Алый меч
Шрифт:
Приветливый возглас солдата, проходившего мимо кучи тряпок на берегу, отвлек Джерома от раздумий. Джером благодарно кивнул, когда тот предложил подыскать ему платье посвежее. Даже будь у него время постирать одежду, она навсегда пропахла едким запахом смерти и поражения.
Джером закончил умываться к тому времени, когда солдат вновь появился на берегу с чистыми штанами и рубахой в руках. Обычная форма партианской пехоты, пояснил солдат, как правило, черная. Новая одежда оказалась маловата, но движений не стесняла, и Джером горячо поблагодарил солдата.
Вместе они отправились к лагерю,
Когда они были готовы тронуться в путь, к ним присоединилась Мариша, чистая и сияющая. От нее пахло нежным ароматом фруктов. Девушка облачилась в легкую форму партианского лучника, только без оружия. Растрепанная, в мешковатой одежде, Мариша была очаровательна, и Джером остановился, чтобы подождать ее.
Они двинулись в путь вдвоем, позже к ним присоединились Эллайен и Килак. Несмотря на печальные обстоятельства путешествия, друзья были счастливы снова оказаться вместе.
Радость, однако, недолго шагала с ними рядом. От съестных припасов сохранить удалось совсем немного, и питаться приходилось тем, что попадалось по дороге. Повсеместное опустение привело к тому, что пища стала редким удовольствием. Голод повлек за собою усталость. Люди, которым едва удалось поспать со времени отчаянного отступления в Гиблом ущелье, вынуждены были путешествовать пешком. Джером наблюдал, как решимость партианцев таяла на глазах, а горе и сомнения начинали подтачивать души изнутри.
Джером всеми силами боролся с унынием и отчаянием, и Меч помог ему на первых порах. Вскоре, однако, и Джерома охватили сомнения. Стоит ли бездумно полагаться на талисман? Меч подвел его один раз, это может случиться снова. Но без веры в Меч, где взять сил идти дальше?
Наблюдательная Мариша первой заметила его состояние. Подбадривая его словами и действиями, она приступила к задаче вернуть Джерому уверенность в себе. В ее ласковом голосе, нежных прикосновениях и любящих глазах Джером нашел понимание и непритворное сочувствие. Свинцовые тучи, накрывшие мир тяжелым пологом, жестокие и безжалостные враги не вселяли больше страх в его душу. Один взгляд на Маришу, будто лучик солнца, рассеивал мрак и согревал надеждой. Благодаря девушке, долгая и утомительная дорога в Куурию казалась лишь временной неприятностью.
Мариша много расспрашивала юношу о Мече — где он нашел талисман, как научился действовать им в бою и прочее. Не удивительно, если вспомнить, сколько любопытства она проявляла еще в Феверруте. Ее зачарованность легендой напоминала Джерому себя самого, и он с удовольствием отвечал на вопросы. Мариша осмелилась взять Меч в руки и долго восхищалась его совершенством и волшебным сиянием. Джером поведал все, что узнал о Мече с самого начала и до того момента, как потерял его в бою. Юноша заметил, что это помогло ему лучше понять, как управлять силой Меча. Ни Мариша, ни Килак не оспаривали утверждения Джерома, что именно Алый Меч вел его в битве. Паренек, не теряя времени, пояснил, где Джером действовал правильно, а где допустил ошибку, но ничего определенного
— И он никогда не кажется тебе тяжелым? — полюбопытствовала Мариша.
— Никогда, — утвердительно ответил Джером. — Даже в бою с драконами я совсем не устал. И все же…
— Да?
Джером оглянулся и, убедившись, что никто посторонний его не слышит, смущенно понизил голос.
— Меч подвел меня. В Гиблом ущелье враг превосходил нас числом. Почти всех перебили, и я не мог этому помешать. Что проку от Меча, если он подводит в тот самый момент, когда более всего нужен?
Мариша ласково и грустно взглянула на него.
— Меч не подвел тебя, Джером. Ты стал уязвим, когда позабыл о своей цели. Меч — продолжение воли владельца. Только твои решительность и стремление, страсть и желание определяют его силу.
Джером задумался над словами Мариши. Кажется, именно так и происходило. Мариша права. Юноша вновь с восхищением взглянул на девушку, державшую в руках Меч, и изумился ее проницательности.
— Что ты имела в виду, когда сказала еще в Феверруте, что Меч существует?
Вопрос застал девушку врасплох.
— Я тебе уже говорила. Просто хотела поддержать твою веру…
— Нет, — не унимался Джером. — Ты имела в виду нечто другое. Речь шла о твоей тайне. Разве не так?
Неожиданно Мариша растерялась и начала озираться по сторонам, будто в поисках укрытия.
— Отец, — наконец ответила девушка, — рассказывал мне много сказок в детстве. Легенда о Мечах нравилась мне больше всех.
— Ты впервые вспомнила отца, — заметил Джером.
— Мама оставила его, когда я была еще маленькой. Я его едва помню.
— Прости, — смутился Джером. — Я не хотел тебя расстроить.
Улыбка Мариши подсказала ему, что все уже прощено и забыто.
— Просто не приставай больше со своими сомнениями.
Джером неуверенно кивнул. Юноша был немало озадачен и удивлен необычайной силой воли Мариши.
День тянулся медленно. Угроза преследования нависла над путниками, будто тяжелая туча. До сих пор им не встретилось ни одного признака драконов или демонов, о которых говорил колдун. Солдаты перешептывались приглушенными голосами и тихо ступали по земле, растянувшись длинными вереницами, чтобы скрыть следы. До границ Куурии оставалась неделя пути. Рано чувствовать себя в безопасности. Четверо конных разведчиков отправились в разные стороны. На восток ускакал всадник, который должен был сообщить королю Галдрику, куда направлялся Коратэль, чтобы тот мог выслать подкрепление. Остальные разведчики получили приказ каждый час возвращаться с докладом о действиях противника. Пока все было тихо.
Ближе к вечеру погода раскапризничалась, потоки дождя заливали промокших до нитки людей, пробиравшихся по поросшим лесом и кустарником берегам. В довершение всех неприятностей подул холодный восточный ветер. Путники продрогли до костей. Джером и Мариша к тому времени оказались в хвосте процессии, где слушали, как Эллайен делился с Килаком премудростями стрельбы из лука. Парнишка, который давно уже сравнялся с охотником в мастерстве, внимательно слушал, пока вдруг не замер на месте, скомандовав остальным не шевелиться.