Алина Дымова
Шрифт:
— С тех пор как я занял эту должность, — ответил он
— Воскресный наш наверняка был в шоке, — хмыкнула я, имея в виду Неделина
— Воскресный? — переспросил мой собеседник и усмехнулся, — Ему идет. Ты даже не пред-ставляешь насколько в шоке! Он-то думал, что, наконец, отделается от меня, а тут, — откровен-но потешаясь, продолжил Димитрий
— Так долго сотрудничаете? — с улыбкой спросила я, а Царь вдруг помрачнел
— Слишком долго.
— А Женька тут причем? — возвращаясь к первоначальной теме, спросила я. К тому же мрачный Димитрий это жуткое зрелище. Материнский
— Одноклассница твоя? — переспросил он, я согласно кивнула, — А сама не догадываешься?
— Не, ну понятно, что вы ее дружка подозреваете. Я про то, что… почему именно он?
— Я тебе что, всю оперативную разработку рассказывать буду? — фыркнул Димитрий
— Было бы неплохо, — пробурчала я, понимая что разговор окончен.
Весь следующий день я честно старалась не провести у почтового ящика. Мне позвонила Инга, рассказала, что Снегов после ранения пока не может вернуться в ОВП и Петрович при-крепил его к Торину. Что-то у меня екнуло после этого сообщения, но все же благодаря этому звонку я целых полчаса не думала о почтальоне. И естественно пропустила момент, когда он приходил. Ну, неважно. Кстати, тете я позвонила, с ней все в порядке.
Еще около часа у меня ушло на чтение этого приглашения. Я ни одну бумажку в жизни не изучала так долго! Всё боялась что-то пропустить или понять не так. Когда же поймала себя на мысли, что знаю текст пригласительного наизусть, я его отложила. Тут же появился страх, что я его обязательно либо потеряю, либо забуду. Это я могу.
Взяв это пригласительное, я перешла в свою комнату. Открыв шкаф, я в который раз убе-дилась в том, что мне срочно нужно пойти в магазин. Где-то минут через десять, удивленная тем, что мне неудобно рыться в шкафу, я обнаружила, что по-прежнему держу в руке пригла-сительное. Вздохнув, я положила пригласительное на стол. Такими темпами я его попросту порву. А еще завтра день.
Поняв, что поиск одежды дело гиблое, я просто собрала на завтра сумочку, хотя если при-нять во внимание содержимое, то скорее все же не сумочку, а Сумку (ну запасливая я, запас-ливая! Что уж тут поделаешь!) В отдельный карман, положила пригласительное. От всего этого у меня уже голова тяжелела, нужно было переключиться, поэтому я прошла на кухню. Хоть на час, но я отвлекусь, а там и по телевизору что-то начнется. Надеюсь.
От приготовления пищи, меня отвлек звонок в дверь. Я его еле услышала. Говорила мне тетя, не готовить в наушниках, но привычка — вторая натура. Хорошо хоть вообще услышала!
— Раньше ты хотя бы звонил, — открывая дверь, сказала я. На этот раз я посмотрела в глазок, так что появление Торина у меня на пороге сюрпризом не было, а вот Снегов меня удивил. Во-первых, своим появлением, а во-вторых, своей бледностью. В голове мелькнула мысль, не с ним ли было связано мое давешнее беспокойство и тревога? Хотя с чего бы это? Раньше я так только на тетю и реагировала.
— Раньше был выходной, — буркнул Торин, — а сегодня пятница
— Забыли что для меня теперь все равно пятница или суббота? — пропуская их, спросила
— Привет, — поздоровался Снегов, правда несколько натянуто. Торин уже прошел в кварти-ру, как я заподозрила в соседнюю с ванной комнату. Витя прошел на кухню, когда поворачи-вался, то немного скривился и дотронулся до своих ребер. Я прошла следом и вернулась к приготовлению пищи. Что-то он уж слишком бледный. Знаю я такие лица, частенько при ра-нениях бывают.
— И тебе даже не интересно, зачем мы пришли? — удивленно спросил Витя
— Сами скажете, — пожала я плечами. — Вить, подай, пожалуйста, тарелку, она на полке, над тобой
Невинно попросила я. Витя послушно повернулся к полке, хотел уже поднять руку, но скривился и тут же ее опустил. Так я и знала. Ранение, и скорее всего ребра. Это что ж под-учается, я за него чувствовала тревогу? Этого еще не хватало! Сама не знаю почему, но я жут-ко разозлилась.
— Так. Сел, — резко сказала я, Снегов удивленно оглянулся, а я уже резче сказала, — Сядь!
Наверное от удивления, Витя сел на стул. Я подошла к нему и подняла его свитер.
— Я не помешал? — раздался от двери ехидный голос Торина. Я же чувствовала только оне-мение в коленях, глядя на посиневшие ребра Снегова. А тело у него очень даже ничего… И вообще кто это зимой носит свитер на голое тело?! Еще и такой тонкий?! Хотя с его телом… Что-то я опять не о том думаю. Переведя дух, я осторожно дотронулась до его ребер, Витя еле ощутимо дернулся. Вот тут я уже окончательно разозлилась
— Как ты это допустил? — резко поворачиваясь к Торину, спросила я
— На нем был бронежилет! — видимо испугавшись моего лица, быстро ответил Михаил Ан-дреевич. А этот-то потеплее одет. Точно Инга постаралась. Блин, о чем я думаю?!
— Его врач смотрел? — пытаясь успокоится, спросила я. И правда, чего это меня так понес-ло?
— Вообще-то я еще здесь, — сказал Витя, пытаясь отобрать у меня край своего свитера, но я не пускала
— А должен быть в больнице! — уже на него крикнула я. В глазах Вити промелькнуло удив-ление. Надо брать себя в руки. Срочно, — Так, я сейчас
Отпустив, наконец, край его свитера, я вышла в другую комнату за аптечкой.
Теперь я поблагодарила свою тетю, хотя раньше совершенно не понимала зачем нам такая обширная аптечка и зачем она заставляла меня посещать эти дурацкие курсы медсестер. Хмыкнув про себя, я вернулась на кухню. Мужчины о чем-то тихо спорили, но при моем по-явлении затихли.
Я выложила перед Снеговыми таблетки и поставила стакан с водой
— Пей! — почти приказала я, нет скорее всего все же приказала
— Это что? — настороженно спросил он
— Обезболивающее, — ответила я, доставая бинт и пояс. Дождавшись, пока Витя выпьет, я предупредила, — будет больно
Дальше, как мне показалось, я очень долго наносила мазь и обматывала его бинтом. При этом я сидела перед ним на корточках. Когда вставала, думала, будет больно, но оказалось, что я совсем недолго так сидела, ноги даже не затекли. Я начала доставать пояс из упаковки
— Я его носила, когда со спиной было совсем плохо, — пояснила я