Алый восход

Бристол Ли

Мысли ее закружились в бешеном хороводе – ведь совсем недавно она с величайшим интересом слушала рассказы о Диком Западе и об искателях приключений, о тех, кто осваивал эти земли и составлял карты, о тех, кто покорял эти территории. Но встретить такого человека здесь, в Алабаме, – подобное казалось невероятным… Девушка с восхищением смотрела на незнакомца; ей ужасно хотелось расспросить его о жизни на Западе, но она не решалась.

Внезапно Элизабет сообразила, что глазеет на своего спасителя самым неприличным образом. Она вспыхнула и в смущении потупилась. Немного помедлив, отхлебнула варева из кружки. Напиток все еще был горячим, однако оказался довольно приятным на

вкус. Решившись наконец-то поднять голову, Элизабет с робкой улыбкой проговорила:

– Видите ли, я… – Встретив взгляд карих глаз, она снова смутилась. И вдруг выпалила: – Боюсь, что мы еще не представились друг другу, как полагается.

Джед невольно усмехнулся.

– Меня зовут Джошуа Филдинг, мэм. Но чаще меня называют Джедом.

– Джедом?

Он пожал плечами:

– Вероятно, потому, что мое второе имя Эдвард. Вот люди и соединили два имени в одном. Меня почти все так называют, и я давно привык…

Джед с изумлением отметил, что ему очень легко общаться с этой девушкой, хотя обычно он чувствовал себя неловко в присутствии женщин – во всяком случае, не знал, о чем с ними говорить.

И дело было не в том, что женщины, с которыми ему приходилось общаться, ждали от него каких-то особенных слов. Нет, особенной была она, сидевшая сейчас перед ним девушка. Да, она совсем не походила на всех прочих женщин, и с ней он мог бы говорить обо всем на свете, то есть это был действительно особый случай… Джед мысленно улыбнулся, вспомнив, с каким ужасом она смотрела на него, когда, очнувшись, открыла глаза; бедняжка словно окаменела от страха, но все-таки не заплакала, сдержалась.

Тут она взглянула на него с едва заметной улыбкой и проговорила:

– Благодарю вас, мистер Филдинг, за заботу обо мне. Вы были очень любезны.

Как ни странно, но Джед почувствовал, что ему приятно слышать эти слова. Но почему эта девушка оказалась в лесу без провожатых? Внимательно посмотрев на нее, Джед сказал:

– Если вы позволите поинтересоваться, мэм… Что же вы здесь делали на таком бешеном коне, как этот? Может, у вас неприятности?

Элизабет поспешила опровергнуть подобное предположение:

– Нет-нет, у меня все в порядке. Но дело в том… – Тут она вдруг сообразила, что собеседник прав и у нее действительно неприятности. – Видите ли, я решила немного покататься, но мне не хотелось беспокоить моего грума. Однако я вовсе не собиралась забираться так далеко. Просто у меня убежала собака, и я пыталась отыскать ее, потому что это любимый пес мистера Бледсо и…

Вспомнив о мистере Бледсо, она в смущении умолкла. Не было ни малейших сомнений: если Цезарь не вернется, ей придется за это ответить.

Тяжко вздохнув, Элизабет продолжала:

– Если пес не вернется, у меня будут большие неприятности. До сих пор я никогда не отправлялась на прогулку без разрешения, и вот…

Она снова умолкла и потупилась. Затем взглянула в сторону леса, словно ожидала, что из чащи вот-вот выбежит пес.

Джед с удивлением посмотрел на собеседницу – слишком уж серьезно она относилась к своему приключению. Впрочем, он прекрасно понимал, что живет в совершенно ином мире – во всяком случае, потеря собаки не казалась ему причиной для огорчений. И все же Джед сочувствовал этой девушке – сочувствовал, потому что видел отчаяние в ее глазах. Ему захотелось как-нибудь ее утешить, приободрить, пусть даже ее «горе» вызывало у него удивление. Он тоже посмотрел в сторону леса и проговорил:

– Весьма вероятно, что пес найдет вас по запаху или по запаху вашего коня. Не беспокойтесь, он догонит вас. Или след приведет его домой, когда он проголодается.

Элизабет вздохнула

с облегчением – слова собеседника действительно успокоили ее. Только почему же она сама не догадалась, что пес и без нее найдет дорогу домой? Конечно же, глупо было так расстраиваться по столь ничтожному поводу. Сделав глоток «чая», она сказала:

– Вы говорите как человек, хорошо знающий повадки собак, мистер Филдипг. У вас, наверное, есть собака?

– Нет. Но когда-то у меня был ручной волк. – Заметив изумление в глазах девушки, Джед добавил: – Впрочем, он, по-моему, был наполовину собакой. Я наткнулся на него, когда он пытался стащить кусок мяса из моего лагеря, а это необычно для волка… Как правило, волки держатся подальше от людей, когда чувствуют их запах. К тому же он хромал, потому что у него была поранена лапа. На следующий день я свернул лагерь. Но перед тем как двинуться дальше, оставил для него немного мяса. И очень скоро волк последовал за мной. Он ночевал в лагере и бежал рядом с лошадьми, когда его нога немного зажияа. Вот почему я думаю, что он был наполовину собакой.

Заинтересовавшись рассказом о волке, Элизабет спросила:

– А что с ним стало потом?

Тут Джед вдруг понял, что ему не хочется продолжать этот рассказ. Но было очевидно, что девушка с нетерпением ждет продолжения, и Джед не смог ей отказать.

– Однажды мой волк отстал от меня, – ответил он. – Думаю, вернулся к своим сородичам. Или погиб.

Элизабет заметила, что на лицо собеседника набежала тень. Джеду и впрямь сделалось не по себе; лишь сейчас он осознал, что ему очень не хватало волка – во всяком случае, в первые несколько дней после его исчезновения. Но, может быть, все дело в том, что он рассказал эту историю женщине – ведь женское общество, как известно, располагает мужчину к чувствительности…

Сделав еще глоток из кружки, Элизабет с любопытством посмотрела на Джеда. Ей показалось, что она начала понимать этого странного человека. Хотя, конечно же, он совершенно не походил на всех прочих мужчин – по крайней мере на тех, которых она знала.

Возможно, все дело в его наряде из оленьей кожи. Однако Элизабет прекрасно понимала: одежда лишь дополнение, какой бы оригинальной она ни казалась. Нет, не только костюм, в этом человеке все было необычным: и лицо, и глаза, и чудесные золотистые волосы… Каждый его жест, каждое движение свидетельствовали о том, что он существо особой породы. Казалось, он даже дышал не так, как все прочие смертные. Вот он выдернул несколько травинок и принялся сплетать их в косичку, причем делал это машинально, без малейших усилий. Элизабет смотрела на его руки как зачарованная. Загрубевшие пальцы Джеда проделывали столь тонкую работу с удивительной легкостью. Последние два года Элизабет носила траур по матери и почти не общалась с людьми своего круга. В то время как другие юные красавицы появлялись в обществе, учились флиртовать и принимали ухаживания кавалеров, Элизабет предавалась мечтам и читала романы. Но сейчас она поняла: представшая перед ней реальность намного увлекательнее романов и всех ее мечтаний и фантазий.

Джошуа Эдвард Филдинг не раз подвергался всевозможным опасностям, испытывал лишения. Его жизнь совершенно не походила на жизнь мужчин ее круга, и они не имели о ней ни малейшего представления. Джед многое знал и многое видел – видел такие вещи, о которых, Элизабет догадывалась, он не станет ей рассказывать. Этот человек явился из другого мира, из жизни, о которой она совершенно ничего не знала.

Не пытаясь скрыть свое любопытство, Элизабет спросила:

– Интересно, что за люди отправляются на Запад? Джед тихонько рассмеялся: