Амазонка
Шрифт:
Она кивнула девушкам и те суетливо забегали. Их было всего пятеро. Трое из них имели круглые животы, тянувшие месяцев на пять. Ну прям конвейер.
Стоило самой одетой уйти, как девушки набросились на меня с расспросами. Они перебивали друг друга, не давая мне ответить. Да и говорить мне не особо хотелось. Зато из обрывков фраз я узнала, что они такие же туристы, попавшие под обстрел.
И тут я впервые за год обрадовалась тому, что отбилась от группы и осталась одна, ведь не известно, во что бы превратились мы, попав на остров
Девушки помогли мне вымыть тело подогретой на костре водой, нарядили меня в белое хлопковое платье и вернули мое ожерелье.
— Откуда у вас все это?
— Успели спасти с корабля. Да и бывает к берегу приносит что-то…
Надо же, у них даже расчески и зеркала есть. Я же нож, и тот потеряла…
Пока одна бережно расчесывала мои волосы, не знавшие гребня почти год, и заплетала их во множество колосков и кос, другая старательно вырисовывала узоры на моей коже, выдавливая из свернутого в трубочку листа черную ароматную массу.
Раньше мне нравились все эти этнические штучки на девушках: длинные кружевные платья с бахромой, море фенечек, кожаные браслеты, бирюза, обрамленная в серебро, перья, украшающие волосы, но я никогда не думала, что этот стиль подойдет и мне!
— Готова! — с придыханием сказала Энн, — уверена, Джей останется довольным.
— Джей – это тот ублюдок?
— Не говори так! Джей главный здесь. И пока ты его женщина, тебе ничего не грозит.
— По-моему, такие упыри как он и есть самая большая угроза.
— Если ты родишь ему ребенка, будешь главной. Как Мэри, — она глазами указала на ту, что вылила на меня ведро воды.
Теперь ясно, почему она такая наглая.
— Перебьется! Ребенка ему! — шикнула я, поправляя платье.
Оказывается, я совершенно отвыкла от одежды.
— А он и спрашивать не будет. Сделает свое дело и залетишь! — съехидничала одна из беременных.
— А, если за пару месяцев с ним не получится, он передаст тебя другому. И так по рукам пойдешь…— обрадовала меня вторая, — так что, лучше от него!
— У меня не может быть детей. Пусть расслабится!
Я вздернула нос, но победительницей прочувствовала себя не долго. Меняющийся взгляд Мэри насторожил.
— Зря ты это сказала…— сочувствующе опустила глаза Энн, — она сейчас доложит…
— Ну и пускай.
— Дура! Пока ты официально женщина Джея, ты неприкосновенна. А теперь, тебя поимеют все, кому не лень. Возможно, одновременно, с них станется.
Энн разочарованно покачала головой, с трудом поднялась с земли, придерживая живот, и, бросив сочувствующий взгляд, ушла в хижину, оставляя меня наедине со своей отчаянной глупостью.
— От этих тварей тебя спасет только чудо…Принцев на белых конях у нас тут не водится. Так что, молись!
7. Каждый сам за себя
Молись…Ха! Было бы кому!
Не уверена, что кому-то наверху есть до
Год я сидела на этом дурацком острове. Год! День был похож на день. Но вдруг на меня навалилось столько ужасов, и все за одни сутки!
— Иди поешь! — окликнула меня одна из девушек, приглашая к огню.
Запеченные на костре мидии были не очень вкусными, к тому же, мне постоянно попадались мелкие камни и песок. Но, если я хочу сбежать, понадобятся силы и надо немного поесть.
— Ешь, ешь! Морепродукты повышают либидо! — иронично улыбнулась, кажется, тайка.
— Угу, — закивала японка, придвигая по песку чашу, полную мидий, — больше ешь. Жалеть тебя не будут, тем более, такую нервную. А нам легче!
В глазах этих девушек было столько ненависти, столько желания уколоть меня, сделать больно, будто я в чем-то виновата перед ними.
— А вообще, зря мы ее кормим. До утра не дотянет. Желающих на новую дырку наберется много.
От ее слов меня затошнило. Неужели у этих людей не осталось ничего от…людей?
— Почему вы такие жестокие? Что я вам сделала? Вы устроили здесь гадюшник, поставили во главу каких-то животных и охотно им подчиняетесь, вместо помощи друг другу, вместо того, чтобы сплотиться ради спасения! Мы же люди!
Девушки охотно выслушали мою речь, осуждающе посмотрели на меня, и продолжили есть.
— Людьми мы были раньше. Сейчас мы звери. И каждый сам за себя.
Оно и видно…
Отпросившись в туалет, я, наконец, осталась одна. Хорошо, что меня никто не стал сопровождать, и мне не пришлось даже делать вид, что я иду туда, куда собиралась.
Что-то острое больно вонзилось в пятку. Я взвизгнула, но тут же закрыла рот рукой, чтобы не привлекать внимание. Это оказался обломок ветки с сучком. Отличное оружие за неимением чего-то поприличней.
Только спрятать некуда…Хотя, как раз на моей голове соорудили воронье гнездо. Там ей и место! Я воткнула оружие в волосы, надеясь, что оно затеряется среди косичек, перьев и прочей чепухи, которой местные стилисты щедро украсили меня.
Чего я жду? Надо бежать, пока есть такая возможность. Судя по освежающему ветру, мы не в глубине острова и море совсем близко. Жаль, конечно, что лодку мою они, наверняка, перепрятали. Значит придется вплавь. Ночью. В глубокой черной воде.
Меня передернуло от одной только мысли, что придется войти в воду, но выбора не оставалось. Либо я решусь на побег, либо эти твари надругаются надо мной.
Бочком, короткими перебежками, я стала продвигаться в сторону деревьев, растущих вдоль берега. Вряд ли там устанавливали какие-то препятствия. Думаю, что нечасто на их острове появляются новенькие, да еще и те, кто яростно не желает здесь оставаться.