Алый меч
Шрифт:
— Что случилось? — прохрипел он.
Женщина отложила в сторону пахучие снадобья и принялась вытирать лоскутом ткани его лицо и лоб.
— Третий ярус пал. Тебя принесли сюда. Не двигайся.
Невик сел, подняв голову с колен женщины. Под навесом временного госпиталя его окружали мертвые и раненые. Повсюду он видел корчившихся от боли людей в лужах крови, с отрубленными конечностями или такими глубокими ранами, что видны были кости и внутренности. Стайки лекарей летали над ними со своими бинтами, жгутами и заглушающими боль снадобьями, помогая тем, кто
— Рана загноится, если вы не позволите ее обработать.
Сознание вернулось к нему мгновенно. Битва за третью крепость была страшнее любого другого сражения. Ослепленные близостью победы, драконы столкнулись с людьми. Упорство защитников сравнялось с яростью драконов, но солдаты вновь были вынуждены отступить, когда неприятель прорвался в крепость. Теперь они оказались на четвертом ярусе. Остался только один, самый верхний. Они понесли страшные потери, и этот день грозил стать для них последним.
Барон устало прижал ко лбу руку, отгоняя и женщину, и боль, которая в любой момент могла погасить свет перед его глазами.
— Командующий Трой? Я видел, как он упал.
— Временная неудача, — раздался голос Троя.
Невик обернулся. Трой ковылял к нему на перевязанной ноге. Несмотря на смертельную бледность и кровь, сочившуюся сквозь одежду, командующий не выпускал из рук свой широкий меч.
— Командующий, — облегченно приветствовал его Невик, но потом нахмурился. — Что вы делаете?
— Хочу увидеть все до конца.
Барон хотел было поспорить, но что-то в глазах Троя заставило его замолчать.
— Им придется убить меня.
Трой попросил женщину выйти.
— Господин, этот человек…
— От горячки не умрет. Обещаю. Идите дальше.
Женщина поклонилась и собрала свои повязки и лекарства. К Невику и Трою подошел солдат. Его бронзовые латы были забрызганы черной драконьей кровью.
— Еще не наступило время для победного салюта? Я и не знал, что мы выиграли.
— Генерал! — воскликнул Невик.
Коратэль и Трой пожали друг другу руки.
Коратэль улыбнулся.
— Рад видеть, что вы пока с нами. Что вас заставило покинуть передовую?
— Так, царапина, — заверил его Коратэль. Присмотревшись, Невик обнаружил, что левая рука Коратэля залита кровью из перевязанной раны. — Значит, нам пора собираться в рудники?
Трой поднял глаза на верхний город, куда тянулись вереницы женщин, детей и стариков в поисках последнего укрытия.
— Лагерь на верхнем ярусе не разбить, — согласился он. — Но у нас остались еще две крепости.
— Но кто будет командовать ими?
Трой оглядел себя и товарищей.
— От каждого из нас осталось не больше половины. Так что придется командовать вместе.
Трое воинов переглянулись.
— Первый, кто окажется внизу, останется вечным должником, когда встретимся на небесах в Олириуме, — предложил Коратэль.
— Тогда давайте поднимем барона на ноги, и пусть идет первым.
Они улыбнулись, скрывая за смехом, как за маской, страх и отчаяние. Веселье прекратилось,
Эллайен рассматривал логово Киллангратора из своего укрытия на выступе, держа наготове лук и положив перед собою стрелы. Сама пещера внушала благоговение и ужас. Стены были испещрены рытвинами и ходами, трещины кровоточили испепеляющей лавой. Пещеру разрезала огненная река, впадавшая в озеро расплавленной породы. Пещера освещалась огненными потоками, тогда как само озеро, по размерам большее, чем все горячие сосуды Краккен, покрыто было волшебной голубой жижей, которая шипела и пузырилась. Хотя жара и дым были невыносимы, дрожь земли казалась здесь слабее, а гневный рев вулкана отзывался лишь слабым эхом да трепетом под ногами. Эта пещера была, без сомнения, одним из немногих воздушных карманов в теле горы Краккен, но находилась в самом сердце бури или в пасти самого дьявола.
Килак бесшумно крался к спящему чудовищу — хозяину горы. Тонкие мечи притаились в ножнах. Эллайен видел из своего укрытия, как по лицу паренька беспрепятственно текли струн пота. Думал ли Килак о костях, по которым шел, об останках тех, кто приходил до него? Охотники за драконом, искавшие славы и смерти Киллангратора. Гоблины и великаны, людоеды и тролли, эльфы и карлики, и, может быть, даже люди. Несметное войско, собравшееся в логове дракона за многие столетия, испепеленное, разбитое в щепки, перемолотое в пыль.
А теперь Эллайен и Килак пришли присоединиться к ним.
Парень медленно и уверенно ступал по куче скользких камней, подбираясь все ближе к голове спящего дракона. Эллайен непременно завопил бы, увидев своего друга рядом с громадными челюстями, если бы не сковавший его страх. Он задержал дыхание и постарался унять бьющееся сердце, уверенный, что оно своим стуком может выдать их в любую минуту.
Пока охотник справлялся с биением собственного пульса, Килак поднялся на горку и оказался в опасной близости от закрытого веками глаза. Трясущимися руками Эллайен нащупал оперение стрелы и стал ждать сигнала.
Килак обернулся на него.
Эллайен побелел. Парнишка, должно быть, разглядел ужас в лице друга, или вдруг понял, что храп прекратился. Теперь и он обнаружил то, что уже видел Эллайен.
Открытый немигающий глаз смотрел прямо на него.
Следующие события произошли в одно мгновение. Драконья голова с невероятной быстротой переместилась назад. Килак не успел обнажить мечи. Движение Киллангратора разворошило кучу камней и костей, на которых он стоял, и парню пришлось приложить все усилия, чтобы удержаться на ногах. К ногам Эллайена подкатился беззубый череп. Охотник выстрелил и промахнулся. Пока он вновь готовил лук, дракон набрал воздуху, будто хотел высосать все содержимое пещеры. Килаку не достать было чудовище, и, не тратя времени на мечи, он нырнул в укрытие за ближайшими валунами.