Алиенист
Шрифт:
В глазах святого отца порою, когда он думал, что Мэри не видит, отражалась Зависть.
Возможно, он думал, почему благословением наделили какую-то девчонку а не его, верно служащему делу Церкви всю свою сознательную жизнь?
Если да, то ответ был известен лишь Первосвященникам.
— Святой отец. — Мэри слегка склонила голову в поклоне. — Скажите, вы уверены, что использовать в проповеди слова Варфаламея Варравского было мудрым решением?
— Несомненно, сестра моя. — ответил святой отец улыбнувшись. — Учитывая последние события произошедшие
— Смею напомнить, что Святой Синод так и не признал его трактаты святым писанием. — напомнила монахиня.
— При этом, никто не отрицает тех выдающихся достижений, которые достиг сей мудрый священнослужитель при жизни. — ответил святой отец. — Более того, он былблагословленным. Как и вы, сестра. Думаю, канонизация сего святого это лишь вопрос времени.
— Возможно и так. — ответила Мэри после короткой паузы. — Сие ведомо лишь Ангелам.
— Несомненно, сестра. — произнес отец Майерс. — Если вы не возражаете, мы обсудим эту тему позже. На данный момент я должен заняться делами Церкви. Да и у вас есть работа.
Монахиня на это лишь слегка склонила голову.
Само наличие благословения не дает каких либо преимуществ в иерархии Церкви. Скорее, добавляет еще больше работы. Тем не менее, стать благословленным желает каждый священнослужитель.
Для Мэри это так же значит, что помимо своих основных обязанностей, ей предстоит принимать Исповедь у прихожан.
По давней традиции этим могут заниматься лишь благословленные. Не зависимо от пола либо занимаемой должности в Церковной иерархии.
Вот и сейчас монахиня заняла свое место в Исповедальне к которой уже собралась очередь.
— Выслушайте меня благословленный ибо я грешен. — произнес мужчина по той стороне перегородки с решетчатым оконцем.
Прутья решетки были настолько плотно расположены друг к другу, что разглядеть лицо кающегося было невозможно.
— Слушаю тебя, дитя Ангелов и клянусь тебе, что все сказанное тобой останется лишь между мной и Ангелами. — ответила Мэри ритуальной фразой.
На ее родине Исповедь не практиковалась, но Империя обширна и в ней существуют различные традиции.
Ей было тяжело привыкнуть.
Мужчина начал свой рассказ и с неким стыдом Мэри вынуждена была признать, что в его истории нет ничего интересного!
Конечно, нельзя было так думать о чужих грехах терзающих душу прихожанина, но порою Мэри казалось, что люди приходят на Исповедь просто от праздного любопытства!
Они готовы были каяться в чем угодно! Даже в том, что грехом не является! Или даже в грехах совершенных другими.
Этот мужчина, к примеру, возжелал сестру жены.
Нет. Ничего с оной женщиной у него не было, но сам факт причинял ему душевную боль.
«Или ему просто хочется рассказать кому-то о своих фантазиях!» — подумала
— Да простят Ангелы грехи твои. Иди и не греши более. — ответила Мэри когда мужчина закончил рассказывать в деталях сон в котором ему приснилась упомянутая сестра жены.
По логике вещей, она должна сейчас молиться за душу кающегося и она определенно это сделает. Потом. Вечером. Когда «описания греховных мыслей по отношению к сестре жены собственной» вытрутся из ее памяти.
Редко кто приходил исповедаться в чем-то действительно мерзком.
Исповедаться в грехе убийства не приходил никто и никогда. Учитывая, что Храм расположен в Термитнике это одновременно как радует сестру Мэри, так и огорчает.
Мужчина ушел а люди все приходили.
Кто-то из исповедующихся действительно нуждался в наставлении, кто-то в совете, кто-то непонятно зачем вообще пришел?
Однако, в какой-то момент в Исповедальне раздался тихий голос молодой девушки:
— Выслушайте меня благословленная ибо я в смятении. — произнес голос.
— Слушаю тебя, дитя Ангелов и клянусь тебе, что все сказанное тобой останется лишь между мной и Ангелами. — ответила Мэри.
Формулировка была несколько необычной, но это лишь убедило Мэри, что девушке за перегородкой действительно нужна помощь.
— Мне неловко это говорить… — девушка замялась. — Но я… просто не знаю.
— Не спеши, дитя. — ласково произнесла Мэри. — Тебя никто не торопит. Я здесь и я никуда не уйду пока не выслушаю тебя.
— Спасибо. — ответила девушка. — Дело в моем брате… — девушка замолчала.
— Твой брат? Он обижает тебя? — задала вопрос Мэри когда продолжения не последовало.
— Нет. Он… как бы это сказать? Он, Гений.
Монахине не понадобилось много времени дабы предположить возможную причину того, что может смущать девушку.
— Проповедь святого отца. Она смутила тебя, да?
— Да. — ответила девушка. — Я говорила утром с братом. Он говорит, что его способности это не колдовство. А святой отец, что силы Гениев происходят из Бездны и называет лжецами.
— Святой Пантелемей в своих трудах описывает Гениев, как людей подверженных искушению Темных Сил из-за своей природы. Он говорит: «Легче свинье пролезть через ушко иглы, чем Гению достичь Небесного Царства». Но Церковь не считает, что Гении являются злом сами по себе. Но их способности нарушать законы мироздания опасна. В первую очередь для их самих.
— Брат говорит, что Гении не нарушают законы физики. — произнесла девушка из-за перегородки. — Хотя, со стороны кажется иначе.
— Люди, обычные люди, не способны творить… — монахиня хотела сказать «колдовство», но вовремя себя исправила. — То, что способны делать Гении. Это нормально. А способности Гениев, как минимум необычны.
— Да… необычны… — повторила девушка. — Но это не повод именовать всех Гениев лжецами!
«Святой отец, в этот раз вы превзошли самого себя».
– устало подумала Мэри.