Альтер Эго
Шрифт:
— Скотина!
Она снова бросилась на него, и он снова отбил атаку. Хлестнул её коня, и тот взвился на дыбы, едва её не сбросив, но Кэтриона удержалась, и промчалась мимо него.
— Ведьма!
— Подонок!
Остановилась напротив и снова пустила коня медленно, обходя Рикарда, словно тигр добычу.
— Демоны Ашша, да ты что, так любишь киноварь, что готова порвать меня за то, что я в ней ничего не понимаю? — усмехнулся он, пытаясь успокоиться.
— Киноварь? Да плевала я на киноварь!
— Тогда может, опустишь клинок, и мы поговорим?
—
— Что значит «какие»? — удивился Рикард.
— Милорд любит играть в дураков? Ладно, я объясню, — она добавила медленно, разделяя слова паузами. — Какие именно, дружок? Что это должны были быть за бумаги? Ты же не мог утащить всё, что было у Крэда в комнате, ты же должен был взять что-то определенное, так? И как ты должен был их узнать? Что ты должен был найти? Отвечай! Что было в этих бумагах? Я же понятно выразилась?
Изогнутый конец сабли хоть и смотрел немного в сторону, но если она размахнется, а он зазевается, то она точно снесет ему голову. Он отъехал чуть дальше, Бард фыркал раздраженно, и мышцы у него на спине подрагивали от напряжения.
— А почему тебя вдруг интересуют эти бумаги? — спросил он осторожно.
Её вопрос странный. С подвохом.
— Почему? Да потому! Потому что в бумагах Крэда я нашла кое-что интересное о тебе, Рикард Адаланс! И... О, ужас! Какое совпадение, сразу после этого Крэда убили! Ты ещё скажи, что это случайность!
— Обо мне? — его удивление было искренним.
Да что такого о нём могло быть в этих бумагах?
— Вижу, ты понимаешь, о чем речь! Ты соврал мне! Ты врал мне все это время! Тебе нужны были именно эти бумаги, и ты притащился за мной в Лисс, пытаясь их украсть! Ты разыграл всё это нападение в гостинице со своим дружком Сейдом, а потом таскался за мной, подкарауливая момент. Вот только руны мои снять не смог! Так ведь? А потом, когда я не поехала в Таршан, ты послал своего дружка втираться ко мне в доверие? Я уже не уверена в том, что ты и псов не подговорил, рыцарь-спаситель! — она почти кричала. — «Я похожа на твою сестру!», «Ты ранена, отдыхай!», «Я поделился с тобой силой»... Свинья! Сволочь! Скотина!
Она снова бросилась на него, и Рикард быстро отвернул коня в сторону, уводя её лезвие и ускользнув от удара.
— Что? Что за бред ты несешь? Украсть у тебя бумаги? Да на кой ляд они мне! И какой ещё дружок Сейд? Ты вообще о чём? Силы небесные, это я подослал псов?! Кэтриона, ты что, одной беленой питалась по дороге сюда?
— О! Вот это у тебя хорошо получается — притворяться! Искренность так и плещет! Попробуй податься в лицедеи! Думаешь, я поверю тебе? Я уже не уверена, что Крэда убил не ты, между прочим! И дом его сжёг! У тебя для этого был и повод, и время, и оружие. А мне наплел про каких-то неведомых убийц! Но сейчас ты мне всё расскажешь, или, клянусь своей косой, я перережу тебе
Она замахнулась, но Рикард пригнулся, пуская коня вперед рывком, и ударил так, что сабля вылетела у Кэтрионы из рук и упала в траву. Все-таки она очень самонадеянна, думая, что сможет победить его в таком бою. И слишком зла, чтобы здраво рассуждать.
Кэтриона мгновенно спрыгнула с лошади, но Рикард её опередил, отшвырнул свою саблю, бросился на Кэтриону сзади, сбивая с ног. Они покатились по сухой траве, и он навалился на неё сверху, перехватив обе руки за запястья, и завел их за голову.
— Ну всё! — он прижал её к земле и произнес, глядя прямо в лицо. — А вот теперь мы поговорим нормально! Повтори, что ты сказала про косу?
— Что?
Она изворачивалась, пытаясь лягнуть его ногой, но он держал её крепко.
— Так что ты сказала про косу?
— Про какую, к Дуарху, косу?!
— Ты сказала, клянусь своей косой?
— Да какая разница!
— Откуда ты знаешь это выражение?
— Ты спятил? Отпусти меня! Предатель! Или ты не умеешь драться честно?
— Я-то умею, но ты уже проиграла, — он усмехнулся, разглядывая её раскрасневшееся лицо и глаза, пылающие таким праведным гневом, тёмные, как спелые черешни...
...клянусь своей косой...
...и эта ярость, необъяснимая, и так странно знакомая...
— Почему ты должен уехать? — спрашивает сестра.
Она стоит, насупившись, с недовольным лицом и теребит в руках желтого бумажного змея, которого они сегодня полдня запускали над виноградниками.
Солнце склоняется к вершинам деревьев, из-за стройных рядов лоз доносятся песни работниц — первый урожай сладких синих ягод падает в корзины.
— Отец отправляет меня в Рокну. Я буду учиться и стану офицером, не всё же время мне проводить с девчонкой! — усмехается Рикард и срубает бариттой высокий стебель полыни.
Отец подарил ему настоящую баритту, длинную. Такую же, как у него самого. С красивой гардой и гербом Азалидов на ручке. С лезвием, таким гладким и блестящим, что, кажется, коснись его пальцами, и оно запоёт тревожно. Не то что короткий городской меч, которым он тренировался до этого.
— Надолго? — спрашивает сестра, и впервые её голос так странно дрожит.
— На три года... наверное.
— Три года! Так долго?! И ты бросишь меня здесь? — она смотрит решительно и почти умоляюще. — Возьми меня с собой!
— С собой? Тебя? Девчонкам не место в казармах, — усмехается Рикард, делая выпад в сторону больших лопухов.
Вот же глупость сказала. Взять её с собой!