Алый цвет зари...

Фадеев Сергей Иванович

Она снова была в своей Северной стране. Стоящий перед ней на коленях скальд пел ей о любви. «Полюбил ее скальд…» Дарья, как и подобает королеве, милостиво и величественно улыбалась. Она вернулась на Родину… Вернулась навсегда.

Глава тридцать первая

Пройдя паспортный контроль в аэропорту Шарля де Голля и получив небольшой чемодан, Петр вышел в зал прилета и затоптался на месте, чувствуя себя немного не в своей тарелке. В Париже ему еще не приходилось бывать.

Елена буквально налетела на него, едва не

сбив с ног. И принялась обнимать, тискать и целовать. Петр смущенно отбивался, но сердце его учащенно билось и замирало от восторга. Он понял, что соскучился по своей прелестной, слегка взбалмошной родственнице.

— Петья! Дорогой! Я очень рад, то есть рада! — бормотала она. — Сейчас едем в город! Я покажу тебе Париж! Мой машина на стоянка!

Им пришлось идти довольно долго, пересекая многочисленные подъездные пути. Елена тараторила без умолку, успев рассказать по дороге и о короле франков Хлодвиге, объявившем в 486 году Париж столицей, и о Меровингах, и о Капетингах, и об эпидемиях чумы, потрясавших великий город, и о Столетней войне. Варфоломеевской ночи, казни Людовика XVI и королевы Марии-Антуанетты, радикальной перестройке Парижа префектом бароном Османом… Она показала Петру тринадцатый столб, в который врезался в тоннеле «Мерседес» принцессы Дианы, перескочила потом на рассказ о Мулен-Руж и Монмартре… Она почему-то поведала ему историю Третьей Республики, рассказала последние парижские светские сплетни… Короче говоря, пока они добрались до ее дома, в голове у Петра образовалась сплошная каша из имен, событий и дат.

Но на кухне своей уютной большой квартиры Елена немного остыла, и Петр взял быка за рога.

— Скажи, тебе удалось что-то выяснить, обнаружить какие-то следы кольца? — потягивая прекрасное легкое французское винцо и заедая его сыром, спросил он.

— Нет, не удалось! Нет успех! — сразу погрустнела девушка.

— Ну и ничего. Не расстраивайся! Для этого я и приехал! Одна голова хорошо, а две — лучше!

— Лучше, очень лучше две! — тут же согласилась Елена.

Дав Петру час на отдых и приведение себя в порядок после дороги, она потащила его в город на метро, в котором Петр тут же запутался. Разные уровни, станции, направления движения поездов, сам черт ногу сломит! Они доехали до площади Согласия.

Потом Петр послушно шагал за быстроногой Еленой по улице Риволи, увидел издалека Лувр, сад Тюильри, обошел Вандомскую площадь. Потом они двинулись в сторону Гранд-опера, которую Елена упорно называла Опера Гарнье.

— Это есть самый популяр театр Франции, его строил архитектор Гарнье в 1875 году, точнее, закончил тогда, — голосом опытного экскурсовода вещала Елена, — видишь, у него золотой купол. Вечерами сюда приходить богатый дамы и господа, как у вас говорить, в брюликах и фраках!

Она провела Петра внутрь, и он долго рассматривал потолок парижской Оперы, расписанный знаменитым Марком Шагалом.

— В 1964 году он завершать, — не преминула добавить всезнайка Елена. — Здесь могут сидят три тысяча людей!

— Впечатляет! Какая красотища! Какая роскошь! — с восхищением выдохнул Петр.

— В Опера Гарнье много выступал великий русский артисты — Шаляпин, Нижинский, Лафарь,

Нуриев. Он возглавлять балет Гранд-Опера.

— Вероятно, знаменитый Призрак Оперы живет где-то поблизости? — полюбопытствовал Петр, решивший продемонстрировать, что он тоже не лыком шит и кое-что знает о знаменитом здании.

— О, ты слышать! Класс! Это писатель Гастон Леру выдумать уродливый Эрик, носящий маска. Он полюбить молодой певиц, очень большой талант, но та предпочла нормальный молодой человек.

— А потом был создан мюзикл Эндрю Ллойда-Вэббера «Фантом Оперы»…

— Верно, верно! — захлопала в ладоши экспрессивная Елена. — Но ты не знать, что в 1869 год, когда ложа Эрика № 5 был продан, упал огромный люстр, погибли люди! Потому что эта ложа всегда резерв, его была. А тут администратор продавать! И катастроф был!

— Да уж, мистика!

— Мистик, настоящий мистик! — согласилась девушка и тут же поведала Петру историю о том, что одна из скульптур на фасаде здания выполнена скульптором Полем Бельмондо, отцом знаменитого Жана-Поля Бельмондо. — Он копировать оригинал Карпо «Танец», который теперь есть в Лувр, — пояснила Елена.

Выйдя, наконец, из Оперы, Петр послушно потащился следом за Еленой по Большим Бульварам, пока она не выбрала небольшой уютный ресторанчик, где они благополучно отужинали.

Неутомимая парижанка после скромной трапезы с бутылкой вина, за которую расплатился москвич, поволокла порядком уставшего Петра в сторону площади Согласия, а потом на Елисейские Поля, где в магазине «Сефора» неожиданно сделала ему подарок: купила дорогую туалетную воду «Картье», и как ни отнекивался он, пришлось презент принять.

Петр мысленно похвалил себя за сообразительность: из Москвы он приехал не с пустыми руками. Он привез Елене янтарное колье. Когда они, совершенно без ног, в полночь приехали на такси домой, в голове у Петра была полная мешанина от увиденного и услышанного. Соображал он слабо, приняв душ, рухнул в отведенной ему гостевой комнатке на узкую кроватку и тут же захрапел…

На следующий день Петр вручил подарок свежей и невероятно симпатичной Елене и наотрез отказался от продолжения экскурсий по Парижу.

— Дело надо делать! — решительно и довольно хмуро заметил он.

— Зачем такой серьезный? — кокетливо и весело спросила его хозяйка. — Мы все успеть!

Но для начала Елена по просьбе Петра еще раз внимательно изучила в Интернете всю информацию о трагической аварии под Парижем, унесшей жизни юной красавицы и талантливого актера из России. Потом родственники отправились в специальную библиотеку, где принялись просматривать местные издания. Однако улов оказался довольно скромным.

— Надо ехать на место события! — безапелляционно заявил Петр.

Поездку отложили на следующее утро, а всю вторую половину дня Елена, несмотря на его протесты, опять гоняла Петра по французской столице. Отель-де-Виль и Гревская площадь («здесь когда-то стояла гильотина, и вообще здесь казнили»), великолепные витражи Сен-Шапель, величественный Нотр-Дам де Пари на острове Сите…

— Здесь есть гвоздь креста, который распят Иисус! — просветила Петра его французская родственница.