Амазонки

Ернев Олег

– Поздравляю тебя, Лидия – сказала Виктория. – Вы – истинные амазонки. Жаль, что враг оказался слишком слаб, мы бы им показали, на что способны. Громобой, я вижу, у тебя улов?

– Да какой это улов, Царица. Так, мелкая рыбешка, мяучит что-то жалкое. Драться вообще отказался, сам в пасть ко мне прыгнул.

– Ну, что ж – сказала Виктория. – Поздравляю всех с победой. Эй, запевалы: нашу

триумфальную песню.

И амазонки грянули мощным хором:

Мы амазонки. Мы не любим слез.Не знаем страха и не знаем поражений.Удача с нами. С нами верный пес.Они особенно нужны в пылу сражений.Мальчишки! Как мы ненавидим ихза то, что треплют девочек за косы.Мы взяли в плен вот этих четверыхи отомстим за все девичьи слезы.

– А теперь – сказала Царица амазонок, когда песня закончилась, – пленники, на колени.

– Что? – удивился Босс. – На колени?

– Как на колени? – воскликнул Прилипала.

– Какие еще к черту колени? – вскричал Цыпа. – Сами вставайте, а мы… – Он не успел докончить, как девчонки силой принудили их опуститься на колени.

– Как мне хочется дать ей в глаз, этой царице! – сквозь зубы прошипел Прилипала.

– У тебя была такая возможность – ответил Босс. – Только ты ее не использовал.

– Да ладно тебе, Босс, у тебя самого вон какой фингал под глазом.

– Как противно – всхлипнул Цыпа. – Словно мы рабы.

– А мы и есть рабы – ответил Прилипала.

– Я домой хочу – захныкал Цыпа. – Домой.

– Прекрати ныть – зло ответил Босс. – А то я сам тебе врежу.

– Конечно, девчонок боишься, так теперь на меня.

– Кто боится?

– Ты боишься.

– Прекратить разговоры! – крикнула Лидия и так потянула за веревки, что все трое растянулись на земле. – А ну подняться! Встать на колени, как стояли. Мальчики выполнили требование.

– А теперь – целовать мою руку в знак покорности – потребовала Царица, и протянула свою руку.

– Ты ее вымыла? – язвительно улыбнулся Босс и тут

же получил такой удар по губам, что на них выступила кровь. Больше он шутить не отважился и, утерев кровь рукавом рубашки, прильнул разбитыми губами к руке Виктории. Прилипала и Цыпа сделали то же самое.

– Теперь, мою – сказала Лидия. – Это я вас пленила.

Пришлось целовать и ее руку. И руки Толстушки, и Тигрицы, и Пантеры, и Ящерицы. Этому целованию рук, казалось, не будет конца.

– А ты, противный котище, целуй мою лапу – грозно сказал Громобой Мефодию.

– Что? Я? Лапу? – негодующе воскликнул кот. – Сто чертей мне в печенку! Мне, коту, и лизать какой-то псиный коготь? Какая слава пойдет обо мне среди всех котов в мире?

– Ты будешь первым котом, целующим лапу пса в знак смирения и покорности. – Ответил Громобой.

– Какой покорности? Какого смирения? Да я… – начал было Мефодий, но получив оплеуху, мгновенно сменил тон. – С превеликим удовольствием – закончил он, и с ненавистью приложился к протянутой лапе Громобоя.

– Вот так-то лучше – промолвил тот.

– Эх, Босс – укоризненно сказал Мефодий. – Кто просил тебя трогать зеркальце?

– Этого – на кухню. Царица ткнула пальцем в Босса. – Пусть там моет посуду.

– Кто? Я? – вскричал Босс. – Да чтобы я и посуду… – но получив крепкий подзатыльник, от которого загудело в голове, быстро переменил мнение. – Согласен. Иду.

– А этого… – Виктория грозно посмотрела на Прилипалу. – Этот будет… уборщицей.

– Что-о-о?! – взревел Прилипала. – Я? Уборщицей! Да я в жизни… – сильный толчок в спину, и он тоже мгновенно меняет решение. – Буду. Согласен. Давайте швабру.

– А этот – Виктория указала на низкорослого Цыпу. – Этому ничего не остается, как быть прачкой.

Помня о подзатыльниках, Цыпа мгновенно согласился. Мальчишек увели, и возбужденные амазонки, радуясь легкой победе, под смех и радостные выкрики разошлись по своим хижинам. Виктория, наказав Громобою стеречь кота, и дав задание Лидии готовить девочек для завтрашнего боя с диким вепрем, тоже ушла отдыхать.

– Ну а ты… – начал было пес, обращаясь к Мефодию, но тот его опередил.

Конец ознакомительного фрагмента.