Алый восход

Бристол Ли

Мужчины же, сидевшие в шлюпке, пытаясь оттеснить пламя, отчаянно колотили по поручням своими мокрыми плащами и обрывками одеял. Поручни дымились. Пламя временами, казалось, затухало, но потом вспыхивало еще ярче и еще ближе подступало к шлюпке.

– Почему мы не отплываем?! – закричал Хартли. – Мы все погибнем!

Джед насторожился. Окинув взглядом сидевших в шлюпке людей, схватил Бледсо за руку.

– Где Элизабет? – спросил он.

Уильям Бледсо повернулся к Джеду и посмотрел на него безумными глазами.

– Она в западне! – прохрипел он,

задыхаясь от дыма. – Капитан…

В следующее мгновение Джед уже бежал к капитану, силуэт которого смутно вырисовывался в клубах дыма.

Чапмен пытался отбросить горящие ящики и бочонки, завалившие дверь в каюту Элизабет. Каждый вдох капитана сопровождался надрывным кашлем; лицо его блестело от пота и раскраснелось, руки уже покрылись волдырями и кровоточили. Когда Джед подбежал к нему, Чапмен, задыхаясь, пробормотал:

– Пытался пробраться к ней через кают-компанию, но там огонь…

Джед поднял с пола тюк с одеждой и отбросил его в сторону.

– Отойдите! – крикнул он. – Пусть пассажиры отправляются на берег!

– Но я не могу…

Джед схватил капитана за плечо и подтолкнул к выходу.

– Вам здесь нечего делать! Посмотрите на свои руки! Переправьте этих людей на берег, пока у них еще есть шанс спастись!

Капитан колебался. Он понимал: женщина, оказавшаяся в огненной ловушке, возможно, уже мертва, но несколько десятков остальных могли в любой момент погибнуть, если не поторопиться с отплытием. И все же…

Покачав головой, капитан пробормотал:

– Но поймите, ведь я…

– Черт бы вас побрал! – заорал Джед; лицо его исказилось от ярости. – Неужели вы полагаете, что я не сумею спасти ее?

Джед оттолкнул капитана и принялся с невероятной быстротой отбрасывать от двери горящие ящики. Он не чувствовал боли в обожженных руках, не чувствовал дыхания пламени, опалявшего легкие, не чувствовал, как искры обжигают щеки, – он думал лишь о том, что должен спасти Элизабет.

Она лежала на полу, где было не так дымно, но с каждым мгновением удушающие клубы черного дыма становились все гуше, и дышать становилось все труднее. Кашель разрывал ее обожженные легкие, и рот, нос, глаза – казалось, все пылало. Временами она теряла сознание, когда же сознание возвращалось, думала о том, что это самая ужасная смерть, какую только можно вообразить…

В какой-то момент, повернув голову, она увидела тонкие язычки пламени, лизавшие дверь, ведущую в кают-компанию. Элизабет поняла: скоро огонь ворвется к ней в каюту и поглотит ее. Она надеялась – ей хотелось в это верить, – что к ней пытаются пробраться, пытаются спасти ее, но времени оставалось слишком мало…

Отбросив ногами последний из ящиков, Джед распахнул дверь. Воздух подстегнул пламя, уже охватившее противоположную стену. Джед замер на несколько мгновений. Дым и пламя слепили его, и он почти ничего не видел… Не видел Элизабет…

Он рванулся к дальней стене, к бушевавшей завесе пламени. И вдруг остановился, заметив в углу, возле койки, что-то белое, похожее на ночную рубашку… Элизабет! Джед бросился к девушке и склонился

над ней.

Лицо Элизабет почернело от копоти, ее душил жуткий кашель, и по щекам катились слезы. Но она была жива!

Из груди Джеда вырвался вздох облегчения. В следующее мгновение он подхватил девушку на руки и крепко прижал к себе, шепча слова, которые Элизабет не могла услышать, а он позже не смог бы вспомнить. Она дышала, она плакала и кашляла, она была жива!.. Закрыв глаза, Джед прикоснулся губами к ее лицу. Затем резко развернулся и, еще крепче прижав Элизабет к груди, бросился к выходу.

Выбежав на палубу, Джед тотчас же понял, что к шлюпке ему уже не пробиться – от шлюпки ее отделяла непроходимая огненная стена. Джед рванулся к противоположному борту.

– Все в порядке, Элизабет, – прошептал он. – Я с вами. Я не допущу, чтобы с вами что-нибудь случилось.

… Капитан Чапмен отвязал от поручней конец каната и бросил его в шлюпку. Но он по-прежнему стоял на палубе, он все еще колебался – ведь на судне оставалась девушка, оказавшаяся в огненной ловушке. Правда, на берегу уже заметили, что корабль терпит бедствие, там спускали на воду спасательные лодки, – но успеют ли они?..

Пассажиры уже задыхались от дыма и умоляли капитана, чтобы тот прыгал в шлюпку, причем больше всех неистовствовал лорд Хартли. Нэнси Ли в отчаянии звала Элизабет, и Бледсо, не выдержав, прокричал:

– Капитан! Позвольте мне вернуться на борт! У двоих больше шансов, чем у одного!

– Нет! – рявкнул Чапмен. – В огне и без вас уже двое! Капитан был почти уверен: девушку уже не спасти, даже если Филдингу удастся до нее добраться. И все же Чапмен медлил – ведь прежде не было случая, чтобы на борту его судна погиб пассажир.

И тут он заметил в клубах дыма какое-то движение.

– Смотрите туда! – прокричал он.

В следующее мгновение все увидели Джеда с девушкой на руках. Техасец пробирался к поручням противоположного борта, и Чапмен понял, что тот собирается сделать.

Капитан повернулся к пассажирам:

– Отчаливаем! Они спасены!

Мерсер спрыгнул в шлюпку, и Нэнси тотчас же вцепилась в его рукав.

– Капитан, что вы делаете? Вы не можете…

– Успокойтесь, миссис Ли. Уверяю вас, Филдинг знает, что делает. Их подберет одна из спасательных лодок. К тому же тут рукой подать до берега. Они в любом случае сумеют добраться… Поверьте, мэм, им ничего не угрожает.

Нэнси продолжала кричать, но капитан, повернувшись к матросам, отдал команду грести к берегу. Чапмен только раз оглянулся на горевший корабль; если он и беспокоился, на лице его это никак не отражалось. Впрочем, особых причин для беспокойства у него не было; капитан знал: если даже спасатели не заметят в темноте Филдинга с девушкой, тот сумеет добраться до берега – должен добраться…

– Да поможет им Бог, – пробормотал Чапмен и тоже взялся за весла.

Джед медлил. Крепко прижимая к себе Элизабет, он все еще стоял у поручней. Дыхание девушки восстанавливалось, хотя она по-прежнему кашляла.