Алкоголичка

Ром Вика

— Не догадался.

— Бывает.

Повисла пауза. Мы попеременно вздыхали, обмениваясь короткими взглядами.

— Что скажешь? — спросил вдруг Дима.

— По поводу?

— Ну ты не думаешь, что я использовал тебя, ради того, чтобы позлить Таю. Или вроде того.

Я пинала камешек носком босоножки.

— Я верю, что тебе неловко. И что тебе стыдно за невесту. Всё в порядке. Это всё? Ты только извиниться приехал? Мог бы, кстати, просто позвонить.

— Я так и не взял твой номер, — посмеялся

Дима. — Но вообще это не всё. Я хотел позвать тебя в Грецию. Семнадцатого ноября коммунистическая партия выйдет на митинг в честь дня основания.

— Ого! — Я воскликнула потому что он принял меня за коммунистку, а не из-за предложения. — Не имею партбилета, — сказала я в шутку.

— Хотя, постой. Ты же, наверное, работаешь. Я привык, что меня могут отпустить в любое время…

— Как ты вообще заинтересовался марксизмом? У тебя же родители бизнесмены.

— Да мне всегда было без разницы, какой у нас строй. Я хотел сидеть дома и сочинять. Только когда дали инвалидность и назначили пенсию, я напрягся.

— Отчего?

Он язвительно хохотнул.

— Знаешь, сколько мне платят? Нет? Двенадцать триста. А знаешь, сколько кварплата двушки с льготой? Три восемьсот. Я могу работать в колл-центре или заниматься мелким ремонтом. Прикольно?

— Не очень, — медленно произнесла я. Поразмыслив, спросила: — Но ты считаешь, при другом устройстве, ты бы занимался чем-то получше?

Он пожал плечами.

— А может я просто фантазер.

Мы посмеялись.

— Возьми мой номер, — сказал Дима. — Вдруг надумаешь?

Что мне стоило взять его номер? Да ничего. От Сочи до Иркутска шесть часов лету. И он не знает, что я за человек и какого дерьма наворотила.

— Ну давай.

18.2

В указанное время прилетели папа с Леной. Папа позвонил в девять. По голосу было ясно, что он заспанный.

— Как дела? — спросил он. Услышав мое обычное «нормально», сказал: — Ладно. Я приеду завтра с утра. Если врач отпустит тебя, задержимся дней на пять, отдохнем?

До меня не сразу дошло, что он спрашивает, а не утверждает.

— Ты хочешь знать мое мнение?

— Да. Хочешь? Сходим в Сочи-парк.

Я едва не фыркнула презрительно.

— Не знаю. Мне уже не десять. И даже не пятнадцать.

— Там есть развлечения для взрослых, — напомнил он.

Я вспомнила, что Крис обещала мне «Падающую башню».

— Ладно. Давай, сходим.

Они с Ленкой приехали в десять. Около часа отец общался с Алексеем Федоровичем, а мы с сестрой сидели у меня в номере. Она рассказала про маму, про мою кошку, но я почти не слушала. Я все думала, зачем она приехала?

— А ты для чего прилетела? — спросила я, дождавшись паузы в потоке речи.

— А?

— Ты рефери или вроде

того?

Она нервно сцепила пальцы.

— Я выхожу замуж.

— Замуж? — До меня не сразу дошло. — Где? Тут?

Ленка растерялась.

— В Иркутске. А сюда я приехала за свадебным платьем.

Я решила, что сестра прикалывается, но заметила, как она гладит безымянный палец правой руки, там, где белая полоска без загара.

— А где кольцо?

— Дома оставила. Боялась потерять.

— А как же карьера?

— Одно другому не помеха. — Ленка пожала плечами. — Ты не хочешь общаться с папой? — осторожно спросила она.

— А ты хочешь? Ты знаешь, что он прилетал сюда на свадьбу сослуживца и взял с собой любовницу? Ту, у которой маленькая дочка.

— Мила. Он наш папа. — Она уставилась в стену. — И потом. Откуда нам знать, что он искал на стороне? Почему мама не ушла? Это нас не касается.

— Это не коснулось тебя.

Дверь отворилась и вошел папа.

— Ну? Врач дал добро! Едем?

Я видела, что он бодрится, и стало ясно, что Ленка не просто за платьем приехала, но и поддержать его. Вот только в каком деле?

Мы ехали в такси с ним сзади, Ленка — рядом с водителем. Краем глаза я видела, что папа время от времени поворачивается ко мне лицом, словно хочет спросить или сказать что-то, но делала вид будто не замечаю. Наконец он решился.

— Ты как? Настроена на работу? Открыта вакансия в офисе на Фрунзе. Там неплохие дома рядом. Можно снять квартиру.

Я нашла силы посмотреть на него.

— Хорошо. — Я сама слышала, что мой голос звучит ровно, а вместо лица — маска, но не могла ничего с собой поделать.

Он нахмурился.

— Ну и отлично. А помнишь, как мы тут все вместе отдыхали?

Что он такое говорит? Он никогда здесь с нами не был.

— Да, конечно.

Мы приехали в гостиницу (как только не в ту, которая принадлежит семье Димы), а потом отправились в «Сочи-парк». Уже с утра было очень жарко, и пришлось прятаться в музеях — сначала в «Советском», потом в «Музее изобретений». В какой-то момент Ленка предложила съесть по мороженому, и я вызвалась купить сама, хотела отдохнуть от этих двоих. Они остались за столиком под зонтом, а я встала в очередь у киоска.

Когда я купила три рожка и повернулась, чтобы уйти, то вдруг услышала:

— Привет, Милана.

Я чуть не охнула — Дима стоял в очереди по счету шестым.

— Гуляешь? — спросил он, когда я подошла.

— Ага. А ты?

— Я с Таей.

Я повертела головой, озираясь.

— Надеюсь, она меня прямо сейчас не видит?

Он посмеялся.

— А ты с кем?

И тут я поняла, что он может быть знаком с моим папой, но вряд ли папа захочет, чтобы это вскрылось.

— Я одна.