Алтари Келады
Шрифт:
— Фирелла? — удивился Магистр. — Но ей всего двенадцать лет.
— Вы видели ее, Магистр? Она хороша собой?
— Да, — медленно ответил Магистр, потом еще раз повторил:
— Да.
— Я так и думал, — обрадовался Вальборн. — Мы — отдаленная родня, с этой стороны препятствий не будет.
— У любого дела есть по меньшей мере две стороны. Она еще ребенок.
— Ей двенадцать лет, а мне — двадцать восемь, — пояснил Вальборн.
— Через пять лет ей будет семнадцать, а мне — тридцать три. Я не тороплюсь. И вы верно заметили. Магистр, у Берсерена нет своих детей. Придет
— Скажите, Вальборн, — спросил вместо него Альмарен, — а где вы собираетесь размещать людей на Оранжевом алтаре? Поселок не приспособлен для содержания такого войска.
Вальборн не заметил неловкой поспешности, с которой молодой маг сменил тему разговора.
— Я думал об этом, — ответил он. — К северу от храма есть просторная поляна, а рядом — овражек с питьевой водой. Конечно, я не собираюсь обременять постоем местных жителей. За провизией будем раз в неделю посылать обоз к Берсерену. Я договорился с ним… Что это?
Все четверо прислушались. Со стороны дороги донеслось что-то вроде отдаленного возгласа, затем звук повторился.
— Стража заснула, бездельники, — недовольно сказал Вальборн. — Мы здесь все слышим, а они ничего не замечают.
Но он ошибся. Вскоре стражники привели к костру нескольких несчастных с виду, усталых людей с наспех собранными узлами и мешками.
— Кто вы такие? — поднялся им навстречу Вальборн.
— Мы с Оранжевого алтаря, ваша светлость, — объяснил один из них.
— Уттаки напали и захватили все — и поселок и алтарь.
Беженцы все прибывали и прибывали. Они устраивались на ночлег в лагере Вальборна, чувствуя себя здесь в безопасности. Воины один за другим просыпались от шума, пересказывали и обсуждали дурную новость, которая в ближайшем будущем должна была коснуться и их тоже.
Вальборн мерил шагами вытоптанную площадку перед костром. Он считал себя ответственным за случившееся, поэтому сознание собственной вины не давало ему покоя.
— Какие-то сутки, даже меньше чем сутки… — проговорил он, резким движением сжав руку в кулак. — Если бы знать заранее… мы шли бы день и ночь.
— Каморра торопит события, — отозвался Магистр, стоявший по другую сторону костра. — Интересно, большое у него здесь войско?
Вальборн вскинул взгляд на Магистра:
— Действительно, интересно. Нужно узнать у этих, которые оттуда.
Тревинер!
Охотник, который был рядом и все слышал, без лишних вопросов отправился к беженцам. Вернувшись, он доложил своему правителю:
— Уттаков примерно вдвое больше, чем наших. Их возглавляет Каморра.
— Прекрасно! Лаункара — ко мне! — Проводив глазами охотника, Вальборн обратился к Магистру:
— Если мы выйдем чуть свет, к восходу солнца мы будем на алтаре. Нужно застать их врасплох, тогда ни один уттак не уйдет от нас. И Каморра, надеюсь, тоже.
Войско чуть свет двинулось в путь. Дойдя до поляны, где располагался алтарный поселок, Вальборн остановил людей на опушке и выехал на край леса. Издали поселок выглядел как обычно, ничто не говорило о вчерашнем нападении. Посмотрев внимательнее, Вальборн увидел на косогоре
Составив план нападения, Вальборн вернулся и поделил войско на три отряда. Один отряд он послал к восточному краю деревни, другой — к западному, туда, где располагалась центральная площадь. Последний, конный отряд он повел сам на храм Саламандры. Отряды разошлись по опушке леса и одновременно двинулись в атаку.
Хотя беспечные уттаки не выставили охраны, а Каморра, занятый подготовкой Боваррана, не обратил на это внимания, войскам Вальборна не удалось подойти незаметно. Утро было уже не раннее, солнце поднялось выше скал. Кое-кто из уттаков уже проснулся и выбрался из шалашей на поиски еды. Войска были на полпути к деревне, когда раздались тревожные вопли уттаков, способные поднять и мертвого. И стоянка, и деревня, и храм в считанные мгновения ожили, как разворошенный муравейник. Дикари похватали оружие и приготовились к бою.
Шум на алтарной площади разбудил Каморру. Пока маг, выглянув из окна, пытался понять, чем вызвана тревога, прибежал помощник и доложил, что большое войско из Келанги атакует алтарь. Каморра прекрасно понимал, что уттакских сил недостаточно, чтобы оказать сопротивление. Он наспех оделся, выбежал из дома и вскочил на коня как раз в то мгновение, когда отряд Вальборна врывался в ворота ограды храма.
Единственный выход был закрыт, но Каморра, хорошо знавший расположение алтарных строений, и не собирался пробиваться на свободу этим путем. Приказав уттакам защищать ворота, он сделал помощникам знак следовать за ним. К противоположной стене ограды примыкали сараи и амбары — невысокие каменные строения с плоскими крышами. Оказаться на крыше, а затем перемахнуть через ограду не составляло труда ни для хорошего коня, ни для опытного конника.
На опушке Каморра использовал белый диск, чтобы подать сигнал к отступлению все еще сражающимся уттакам, и увел помощников в лес. Он уже не видел, как уттаки бежали по поляне, преследуемые воинами. Основная часть войск Вальборна была пешей, поэтому многим дикарям удалось скрыться в лесу, где преследовать их было безнадежно.
Вновь применив диск, маг собрал остатки уттаков и отвел их подальше в лес. Внутри у него все пело — какой-то мальчишка, которого он выставил из собственного замка, как новорожденного котенка, внезапно вернулся и вынудил его сломя голову, почти что в одном исподнем спасаться бегством. Каморра с досады забыл о быстро текущем времени, о том, что сам он давно не молод, а правитель Бетлинка вышел из детского возраста.
Из уттаков, ночевавших на территории замка никому не удалось спастись. Правитель Бетлинка со своей командой знал толк в рукопашной. Часть воинов осталась у ворот, перекрывая выход, остальные мечами и копьями расчищали алтарную площадь от уттаков. Альмарен приотстал от передового отряда, не справившись с заупрямившимся Налем, поэтому ему не довелось вволю помахать мечом. Он замечал впереди то Вальборна, методично и без промаха наносящего удары, то Тревинера в самой гуще сражения, на своей длинноногой Чиане, злой и азартной в бою, как и ее хозяин.