Алисанда

Альмор

— Да? Настоящий? — восхитился Всеволод.

— Ну не искусственный же! — фыркнул Теллуриэль.

— Нет, я имею в виду… Из самой первой династии королей? Анмаров?

— А они и не были настоящими правителями. Настоящие — это наша династия Бартостон.

— Ох, ну кому ты всё это рассказываешь, полуэльф!? — призрак с досады ударил кулаком по колену Эола. Некромант, однако, не обратил на это никакого внимания. Видимо, удары призрачных кулаков не чувствуются.

— Я наследный принц Энтары! — воскликнул Теллуриэль.

— Истинный король — это потомок Творцов! —

не унимался Всеволод.

— Их род прервался семьсот лет назад!

— Да нет же!

— Мой отец — нынешний король Энтары, — произнёс Теллуриэль уже спокойнее. — А значит я будущий правитель, его наследник.

— Ох, да не ты это.

— А давайте мы у амулета Мира спросим, — предложил вдруг Эол. Все, кроме Всеволода, в недоумении уставились на некроманта. Тот в долгу не остался, окинув недоумевающих очень удивлённым взглядом.

Всеволод понимающе кивнул.

— Ибо амулет лучше нас знает, кому должен принадлежать, — завершил мысль он.

Теллуриэль окинул призрака недоверчивым взглядом и, не найдя ничего подозрительного и противоестественного, переключился на Эола. Некромант состроил самую невинную рожу, на которую был способен. С тем же успехом он мог бы выскочить из зарослей на дорожку, по которой вприпрыжку бежала дочка кацапетовского егеря, и завопить ей в лицо: "Я злой некромант, отдавай корзинку, а то сейчас зомби из тебя сделаю!". После чего, наверняка, эта самая дочка достала бы из корзинки отцовский обрез. Сейчас сельская детвора ничего не боится.

Но Теллуриэль, к счастью, обрез не достал, однако взгляд его красноречивее всяких действий говорил: "Ну, погоди, некромант! Я тебе за амулет Мира такое устрою, что мало не покажется!". Выходит, лишаться трона принц всё же не желает. Может быть, даже эти разговоры про надоевший королевский двор — всего лишь мелкое враньё, кто его знает, этого полуэльфа.

Размышляя в таком ключе, я не заметила, как осталась в закутке в компании лишь Вермерха да Юка. Остальные ушли. Видимо спрашивать. А меня не позвали. О, горе! Меня никто не любит, меня никто не ждёт, с собой не зовёт. Пойду и сделаю себе харакири у них на глазах, чтоб неповадно было в следующий раз меня одну оставлять! Кажется я тут где-то даже кинжальчик подходящий видела.

Вермерх тяжело вздохнул и потёрся носом о мою руку. Я не отреагировала. Жеребец страшно обиделся, поднялся на ноги, отряхнулся и демонстративно повернулся ко мне хвостом. Очень приятно, ничего не скажешь.

— Вермерх, ты… Ты… Гад ты! — непонятно зачем всхлипнула я.

Однако на жеребца такое поведение подействовало: он вернулся на прежнее место и, захватив губами прядь моих волос, ласково потрепал её.

— Ну хорошо, не гад. Верушка, — я почесала жеребца под подбородком.

Мутант зажмурился и замурчал от удовольствия.

Нашу идиллию нагло прервал Эол. Некромант бесцеремонно схватил меня под локоть, встряхнул и поволок в неизвестном направлении. Куда — не сказал. А я не люблю, когда меня не уведомляют о цели прогулки. Несколько раз дёрнувшись для отвлечения внимания, я подогнула ноги, буквально рухнула на пол, что оказалось полной неожиданностью для некроманта,

и выдернула руку из его цепких пальцев.

— Ну и? — Эол выжидательно уставился на меня.

Я в долгу не осталась, направив на некроманта взгляд, полный нескрываемой ненависти. И неизвестно, сколько бы мы играли в гляделки, если б нашу немую дуэль не прервал Всеволод.

— Эол, мы попросили вас позвать её, — с укором произнёс призрак.

Некромант гордо вскинул голову.

— Если она не хочет идти, приходится ведь заставлять!

— А кто меня спрашивал? — я уперла руки в бока.

— Я! — возопил Эол.

— Да?

Я что-то не припомню.

— Да, вот…

— Хватит! — взревел Теллуриэль так, что стены пещеры задрожали.

Мы с Эолом мгновенно замолчали и во все глаза уставились на принца. Ничего ж себе голосочек! Прямо командирский. Хоть сейчас принца на плац, армией командовать. Гарантированно все солдаты встанут по стойке "смирно" и с места не сдвинутся.

— Тут, Алисанда, к тебе дело есть, — удостоверившись, что его вопль возымел желаемое действие, уже спокойнее произнёс Теллуриэль.

— Сразу бы так, — я демонстративно отвернулась от Эола и с интересом воззрилась на принца. — Какое там дело?

— Амулет достать, — простодушно ответил Теллуриэль, словно речь шла о покупке картошки.

Я ахнула. Небось, этот амулет завалился куда-нибудь в щель, а ребятам неохота руки марать. Или в ловушке какой-нибудь лежит. И как всегда первопроходцем будет Алисанда. А ребята в сторонке постоят, посмотрят. Тоже мне. Не мужчины, а джентльмены какие-то, даму вперёд себя. Так неинтересно.

— Да не бойся ты, — Эринэль правильно истолковал кислое выражение моего лица. — Шкатулку открой. Она нам не даётся.

То есть как это? Кислое выражение сменилось удивлённым.

— Пойдём, увидишь, — вздохнул Всеволод.

И угораздило же меня послушаться…

Шкатулка как шкатулка. Ну красивая. Ну с позолотой. Ну инкрустированная полудрагоценными камнями. И в чём здесь проблема? Я непонимающе уставилась на сопровождавших меня мужчин. Те переглянулись и вперёд выпихнули матерящегося одновременно на нескольких языках Эринэля. Я уступила эльфу дорогу. Он злобно фыркнул в мою сторону и боязливо протянул трясущуюся руку к шкатулке. Предмет завибрировал, в воздухе сверкнул разряд и Эринэль с воплем улетел в ближайшую гору золотых монет. Из груды драгоценного металла послышался тихий стон. Больно, наверное.

— И что вы от меня хотите? — повторить путь эльфа желания не было. Я попыталась отойти от опасного предмета подальше, но попытка оказалась безуспешной: Теллуриэль схватил меня за локоть. Вырваться не представлялось возможным. И откуда только у принца-полуэльфа такая сила?

Эол помог стонущему Эринэлю выбраться из золотого плена. Вернее помог — слишком красиво сказано. Просто схватил за ноги, вытянул эльфа и бросил на пол. Эринэль завопил громче, за что получил сапогом в бок и затих, сквозь зубы ругая некроманта, сапожников, надумавших обить носки сапог железом, Хранителя и свою горькую судьбину.