Алый король
Шрифт:
— Да, Лайелл, я действительно был тебе плохим другом, — пробормотал он и решительно зашагал по мощенному булыжником переулку, не обращая внимания на мороз, норовивший превратить его слезы в льдинки. Он не задумывался об опасности, грозившей ему из-за имевшихся при нем дневников.
Чарли проснулся и увидел сидящую на его подушке моль. Он понял, что ей что-то нужно. Мальчик зевнул и выбрался на лестничную площадку. В доме было темно, но под кухонной дверью он увидел тонкую полоску света. Это мог быть только
Было ужасно холодно. Чарли запахнул пижамную рубашку и начал спускаться. Он обнаружил дядю Патона за кухонным столом перед разложенными дневниками. На лице у Патона было такое выражение, что Чарли встревожился:
— Дядя Патон?
Дядя поднял взгляд:
— А, Чарли. Я только что вернулся из книжного магазина. Ну и ночка!
— Я слышал полицейские сирены, — сказал Чарли.
— Да, кто-то пытался вломиться к мисс Инглдью. Похоже, приходили за дневниками. Мы решили, что это была тень.
— Ого! Кто-нибудь пострадал? С Эммой все в порядке? А вы…
— Чарли, там был Бартоломью. Он хочет, чтобы ты спрятал дневники в прошлом, — серьезно произнес Патон.
— В прошлом? — не понял Чарли.
— Извини, я прошу тебя сделать это немедленно. Конечно, ты устал и уже поздно, но Бартоломью очень настаивал, и я думаю, он прав. Ты умеешь проникать в картины, рисунки, фотографии. Не придумаешь ли, где можно сохранить фотографии в безопасности? Куда не смогла бы проникнуть тень?
Чарли поскреб затылок.
— Да, — медленно произнес он. — Я могу отдать их Скорпио.
— Чародею? Слишком опасное перемещение, Чарли. Но если удастся уломать старика, у него, безусловно, дневники будут в безопасности.
ОЛИВИЯ ВЫДАЕТ СЕБЯ
Чарли взял дневники и вместе с дядей пошел наверх. На лестнице сквозило. Свеча коптила, мерцала, грозя погаснуть. Дядя держал ее слишком высоко, поэтому Чарли поднимался осторожно, боясь пропустить ступеньку и оступиться.
Войдя в свою комнату, Чарли положил блокноты на край стола и вытащил из-под матраса небольшую картинку. Дядя все топтался у двери.
— Мне кажется, тебе нужно побольше света, Чарли.
При скудном свете свечи Чарли действительно с трудом различал изображение.
— Да, лучше зажечь свет у кровати, — согласился он.
— Ну, тогда я тебя оставлю, Чарли, — сказал дядя. — Но как ты вернешься обратно? Может быть, тебе понадобится моя помощь?
Чарли покачал головой.
— Я возьму с собой ее, — кивнул он на моль, сидевшую на его постели. — Она и поможет мне вернуться. Она уже это делала.
— Понимаю. Ну что ж… желаю удачи. — Патон еще немного потоптался и ушел.
Чарли включил свет и закрыл дверь. Он положил картинку на подушку и сел рядом. В руках он держал дневники Бартоломью, перевязанные кожаными ремешками.
Картинка была очень старой. Краски потемнели,
Он уже несколько раз навещал чародея Скорпио. Поначалу Чарли его побаивался, но потом страх прошел. Он уже привык к горящим глазам старика и глухой, отрывистой речи.
— Чарли Бон?
Хоть Чарли и ждал этого, голос все-таки застал его врасплох. По спине побежали мурашки. Белая моль взлетела и села ему на плечо, готовая при перемещении лететь впереди мальчика.
Как только предметы его собственной комнаты начали расплываться, Чарли ощутил запах тлеющих трав и сальной свечи. Голова у него закружилась, а ноги стали легче воздуха. Покрепче прижав к себе дневники, он, не отрываясь, смотрел в желтые, горящие глаза Скорпио. Он уже слышал шорох чародейской мантии, лязг железа и шипение огня.
— Кого я вижу? Чарли Бон собственной персоной! — Скорпио почесал заросший подбородок. — Бывали времена, когда появлялась только твоя голова. Ты стал могущественнее?
— Могущественнее? — удивился Чарли и посмотрел на свои руки. — Ох!
— Ты принес мне что-то в дар? — Чародей рассматривал блокноты, стянутые кожаным ремешком.
— Не совсем, — ответил Чарли. — Я пришел просить вас об одолжении.
— А-а. — Чародей потер руки. — Я люблю одолжения. Потому что тогда и я могу просить об одолжении.
— Наверное, да. — Чарли немного забеспокоился.
— Давай сядем.
Накинув на стол красную скатерть (чтобы прикрыть от посторонних глаз то, что там находилось), Скорпио пододвинул два громоздких деревянных стула. На один указал Чарли, а на другой сел сам, откинув в стороны полы мантии.
— Ты хочешь рассказать мне об этих книгах?
Чарли протянул блокноты чародею:
— Это дневники, сэр. Совершенно особенные. Их написал человек по имени Бартоломью Блур, мой дальний родственник. Он объехал весь свет и всюду записывал истории, услышанные об Алом короле. Эти записи очень ценны, потому что в них хранятся секреты… такие секреты короля, о которых никто не знает.
— Если они такие ценные, то почему ты отдаешь их мне? — хихикнул Скорпио. — Так мне доверяешь?
— Я вынужден, — признался Чарли. — Есть человек… существо, которое люди называют тенью. Он изображен на портрете Алого короля и…
— Тень? — Скорпио так резко встал, что от взметнувшейся мантии на Чарли повеяло холодным ветром. — Ничего больше не говори. Я знаю его. Чародеи предпочитают о нем не упоминать. Как раз из-за него о нас идет дурная слава. Даже если его имя произносится шепотом, то и тогда волшебники сразу начинают сердито махать руками.