Алый жакет

Честер Редли

— Я уже не тот, каким был, когда мы начали встречаться, и это нечестно по отношению к ней.

— Ну и каким же ты был? — Она подошла к кондиционеру и, подпрыгнув, села на него.

Он долил шампанского в оба стакана.

— У меня была сытная и веселая жизнь. Я много работал, но зато каждый вечер обедал в ресторанах, ходил на спектакли, в клубы. У меня была дорогая машина последней модели, хороший, просторный дом…

— Встречался со многими женщинами…

— Я этого не говорил.

— В

этом нет необходимости.

На комплимент это не было похоже. Фил поставил свой стакан и развернул бумагу с сэндвичем. Отломив кусок, он подал его Глории. Она взяла, и оба стали задумчиво жевать.

Во всяком случае, Фил жевал задумчиво. О чем думала Глория, он мог только догадываться.

— Я не собираюсь извиняться за то, что когда-то назначал свидания другим женщинам.

— Почему ты думаешь, что я ожидаю от тебя извинений?

— Но… ты же ничего не говоришь.

— Разговаривать с полным ртом неприлично. — Она помолчала, дожевывая сэндвич. — Мне кажется, что ты изменился лишь в одном. Теперь ты зарабатываешь гораздо меньше.

— Это не все, — возразил он.

— А мне кажется, что все изменения свелись только к этому.

— И все же теперь я смотрю на жизнь совсем по-другому.

— Другими словами, прозябание в нищете наполняет тебя чувством благородного достоинства.

— Эй… я этого не говорил.

Она поставила стакан и обхватила себя руками, сунув их под мышки. Становилось холодно.

— Знаешь, Фил, я не обедаю в ресторанах каждый вечер и не езжу на модной машине, но думаю, что мне грех жаловаться на жизнь.

— А еще женщины удивляются, почему мужчины так неохотно разговаривают с ними.

— О'кей, сдадим немного назад. Так ты думаешь, что Мелисса бросила тебя?

— Это я ее бросил!

— Ладно, не в этом дело. Что стало причиной вашей ссоры — то, что у тебя нет денег?

— Это временная проблема. Знаешь… деньги были для меня просто символом. Условностью. Они давали мне возможность заниматься интересным делом. Я все время что-то делал, постоянно общался с разными людьми. Я не хочу сказать, что моя жизнь была пустой и бессодержательной, просто я никогда не думал об этом. И знаешь… В делах мне везло, потому что я не боялся рисковать. Мне были не нужны стопроцентные гарантии успеха. Если бы я прогорел, меня выручила бы семья. Ясное дело, последствия были бы неприятными, но голодная смерть меня явно не ждала, так же, как и потеря крова или работы. Теперь же я должен тщательно взвешивать каждое принимаемое мною решение, потому что ошибка будет означать крах всех моих планов.

— Но ты же не собирался голодать?

— Нет, но я играю по этим правилам. Поэтому я стал другим.

Она внимательно посмотрела на него, слегка дрожа от холода.

— Тебе холодно. — Он снял с себя куртку и накинул ей на

плечи.

— Спасибо.

На лице Глории появилась лукавая улыбка. Ее голос звучал чуть ниже обычного, с едва уловимой хрипотцой. Это вызвало у него ассоциации, которые раньше не могли иметь никакого отношения к Глории.

Она закуталась в куртку поудобнее и уткнулась носом в воротник. Сейчас она напоминала Филу ребенка, доверчивого и милого. У него замерло дыхание.

Она ничего не заметила, так как ее внимание привлекли ракеты, запускавшиеся жильцами со стоянки внизу. В красно-зеленом свете контрабандных фейерверков Глория выглядела особенно привлекательной.

Глория поднесла к губам стакан с шампанским, чтобы сделать еще один глоток, и в это время по крыше метлой прошелся порыв ветра, который вырвал из-за воротника куртки локон ее волос и завернул его вокруг стакана.

Фил медленно протянул руку, осторожно взял волосы, убрал их со стакана и бережно заправил за ухо Глории. Это был лишь предлог, чтобы дотронуться до нее.

Она улыбнулась и поправила волосы. Сейчас она снова походила на привычную Глорию.

— Тебе не холодно? — спросила Глория, чуть дрожа.

— Нет, — соврал Фил.

Опустив голову, она понюхала лацкан его куртки.

— Отрава.

— Духи Мелиссы. Мы танцевали.

— У вас был хороший оркестр?

— Да. — Фил помолчал и добавил, стараясь, чтобы его слова прозвучали как можно более равнодушно: — У Мелиссы был запасной кавалер.

— Как ужасно. Хотя, должна признать, что это был очень ловкий ход с ее стороны.

— Он купил шампанское к столу, а я, грациозно раскланявшись, удалился с поля боя.

— Бедняжка.

— Нет, я рад, что ушел. Это помогло мне расставить все по своим местам.

— Что именно?

— Я понял, что наши отношения не имели перспектив.

Совсем рядом прогремели взрывы петард, и Глория спрыгнула с кондиционера, столкнувшись с Филом. Его рука автоматически обхватила ее талию. Вообще-то ему уже несколько минут очень хотелось дотронуться до нее, но он отговаривал себя от этого намерения. Значит, судьба.

Петарды бросили люди на противоположной стороне крыши. Теперь они бежали к пожарной лестнице на своем конце и смеялись.

— Кто-нибудь сейчас наверняка сообщит в полицию, — заметила Глория.

Ее тело пробирала легкая дрожь. Фил не убирал руку с ее талии. Просто, чтобы согреть ее.

— Тебе же холодно. Ну-ка… — И прежде чем он успел остановить ее, Глория распахнула куртку и предложила ему встать рядом и укрыться одной полой.

Он должен был отказаться. Вместо этого он придвинулся к ней и натянул край куртки на свое плечо. Толку от этого не было почти никакого, кроме того, что их тела были теперь совсем рядом.