Амазонка
Шрифт:
— Эй! Ты здесь? — я прислонилась к двери, пытаясь услышать, что происходит за дверью.
— Да. Вам то-то нужно? — он ответил сразу же.
— Нужно! Человеку нужен человек! — бравировала я, но в ответ получила тишину, — ладно. Поговорить хотела. Новости узнать.
— Что именно?
Что именно! Да я ничего толком не знаю.
— Всё! Расскажи всё, что знаешь. Люди успокоились? Их убедили в том, что я неопасна?
Двоякое чувство действовало на нервы. С одной стороны я понимала, что мне же лучше находиться здесь под охраной, но с другой –
— Мне ничего не известно.
Я шлепнула ладонями по двери, и сжала кулаки от боли.
— Изверг! Неизвестно ему!
Ладно-ладно.
От возмущения меня бросило в жар, но мозг категорически отказывался строить планы побега или мести. Минут через пятнадцать я и вовсе успокоилась, понимая, что сейчас по сути ни на что повлиять не смогу. От этого бездействия становилось откровенно скучно, и желание спасть все сильнее тянуло меня к кровати. Что ж, лягу спать. Так и время быстрее пройдет.
69. Семейная драма
Дор
— Клянусь, я не хотела! — обманщица, подосланная Ирэт, упала на колени и, сложив руки у сердца, умоляла Императора простить ее.
— Ты хочешь сказать, что моя дочь вынудила тебя пойти на это?
Ирэт стояла позади отца и прожигала ядовитым взглядом несчастную женщину. Я же из последних сил пытался быть хладнокровным, но понимание того, к чему все идет, не давало спокойно наблюдать за допросом.
Ирэт снова выйдет сухой из воды. И хоть мои люди доказали ее связь с женщиной, выдававшей себя за Жрицу, этих фактов для любящего отца оказалось мало.
— Кто отдал тебе приказ? — сестра надменно выгнула бровь, чувствуя себя победительницей, — разве это была я?
— Я получила записку. Там были указания, — женщина хватала воздух ртом, чтобы продолжить говорить, — от вашего имени.
— И где эта записка? — отцу явно надоел этот разговор. Он нервно переступал с ноги на ногу, готовясь уйти.
Старуха сглотнула, не найдя, что ответить. Ее взгляд потух, понимая, что поддержки императора она не дождется. Он не то что не верит ей, он даже не намерен расследовать это дело.
— Ты понимаешь, чем тебе грозит безосновательное обвинение члена семьи Императора? — улыбнулась Ирэт, понимая, что она-то, как обычно, выйдет сухой из воды, а вот женщина ответит за ее козни.
— Увести! — не выдержал отец, зашагав на выход.
— Стоять! — я остановил конвой, выражая несогласие, — я требую, чтобы это дело расследовали. И лучше всем виновным признаться сейчас, не дожидаясь того, что их вину обнародуют.
Я знал на что давить. Гордость моей сестренки не имела границ. Ирэт понимала, что Император не имеет влияния на меня, более того, формально я все еще был наследником трона и неприкосновенным лицом, так что, если бы я доказал ее вину, ей пришел бы конец.
Отец изменился в лице, нахмурил брови, явно недовольным моим протестом. Ирэт же скривила губы, и красивое лицо превратилось в лицо
— Ты! — зарычала она! Ты всегда мешал мне! И сейчас все портишь!
Император, видя, что его принцесса готовится устроить истерику, махнул рукой, выгоняя лишних из мрачной комнатки для допросов.
Ирэт дрожала от напряжения, медленно, по полшага подходя ко мне, и грозя скрюченным пальцем. Ее лицо было обезображено гневом и даже мне, тому, кто видел много гневных уродов, становилось непосебе. И эта девчонка моя сестра?
— Я ненавижу тебя! Ты всегда мешал мне своей справедливостью! Лучше бы отец убил тебя, а не Лиама и Наиля!
Отец побледнел, наконец, осознавая, что его дочь не ангел, которым он считал ее всю жизнь.
— Чем же я мешаю тебе, сестренка?
— Ты приволок сюда эту мразь! Шан должен был меня любить! Меня! Но полюбил ее! Я проклинаю тебя!
И теперь я был полностью уверен, что ее помутнение рассудка, сыграет мне на руку. Я выведу на чистую воду эту интриганку.
— Так все это ты устроила из-за любви к Шанго?
— Да! Я люблю его! И ненавижу тебя! И твою ДЭЮ! — она зарычала, брызжа слюной, — я позвала Назиро в город! Чтобы он почувствовал запах врага на территории дворца! Я приказала подменить главную Жрицу, чтобы мой человек смог настоять на выселении этой твари с Каялы.
— Ты поставила под угрозу тысячи жизней! Мою власть! Безопасность нашей семьи, в конце концов! Дочка! — отец, белый как облако, неподвижно стоял впервые видя истинное лицо своей девочки.
Да, отец, она выросла и превратилась в монстра. Но вы все друг друга стоите…И мне не жаль.
— Что и требовалось доказать. Я думаю, ты примешь верное решение, отец, — не дожидаясь финала семейной драмы, я направился к выходу, но звук хлесткой пощечины заставил обернуться.
Ирэт держалась за щеку. Ее лицо больше не напоминало монстра. Она была испуганной, юной и кажется, в ее глазах появились следы осмысления всего, что она натворила. А отец… неподвижно, похожий на каменное изваяние с занесенной после удара рукой, он стоял рядом с дочерью, и только слезы текли по щеке, прячась в густой поросли бороды.
70. Верь мне...
Эсми
Глухой хлопок вырвал меня из сна. Я так глубоко спала, что теперь, едва раскрыв глаза, не сразу поняла где нахожусь. Ах, да. Меня же изолировали от общества и самой себя. Спасибо, хоть не закрыли в комнате с мягкими стенами.
Я потерла глаза, потянулась, сладко зевнула и прислушалась.
Тишина.
Наверное, приснилось что-то.
Я нащупала рукой бутылочку с водой, сделала глоток, стараясь не облиться. Перекатившись на другую сторону кровати, я улыбнулась прохладной простыне, сжала одеяло между ног и, подмяв подушку, закрыла глаза.