Алисанда

Альмор

— А разве некроманты умеют лечить? — недоверчиво поинтересовалась я. — Они ведь по идее только трупов должны поднимать, разве нет?

— Не одно, так другое, — отмахнулся Эол. Лицо его вновь стало ожило, вернулся блеск в глазах и полуулыбка. — Я, признаться, некромант только в теории. А на практике — самый обычный бытовой маг, причём посредственный. То, что я сделал сейчас, равносильно чуду.

— А до этого ты плёл заклинания? Ведь получались же?

— Смешно, но пока тебя не было, я к заклинаниям старался не прибегать.

Какая

честь.

"Муза для некроманта", — препротивно расхохотался Вермерх, и его ржание болью отдалось у меня в голове.

А ты завидуй, отход производства.

"Чего? Вы оскорбили мою честь, миледи! Я вынужден вызвать вас на поединок!" — ещё отвратительнее заржал жеребец.

Вот, ещё один прокол. Рыцари дам на поединки не вызывают.

"А кто сказал, что я рыцарь?"

— А красиво тут ночью, — непонятно зачем протянула я, оглядывая звёздное небо.

"Эй, ты не ответила на мой вопрос!"

Я с тобой больше общаться не желаю.

— Да уж. Но в полях в это время суток ещё лучше: и воздух чище, и ветерок прохладнее, — некромант кашлянул.

"Ну и ладно", — Вермерх обиженно фыркнул.

— Надо будет выбраться, если жива останусь, — решила я.

— Останешься. Пошли, Алисанда, пошли, — позвал Эол и вновь попытался подняться на ноги, на этот раз соблюдая крайнюю осторожность. И всё равно удержать вертикальное положение на трясущихся и подгибающихся ногах оказалось некроманту не под силу. Он вновь опустился в траву, сорвал стебелёк и принялся задумчиво мусолить его, как делали в Кацапетовке мальчишки, когда целыми днями пасли скотину.

— Куда пошли-то? У тебя же глаза закрываются, — и это была правда.

Некромант широко зевнул.

— Знаю. Поэтому и пошли. Неохота спать здесь. Я тебе помог, помоги и ты мне.

Я встала и подошла к Эолу. Некромант положил руки мне на холку, всем своим весом оперся на меня и с трудом поднялся на ноги. Теперь мне предстояло служить лисой-поводырём. Одной рукой опираясь на меня, а другой активно размахивая для поддержания равновесия, Эол двинулся к дому, благо до него было не так уж далеко. От тяжести у меня подгибались лапы. Уже второй раз за полдня я буквально тащу некроманта на себе. Зачем, спрашивается? Сама не пойму. Может…ой! Теперь я скакала на трёх лапах, поджимая отдавленную некромантским сапогом четвёртую. Эол коротко извинился и открыл скрипучую дверь.

В доме было тихо и темно. Костерок потушили и залили водой, словно возвращаться сюда больше не собирались. Эринэль, Теллуриэль и Джук разлеглись на широких лавках вдоль стен и, закутавшись в плащи, мирно посапывали, освещённые проникающим через открытые окна лунным светом. Одна лавка осталась пустовать. Туда я и довела Эола. Некромант тяжело опустился на доски и растянулся на них. Я же направилась в ближайший угол, где было насыпано немного соломы. Постель, признаться, неудобная, но лучшего нет.

— Алисанда, — Эол перевернулся на бок и подложил под голову руку. — Ты чего в угол спряталась?

— А

что мне, на середине комнаты разлечься? — с трудом скрывая раздражение, поинтересовалась я.

— Да нет, — Эол задумался. — Иди-ка сюда, — некромант прихлопнул по лавке ладонью.

— Ага, только шнурки выглажу, — буркнула я из угла.

— Да заткнитесь оба! — сонно пробормотал Эринэль, закутываясь в свой плащ. — Ночь, спать надо, а они тут беседуют в полный голос! Завтра первыми подниметесь!

Я молча продемонстрировала спине эльфа язык. Спина не отреагировала.

— Иди сюда, — вновь позвал Эол.

— Зачем? — ехидно поинтересовалась я.

— У тебя шкура тёплая, ночь холодная, да и вообще я ослаб и согреть сам себя не могу!

— Кто тебя просил силы тратить?

— Кто меня просил тебе плащ давать! — воскликнул некромант и воздел руки к небу: — О, Хранитель, ну почему мне приходится мёрзнуть, когда остальные в тепле?

Ну что с ним поделать? Отдал плащ лисе, потом оставил сушиться и вышел; той же лисе рану залечил и потерял много сил. Кто его об этом просил, непонятно. Но сделанного не воротишь. Да и свернулся калачиком, и дрожит так натурально, что в обмане не заподозришь. Сделать доброе дело, что ли…

Я медленно, шурша соломой, поднялась и подошла к лавке Эола.

— Эй, некрос, — мокрый нос ткнулся в ледяную, как у мертвеца, ладонь.

Эол приподнял голову. Пряди немытых волос подрагивали в такт замёрзшему телу.

— Хватит жертву Северного полюса из себя изображать. Подвинься лучше.

Некромант охотно подвинулся. Я вспрыгнула на лавку и, немного подумав, улеглась на него сверху, растянувшись на всю длину его тела. Некромант сдавленно ойкнул.

— Терпи, лавка недостаточно широкая, — усмехнулась я.

— Зато тепло. Спасибо тебе, Алисанда, — Эол уткнулся носом в рукав своей рубахи. Вскоре дыхание его стало размеренным и глубоким. Я тихонько соскользнула на лавку и пристроилась на самом её краю, прижавшись к некроманту спиной.

Странно как-то он себя вести стал. Словно поумнел немного, что ли. Или он всегда был таким, а я просто не замечала? Да что там говорить, сколько времени я его знаю? Дня три? Неделю? За это время хорошо узнать человека нельзя, можно только составить о нём представление, которое зачастую бывает ошибочным.

Внезапно на мгновение стало темно. Я почувствовала лёгкое жжение амулета, подняла голову и принюхалась. Запах стали, дерева и эльфов. Я толкнула спящего некроманта лапой. Тот дёрнулся, мотнул головой и перекинул через мою спину руку. Хороши дела…

— Они здесь. Все. И собака та с ними, — послышался снаружи слащавый эльфийский голос.

— Она не собака, Ринаэль, она лиса, — второй голос оказался более приятным.

— Что делать будем? Брать? — спросил первый, Ринаэль.

— Нет. Брать спящих как-то непорядочно. Пусть отдохнут. Из сознания мальчика я уже узнал всё, что мне необходимо.