Алый осколок
Шрифт:
— А вы? — спросил юноша, на этот раз уже более уверенным голосом.
Факел покосился в сторону королевской галереи, на которой ожидаемо происходил полнейший переполох. Впрочем, гвардейцы короля, среди которых было два Стеклянных Рыцаря, уже выстраивались полукругом на случай… чего-то непредвиденного.
— У меня еще осталось одно дело. — Факел вновь повернулся лицом к пространству танцевального зала. — И я слишком уж долго ждал, чтобы откладывать его.
Не дожидаясь ответа, Факел проворно вскочил на верх балюстрады. Тут же распрямился, раскинул руки и чуть повернул корпус вправо.
— Я иду к тебе… твое величество, — произнес Факел.
А затем, мысленно коснувшись пятой стеклограни, шагнул вперед.
В воздух.
Глава 32
Теолрин едва подавил вскрик, когда Факел шагнул в пустоту.
Однако вместо того, чтобы упасть вниз и присоединиться к компании раздавленных тел, Факела будто бы подбросило вверх и немного в сторону. Потом еще раз. Затем тот изогнулся корпусом, принимая причудливое диагональное положение, и… полетел вперед. Как будто у него внезапно прорезались невидимые крылья. Теолрин решительно ничего не понимал. Насколько ему известно, так могли передвигаться разве что Небодержцы и… Летающие. Что все это означало? Факел — один из них? Что за бред? Не может быть…
Теолрин взмотнул головой, переставая следить за Факелом, что пикировал куда-то в сторону еще одной галереи. Не время для вопросов. Для начала нужно помочь друзьям… как там они, кстати? Теолрин попробовал отыскать их, однако почти сразу же бросил эти попытки: без света люстры зал почти полностью погрузился в темноту.
«Не мешкай!» — раздались в его голове брошенные ему напоследок слова Факела.
В принципе, неплохой совет. Теолрин часто ловил себя на том, что слишком медлит в какой-то критической ситуации.
Постаравшись собраться, он вытянул из ножен меч. Тот оказался под стать гвардейцу — длинный, ярко-синий, даже с фиолетовой окантовкой на лезвии; такое оружие дорогого стоит. Отбросив ножны в сторону, Теолрин ринулся вперед, в темный дверной проем, ведущий к винтовой лестнице. Оружие тяжелило его руку, а, вдобавок ко всему, он начал ощущать дискомфорт в левой ступне. Похоже, многочасовая ходьба по залу вперемешку с танцами не пошла многострадальной ноге на пользу.
Щурясь и прихрамывая, Теолрин начал спуск вниз. Здесь царил гул, в котором смешивались отголоски раненых, мольбы о помощи, крики, звон стекла и еще какие-то звуки. Теолрин как можно крепче сжал рукоять меча. Выжили ли Джейл и Клэйв? Что, если осколки от люстры их задели? Как вообще ему сейчас искать их в этом хаосе? К тому же…
Темный, едва различимый на фоне лестницы и стен силуэт выскочил Теолрину навстречу. На долю мгновения они оба замерли. Теолрин успел разглядеть цвет плаща своего визави. Оранжевый. Как и лезвие клинка, что тот держал в руке.
«Не мешкай!»
Проход был достаточно узкий, поэтому Теолрин не стал размахиваться — вместо этого он напряг кисть и аккуратно, но сильно ткнул мечом вперед. Лезвие легко вошло в грудь инквизитора и прорезало ее почти насквозь. Тот медленно перевел взгляд вниз, словно не веря, что такое могло произойти.
— Абрффф… — Инквизитор замолчал и дернулся
— Что, прости? — Теолрин выдернул свой меч обратно, а затем, с внезапно разгоревшейся злостью, пнул инквизитора ботинком куда-то в район поясницы. — Не расслышал.
Тот кубарем полетел назад по ступенькам. Теолрин двинулся вниз, ступая аккуратно, чтобы не подскользнуться на кровавом следу, оставленном инквизитором. По мере приближения к проему, ведущему в зал, шум становился все громче. Все оглушительнее. Говорят, такой шум бывает лишь в Проклятой Бездне, чьи обитатели — поверженные Отступники — кричат вот уже почти тысячу лет от нескончаемых мук.
Сердце Теолрина билось все сильнее. Он миновал еще несколько ступенек, ожидая вот-вот столкнуться с новым врагом, однако никто так и не появился по его душу — похоже, не так много инквизиторов пережили столкновение с люстрой.
Наконец, он вынырнул наружу. Подошвы его ботинок тут же с хрустом наступили на стекло. Освещение было скудным: лишь местами на стенах горели светильники, да несколько ламп с люстры каким-то чудом не разбились; в остальном же зал утопал в тревожном полумраке. Какие-то тени, обрывочно выхватываемые бликами света, беспорядочно метались вдоль стен. Прищурившись, можно было разглядеть громадный каркас люстры, а также трепыхания тел где-то рядом с ее краями. Пахло кровью. Причем так сильно, что Теолрину сделалось дурно — он едва удержался на ногах и подавил рвотный порыв.
— Рука! — раздался полный отчаяния и безнадежности крик в нескольких шагах от Теолрина. — Где моя рука?!
Теолрин сделал неуверенный шаг по направлению к голосу и увидел скрюченное тело, рядом с которым лежал кровоточащий обрубок. Теолрин подумал было как-то помочь бедолаге, но потом решил, что даже если он и скажет «да вот же она, прямо рядом с тобой», тому не сильно полегчает. Теолрин влепил себе пощечину левой рукой, чтобы немного прийти в себя. Где-то там, в северной части зала, у фонтанчиков и колонн, его друзья. И, возможно, кому-то из них тоже нужно помочь найти руку… или что-нибудь еще.
Аккуратно ступая по стеклам и перешагивая трупы, Теолрин зашагал в нужном направлении, придерживаясь ближайшей к нему стены. Глаза его мало-помалу начали привыкать к этой полутьме, а уши — к безумной смеси звуков. Однако не успел Теолрин обрадоваться этому, как споткнулся о чье-то тело и повалился на пол, едва не напоровшись на собственный меч. Левая ладонь угодила ровно в скопление стекол. Теолрин болезненно скривился, отдернув руку и поднимаясь. Кто-то далеко позади него звучным басом призывал всех к порядку. Еще кто-то кричал о каре богов и прочую религиозную чепуху.
«Соберись!»
Он вновь двинулся вперед, на этот раз придерживаясь левой рукой за стену; меч в правой руке от держал острием вниз. Света стало чуть больше — Теолрин понял, что приближается к стене, опоясанной колоннами. Он остановился, чтобы хоть немного перевести дыхание, и проморгался. Какие-то фигуры двигались там, у соседней стены… Знакомые фигуры. Теолрин почти сразу же определил Джейл и Клэйва… а потом и третьего, того, что надвигался на них с громадным мечом в одной руке и семиугольным щитом во второй.