Алькурд Пардес. День Солнца

Никонович Сергей Сергеевич

– Девушка, откуда вы знаете?..
– удивлённо начал говорить Соулривер, но был прерван Реном.

– Ну да, а вместе с ними тут бегают хвостатые чёртики, - с сарказмом подтвердил Рыжий.
– Вы совсем спятили, что ли?

Заннинс оглянулся на сестру. Лилиан растерянно пожала плечами.

– Рен, демоны - это такие же психосущности, как и протекторы. Протекторов ты видел собственными глазами, их существование у тебя не вызывает сомнения?

– Но эти твари - совсем иное дело! Они больше похожи на тупых животных!

–

Это низшие демоны, - пояснил крестоносец.
– Они не обладают разумом.

– Первый раз о таком слышу, - сплюнул Рен.
– Я думал это всё сказки.

– Уничтожать демонов и не допускать паники - обязанность крестоносцев, - пояснил Арлиен.

– Как они появились здесь?
– подал голос Зиг.

– Кто-то открыл стабильный проход и впустил их в наш мир. Кто-то достаточно сильный, чтобы суметь отдавать приказы гончим. И что самое главное - кто-то разумный.

– Одержимый?
– с испугом уточнила Найа.

– Да, человек, порабощенный архидемоном, подходит на эту роль лучше всего.

– Зачем это делать кому-то?
– недоумённо спросил Рен.

– Одержимый не отдаёт отчёта собственным действиям, - пояснил Арлиен.
– Демон управляет волей и телом человека, как кукловод. Он может видеть глазами одержимого, слышать его ушами и диктовать то, что следует говорить. Но прорваться самостоятельно в реальный мир могут только сильнейшие из психосущностей, и то на очень малое время.

– Но крестоносцы же должны чувствовать сверъестественное!
– возмутился Рен.
– Нужно выследить этого вашего одержимого.

– Я пытался это сделать. Мои поиски привели меня сюда. Но я наткнулся только на гончих - пешек. Судя по их количеству - проход между мирами достаточно стабилен, чтобы просуществовать с несколько часов. Обладающей такой силой демон мог открыть его из любой точки города. И даже если бы в Вергилле было не восемь миллионов жителей, а много меньше - что-то мешает мне, какая-то сильная поме...

Никогда до этого звуки встревоженной водной глади не пугали студентов так, как сейчас. Все, не считая крестоносца, одновременно вздрогнули, услышав негромкие всплески. Всего в пяти метрах из воды медленно появлялись горбатые приземистые тени. Две, три, пять... Силуэты гончих накладывались друг на друга в полумраке, сливались. Разглядеть, сколько их было точно, не получалось. Существа утробно рычали, били хвостами по воде, разбрасывая по стенам коридора капли вонючей жидкости.

Рен невесело присвистнул. Найа что-то произнесла сквозь зубы на родном языке. Зиг отступил на шаг, заслоняя рукой Лилиан. Заннинс даже не подумал о том, насколько глупо со стороны выглядел этот рефлекторный жест. Арлиен Соулривер повернулся к врагам лицом, двумя руками держа меч перед собой.

– Что будем делать?
– спросил Зиг, сжимая кулаки.

– А есть варианты?!
– зло сплюнул Рен.
– Выживать!

Найа медленно опустилась, нашарила под водой древко глефы. Плавно, стараясь не делать резких движений,

девушка выпрямилась, сжимая в руке оружие. Существа не спешили нападать, рычали, чего-то выжидая. Зиг растерянно переводил взгляд с одногруппников на гончих и обратно. У него не было под рукой ничего, что могло бы послужить в качестве оружия, а от рукопашных атак, как показала практика, пользы было немного. Заннинс почувствовал холод липкого страха. Как он может защитить Лилиан, если не в состоянии даже ранить противника?

Первыми нервы сдали у Рена. Завопив, парень бросился вперёд, отводя руку для удара. Найа, промедлив мгновение, поспешила следом. Когтистые, клыкастые твари ринулись навстречу.

Зиг растерялся. Подземный коридор был узок для того, чтобы сражаться бок о бок вчетвером и не мешать друг другу. Найа вертела глефой, точно пропеллер, рубя направо и налево. Рен, сосредоточившись на одном монстре, играючи уходил от резких выпадов и с нечеловеческой силой давал сдачи. Неожиданно появившийся крестоносец не давал демонам прорваться сквозь него. Каждое движение его меча сопровождалось брызгами чёрной крови.

Поток гончих не стихал. Несколько тварей безжизненными трупами уже валялись у ног людей, но демонов это ничуть не смущало. Гончие ломились напролом.

Одна из тварей запрыгнула на спину сородичу и перемахнула через клинок крестоносца, задев бугристой спиной потолок. В воду посыпались вылетевшие из старой кладки кирпичи. Оказавшись за спиной рыцаря, демон ринулся к Заннинсу.

Зиг выступил вперёд, закрывая собственным телом сестру. Помня предыдущий опыт, он не спешил нападать, выжидая нужного мгновения для удара. Поразить незащищённые вязкой чёрной субстанцией ноги или морду чудища было единственным шансом.

В двух шагах от альбиноса гончая замерла. Крутанувшись точно юла, она смела хвостом Зига, отбросив его к стене. Не ожидающий подобной подлости альбинос больно ударился спиной о камень и на миг с головой ушёл в грязную воду.

Когда Зиг вскочил на ноги, он с ужасом осознал, что ничего не успевает сделать. Демоническая тварь летела на Лилиан, распахнув жадную пасть, сверля девушку жадным взглядом шести хищных глаз. Лили в испуге прикрывала голову, будто этот жест мог спасти от острых клыков. Перед глазами Зига пронеслась страшная картина смерти сестры - ломающая кости тяжёлая туша, с аппетитом размалывающая в труху человеческие кости. Альбинос в отчаянии бросился вперёд, прекрасно осознавая, что уже ничем не сможет помочь.

В этот момент тварь лопнула. Взорвалась, окатывая холодной жидкостью. Зигу показалось, будто кто-то вылил сверху несколько вёдер колодезной воды. Она обожгла кожу, противно залилась за шиворот и на мгновение замутила взгляд.

Когда же Заннинс вновь обрёл возможность видеть, он не поверил глазам. Лилиан стояла перед ним. С ног до головы мокрая и дрожащая от холода, но живая и невредимая!

– Колдовство!
– разразился гневом крестоносец.