Алый король

Ниммо Дженни

Вместо отражения там клубился легкий туман. Как ни старайся, в нем ничего не удавалось рассмотреть. Вспомнив об опасности, Оливия задвинула ящик обратно, а зеркальце сунула во внутренний карман пальто. Теперь предстояла инсценировка с охранником. Оливия решила: чтобы отвлечь его во второй раз, нужно придумать что-то более драматичное, чем птичка. И придумала поднимающиеся от черного ковра клубы дыма, не забыв прибавить к ним запах горелого меха, хотя представления не имела, каким он должен быть, это запах.

Пройдя

на цыпочках по апартаментам, она приложила ухо к двери и спустя некоторое время услышала проклятия и торопливые шаги. Затаив дыхание, она немного приоткрыла дверь, выскользнула наружу и тихо затворила ее за собой. Иллюзия дыма получилась отменной. В дальнем конце коридора охранник топал ногами по черному ковру. Но едва дым пропадал в одном месте, как тут же появлялся в другом.

Оливия кинулась к лифту и нажала кнопку. Лифт оказался занят. Она нажала еще раз. Еще раз. И еще. А охранник как раз решил передохнуть, почесал в затылке и посмотрел в ее сторону. Оливия вжалась в дверь лифта так, что почти слилась с ним. В этот момент с легким металлическим лязгом двери раздвинулись, Оливия вскочила в кабину и немедля нажала кнопку первого этажа.

— Эй! — вскрикнул охранник.

Но Оливия уже ехала вниз. На ее счастье, лифт спустился до самого низа, ни разу не остановившись. С небрежным, даже легкомысленным видом она поспешила к матери. Несмотря на толпу, найти мать благодаря ярко-красному пальто было нетрудно. Она все еще торчала возле отдела косметики. Когда Оливия добралась туда, то увидела прилавок, заставленный пудрой, кремами, помадами, тушью для ресниц, щетками, кисточками, какими-то баночками и бутылочками.

— Мама, пойдем, — дернула маму за рукав Оливия.

Миссис Карусел повернулась и увидела встревоженное лицо дочери:

— Хорошо. — Она скорбно улыбнулась продавцу. — Извините, это не совсем то, что мне надо. Большое спасибо.

Оливия потянула мать к выходу, а продавец растерянно озирал учиненный хаос.

— Удалось? — поинтересовалась миссис Карусел.

Оливия кивнула.

Они вышли на улицу и нос к носу столкнулись с мисс Кристалл, которая — виданное ли дело? — держала за руку Джошуа Тилпина.

— Мисс Кристалл, не так ли? — Миссис Карусел ослепительно улыбнулась. — На распродажу бриллиантов? А это кто? — Она улыбнулась Джошуа.

— Один из учеников, — небрежно ответила мисс Кристалл. — Его зовут Джошуа Тилпин. Меня попросили в школе купить ему новую рубашку.

— Не дороговатый ли магазин для маленького мальчика? — заметила миссис Карусел, кивнув на мраморные колонны «Империи».

Мисс Кристалл сделала вид, что не расслышала.

— Бедный парнишка, — вздохнула миссис Карусел. — Он так жалко выглядит.

— Не верь его виду, мама. — Оливия взяла мать за руку. — И давай скорее.

Чарли ждал на ступеньках возле их двери. Едва увидев встревоженное, но улыбающееся лицо Оливии,

он сразу понял, что дело выгорело.

— Мы налетели на мисс Кристалл с Джошуа, — сразу выложила Оливия, как только они вошли в прихожую. — Они могут нас заподозрить. И мне кажется, меня видел охранник.

— Будем надеяться, нет. А можно посмотреть зеркало? — попросил Чарли.

— Да, давайте, а то мне прямо не терпится, — Миссис Карусел повесила пальто на вешалку и подтолкнула детей к гостиной.

Не успела Оливия достать зеркальце, как в дверь громко постучали. И тут же за высоким, от пола до потолка, двустворчатым, так называемым французским окном замаячили две фигуры.

Миссис Карусел вскрикнула.

— Спокойно, мама, — успокоила ее Оливия. — Это Танкред и Лизандр. Они пришли помочь.

— И очень вовремя, — добавил Чарли.

В дверь опять так забарабанили, что звук разнесся по всему дому.

КОЛДУН И ОДАРЕННЫЕ

Больше всего на свете Танкред с Лизандром любили сложные задачи, драки и всевозможные состязания. Им не надо было даже видеть незваных гостей, ломившихся в двери дома миссис Карусел, чтобы понять, кто это. Тем более что грохот сопровождался яростным лаем.

— Ротвейлеры, — сообщил Лизандр.

— Моры! — с явным предвкушением ухмыльнулся Танкред.

Подняв руки, он поглядел на небо, и в ту же секунду на землю обрушился такой ливень, словно в облаках распахнулись шлюзы.

Оливия открыла французское окно, и Лизандр заскочил в комнату. Дождь продолжал поливать. Танкред стоял под водопадом и через мгновение уже оказался едва не по колено в воде, а молнии метались по ухоженной лужайке Каруселов.

— Его ударит! — закричала миссис Карусел. — Кто-нибудь, уведите его оттуда!

— Его ударить не может. Он сам повелитель погоды, — успокоил ее Лизандр.

Оливия побежала в кухню, окно которой выходило на улицу. Из него она увидела топтавшихся на крыльце братьев Мор, с трудом справлявшихся со своими ротвейлерами. Насмерть перепуганные грозой, псы рвались с поводков.

Наконец братья с проклятиями покинули крыльцо. Впавшие в истерику псы стремительно удалялись от дома. На концах поводков болтались их хозяева.

Оливия бегом вернулась в гостиную.

— Убрались восвояси! — объявила она.

— О, хорошо! — воскликнула миссис Карусел, всегда быстро приходившая в себя, особенно если ничего плохого не случалось. — Теперь можете позвать светленького мальчика, и мы съедим по булочке.

— Боюсь, еще ничего не кончилось, миссис Карусел. Приход братьев — сущий пустяк по сравнению с тем, что может произойти, — возразил Лизандр.

— Если ты говоришь о колдуне, то и он не заставит меня отложить чаепитие! Давайте-ка сообразим завтрак, а? — с замечательным спокойствием объявила миссис Карусел.