Алый осколок
Шрифт:
Сейчас же — когда за ним действительно гнались люди, что, предположительно, собирались его прикончить — ощущения разительно отличались. Сердце выпрыгивало из груди, пытаясь разорвать ноющие ребра, ноги предательски дрожали, глаза не видели дальше вытянутой руки, а в голове однообразной мелодией засела единственная мысль:
«Зачем? Ну зачем мы все это затеяли?»
Благо, Джейл каким-то образом умудрялась ориентироваться в этих беспросветно-темных переулках, так что ему оставалось лишь не терять ее из виду. И бежать. Причем так быстро, как это вообще было возможно. Хвала Небодержцам, работа стеклосборщиком
— Брать их живыми, слышите меня?! — раздался громкий крик где-то позади. — Живыми!
Говоривший прокричал еще что-то — кажется, про то, чтобы кто-то побежал наперерез — но эти слова потонули в звоне стеклянного ливня, что все еще бушевал над городом. Обычно ливни длились от пяти минут до получаса; сегодняшний, если верить смотрителям небес, должен длиться не меньше сорока минут. Теолрин не был уверен, хорошо это или плохо. С одной стороны, преследователям будет сложнее переговариваться между собой, с другой… Вряд ли кто-нибудь из горожан услышит, как его с Джейл будут убивать. А если и услышит… Кого сейчас волнуют чужие жизни?
— Сюда, — крикнула ему Джейл, после чего резко свернула направо.
Теолрин повторил ее маневр. Они влетели на узкую улицу, по обеим сторонам которой возвышались высокие здания, и продолжили бег. Теолрин сосредоточился на том, чтобы его дыхание не сбивалось. Три коротких вдоха, три плавных выдоха. И опять. Он знал не понаслышке, что если собьешься с дыханием, никакие мышцы ног тебе не помогут.
Они снова свернули, и впереди по улице мелькнул огонь факела. Почти одновременно Джейл и Теолрин притормозили. Теолрин попытался было понять, в какую часть квартала они забрели, но тотчас же понял, что это безнадежная идея. Вполне могло статься, что они и вовсе вернулись в район площади.
— Вон они! — раздался крик спереди.
Не сговариваясь, они бросились обратно. Вывернув на улицу, по которой только что бежали сюда, Теолрин собрался что было мочи рвануть вперед, когда Джейл дернула его за руку. Повернувшись, Теолрин увидел, как ее силуэт — едва заметный на фоне окружающего их мрака — юркнул куда-то в сторону, к ближайшему зданию. Затем раздался глухой звук, похожий на то, когда с ноги выбивают дверь.
«Спрятаться в одной из стеклодувен, — понял Теолрин ее задумку и рванулся к дверному проему. — Умно».
Внутри оказалось еще темнее, чем снаружи. Теолрин сразу же потерял из виду Джейл; он попытался было последовать за ней, ориентируясь на звук, но звон стекла по городскому куполу и отдаленные голоса преследователей сбивали его с толку. Он двинулся вперед, медленно, вытянув перед собой руки, чтобы обезопасить себя от случайно встречи с каким-нибудь шкафом, стеклодувной печью или просто стеной. Под ногами то и дело хрустели стекла — здесь из было еще больше, чем на улицах. Впрочем, оно и неудивительно.
— Слышишь? — донеслось до ушей Теолрина. Он остановился, замерев в неподвижности, но было уже поздно. — Там, внутри.
Не успел Теолрин отчитать себя за то, что не додумался постоять какое-то время, не двигаясь, как внутрь помещения ворвался ослепительно-яркий свет факела. Обернувшись через плечо, Теолрин разглядел двоих преследователей. Один из них, стоящий позади, держал факел на вытянутой руке; у второго Теолрин приметил обнаженный меч: блики света плясали
Какое-то мгновение все трое стояли в неподвижности. Затем преследователи без лишних слов бросились на него, и Теолрин рванулся вперед. В свете маячащего далеко за спиной факела он попытался разобраться, куда ему бежать, но не преуспел в этом. А затем его колени врезались во что-то тяжелое, и Теолрин, перекувырнувшись, врезался спиной в пол. Боль разлилась по ногам обжигающей волной, но Теолрин заставил себя проигнорировать ее. Оба мужчины стремительно приближались. Теолрин со стоном оперся локтем о пол и приподнялся. Оказалось, он умудрился врезаться в одну из тачек, которые использовали для перевозки стекол. Внутри нее, почти до самого верха, все еще лежали стекла — предположительно, прозрачные, ведь цветные уже давно растащили бы все, кому не лень.
— Эй ты! — крикнул ему мужчина с мечом, подбегая к тачке. — Ну все, побегали, и хватит! Давай-ка, подними руки и медленно встань.
«Ага, щас».
Теолрин приподнялся на колене, и окружающее пространство заскользило перед его взором. Он с сожалением понял, что, поднявшись, не успеет отбежать достаточно далеко, чтобы избежать удара меча. Нужно было найти способ противостоять противнику… Вот только какой?
Первое правило поножовщины, о котором он узнал на собственном опыте, гласило: всегда носи с собой нож, кинжал или клинок. С этим, Теолрин, правда, несколько просчитался, решив, что на встречу с клиентом абсолютно незачем брать оружие. Однако было и второе правило. Оно звучало примерно так: если дело дошло до поножовщины и тебе ее не избежать, используй для обороны любые подручные средства.
Взгляд Теолрина метнулся к стеклам, что заполняли тачку. Большинство из них — насколько он видел в судорожно мечущихся отсветах факела — были самыми что ни на есть обыкновенными: в полтора-два пальца длиной и пару дюймов шириной. Однако его опытный взгляд стеклосборщика мгновенно приметил белую ворону среди черной стаи: длинный, почти с пол-руки, осколок. Теолрин совсем не горел желанием браться за него без защитных перчаток, но… Слишком уж быстро сокращалось расстояние между ним и мужчиной с мечом.
Стиснув зубы, Теолрин вытянул руку и ухватился за стеклянный осколок. Затем, сжав за более широкую часть, потянул его на себя, одновременно разворачивая корпус в сторону мужчины с мечом. Насколько Теолрин видел в отсветах факела, меч у противника был простой — из зеленого стекла. Это обнадеживало.
Меч в руке противника рванулся вверх, над головой, а затем со свистом опустился вниз. Теолрин едва успел поставить горизонтальный блок своим осколком. Стекла со звонким лязгом встретились между собой. Осколок Теолрина выдержал. Противник, несколько удивленный, отскочил и снова замахнулся. Учитывая, что с другой стороны тачки к нему подбирался второй преследователь, Теолрин решил не затягивать бой. Чуть отведя локоть назад, он метнул осколок в мужчину и, игнорируя кровоточащую ладонь, тут же пружинисто вскочил на ноги. Противник легко отступил в сторону от траектории полета осколка, однако этого времени Теолрину хватило, чтобы развернуться и броситься бежать. Колено предательски раскалывалось, но этот фактор казался ему сущей мелочью.