщил нам:
— Мы познакомились с Троном на одной из моих публичных лекций о Советском Союзе. Потом, в тридцатом году, мы встретились в Москве. Он уже успел поработать на Днепрострое, в Сталинграде и Челябинске. Вместе с ним в Москве был его сын от первого брака, тоже инженер-электрик.
Трон был точно таким, каким он нарисован в «Одноэтажной Америке», — продолжал Яхонтов. — Перед второй мировой войной, начало которой, как вы, наверное, помните из книжки, он предсказал с ошибкой всего на один лишь год, этот непоседа успел побывать и поработать в Китае, Индии и Швейцарии.
Последний раз мы встречались с ним уже в конце войны, — вспоминал Виктор Александрович. — Он собирался переехать из Нью-Йорка в Янгстаун, что в штате Огайо, к родственникам жены, выведенной в «Одноэтажной Америке» под именем Бекки. Он позвонил мне. Мы сговорились с ним пообедать, встретились и не смогли расстаться до поздней ночи. Он уже был довольно больным человеком, старость давала себя знать, но в душе он оставался все тем же «мистером Адамсом» — энергичным, любознательным, интереснейшим собеседником.
После войны Яхонтов потерял связь с Троном. Знает только, что дочь его, несколько раз упомянутая в «Одноэтажной Америке», училась в Швейцарии. Сын от первого брака работает где-то в Латинской Америке.
Другие люди говорили нам, что инженер Трон переехал в Англию и там умер. Сейчас ему было бы девяносто восемь лет…
Умер верный друг Советского Союза Альберт Рис Вильямс, талантливый американский публицист, вместе с Джоном Ридом совершивший поездку в нашу страну во время революции.
Покончил жизнь самоубийством Эрнест Хемингуэй, устроивший Ильфу и Петрову посещение знаменитой тюрьмы Синг-Синг.
В городе Оклахома-Сити никто не мог что-либо сообщить нам о судьбе столяра Робертса, которого Ильф и Петров увидели в тяжелую для него жизненную минуту. Мы так и не узнали, что сталось с инженером Рипли, хозяином электрического домика в Скенектеди, с хвастунишкой капитаном Трефильевым, с боксером и полицейским провокатором Шарки.
И все-таки мы не теряли надежд. Наши поиски шли не без успеха. В Организации
Ширли Темпл снималась с тех пор еще в двух десятках картин. А когда подросла, оказалось, что актриса она весьма посредственная, и Голливуд от нее отвернулся.
В 1968 году миссис Блэк, уже мать нескольких детей, выставила свою кандидатуру в конгресс США от штата Калифорния.
Давнишние портреты кудрявой девчушки снова замелькали в газетах и журналах. Только на этот раз уже не Голливуд, а военно-промышленные корпорации Калифорнии эксплуатировали популярность Ширли Темпл, словно внезапно забивший нефтяной фонтан. Естественно, что миссис Блэк вела избирательную кампанию под лозунгами: «Разбомбим Ханой! Всыплем коммунистам! Вооружаться, вооружаться и вооружаться!»
В конгресс бывшая киноактриса не попала: она провалилась на выборах. Победил ее соперник, бывший морской офицер, обещавший избирателям, с одной стороны, «твердую политику», а с другой — «поиски путей к почетному миру во Вьетнаме».
Но миссис Блэк тоже не была забыта. Когда Ричард Никсон стал президентом, он назначил ее представителем США в один из комитетов Организации Объединенных Наций.
В Голливуде мы хотели повидаться с киноактрисой Бетти Дэвис, но, к нашему огорчению, не застали ее дома: она снималась где-то в Европе. Это та самая Бетти Дэвис, о которой Ильф и Петров писали: «Еще в каком-то павильоне мы увидели артистку Бетти Дэвис, которую наши зрители знают по картине «Преступление Марвина Блейка». Она сидела в кресле и негромко, но сердито говорила, что вот уже десять дней не может найти часа, чтобы вымыть волосы. Некогда! Надо «выстреливать» картину.
— Я должна сниматься каждый день, — утомленно говорила она, по привычке улыбаясь ослепительной кинематографической улыбкой».
Сейчас Бетти Дэвис снимается значительно реже. Это, впрочем, не мешает ей оставаться на голливудском небосклоне звездой первой величины. И по заслугам. Мы видели две картины с ее участием и можем это подтвердить…
Когда мы, перевалив через Скалистые горы, оказались в Таосе, Москвич вспомнил, что в этом городе жила знакомая Ильфа и Петрова.
Он извлек из кармана спецблокнот, открыл алфавитный листок на букву «Т» и прочел:
«Таос. Фешина, жена художника. Глава «Встреча с индейцами. Страницы 221–223».
Пока служитель бензостанции, молодой, шустрый мексиканец, занимался нашей машиной, которая требовала квалифицированного технического осмотра после долгого и трудного пробега по крутым горным дорогам, мы решили еще раз прочитать странички «Одноэтажной Америки», посвященные Таосу. Мы зашли в ближайшее кафе, заказали по стакану молока и раскрыли книгу.
«… Из двух тысяч таосского населения около двухсот человек — это люди искусства, — прочли мы. — Они пишут картины, сочиняют стихи, создают симфонии, что-то ваяют. Сюда манит их обстановка: дикость природы, стык трех культур — индейской, мексиканской и пионерской американской…»