Алхимики
Шрифт:
– Там у шлюза психованный блондин ломится к нам. Впустить или открыть огонь?
– раздался из динамиков голос. Предположительно нашего живого корабля.
– Даже и не знаю...
– задумчиво почесал затылок следователь.
– А чего он психованный?
– поинтересовалась я, глядя в глазок камеры.
– Мне найти информацию?
– переспросил корабль.
– А давай.
– вскинулся Харон.
– И запусти уже его на борт.
Не знаю, кто на корабле хозяин, но моего бандита корабль послушался, открывая шлюзы. Мы замерли, внимательно следя
– Всех пересажаю!
– яростно высказался блондин. Вид его был крайне потрепан, ширинка расстегнута, рукав рубашки оторван, а грудь и плечи измазаны губной помадой ярко алого цвета. Кажется, ему еще и клок волос выдрали. Хотя вот эти белые и коричневые пятна на штанах... Нет, моей фантазии не хватит, что бы догадаться обо всех приключениях нашего дорогого монарха.
– Мать честная...
– выдохнула я, и попыталась предположить, где его так жизнь помотала.
– Это вы с проституцией бороться начали, ваше величество?
А потом я снова посмотрела на пятна и подумала, что наверно еще и с гомосексуализмом поборолся он немного. Тяжела доля правителя, мдааа...
– Настя, просто молчи.
– выставил вперед в предупреждающем жесте одну руку Лель, а второй держался за стенку. Император тяжело дышал, и светлые волосы прилипли к его вспотевшему лицу.
– Ваше величество, это, конечно, не мое дело, но вот с наркоманией лучше бороться не начинайте.
– расщедрилась я на добрый совет. - Пусть кто-то другой этим займется. Кто-то, кого не так жалко будет. Например, работорговцы. Хорошо?
– Нашел!
– радостно возвестил голос из динамиков.
– Сейчас я вам все покажу. Хе-хе.
Довольный собой и находкой, корабль прямо в коридоре создал галопроекцией экран, на котором он показал нам запись с одной из камер наблюдения космопорта. Вот мы идем все вместе, вот Лель отстает от нас на несколько шагов, вот мы садимся в лифт, а он сцепился языками с попугаем продавца редкостей, вот они перешли в рукопашный бой. Летели перья, рукава, пуговицы и помет. Продавец бегал вокруг них и то ли просил успокоиться, то ли болел за кого-то конкретного. Вот к нему присоединились соседи по магазинам, образуя круг. Народу становилось все больше, и кто-то решил предложить делать ставки.
А потом подоспел и хозяин борделя. Вместе с работницами. Не знаю, как в этом потрепанном парне одна из девиц признала императора, но попугая снесло звуковой волной счастливого визга девушек, после чего они уже и сами набросились на несчастного блондина. Дальше девушки предприняли попытку обслужить монарха прямо в коридоре космопорта на глазах у всех торговцев. Они попытались стянуть с него штаны, расстегнув ширинку; целовали накрашенными губами везде, где могли дотянуться; и вообще не обращали внимания на его вопли и сопротивление.
Но тут случилось непредвиденное. За императора Сатеона вступился попугай. Он взлетел на потрепанных сине-зеленых крыльях, и стал прицельно атаковать прилипчивых девиц переваренной пищей, временами впиваясь лапами
Так попугай победил проституцию и спас монарха. После чего бдительно охранял его, пока тот ковылял по коридорам в наш ангар. И возле корабля они распрощались.
– Думаю, попугая надо представить к награде.
– сказала я первое, что пришло в голову. Лель еще в начале нашего киносеанса сполз на пол, где и благополучно отдыхал, прислонившись затылком к стене и закрыв глаза.
– А если нанять несколько сотен таких попугаев, то можно искоренить преступность.
– поддержал мои новаторские идеи Ник. Харон же досмотрел до конца видео, немного подумал, и задал самый гениальный вопрос, который не пришел в голову никому из нас.
– А что тебе сказал этот попугай в самом начале?
– спросил он, и мы все замерли в ожидании. Но император не спешил отвечать. Бросив на нас хмурый взгляд из-под светлых ресниц, он поднялся с пола и похромал в каюту, так и оставив нас гадать о причинах столь странного поступка.
– Хром, как любопытно-то.
– закусила я губу, размышляя, будет ли большой наглостью ввалиться в императорские апартаменты и устроить допрос. Наверно, да. Ладно, позже аккуратно спрошу.
– Так, мелкие, выбирайте, в какой комнате будете жить.
– А с тобой можно?
– спросила Ниалира, заглядывая мне в глаза.
– Там уже занято.
– ответил за меня Харон.
Я удивилась, дети прониклись и выбрали себе по отдельной каюте. Вот это да, а я и не знала, что у меня уже что-то там занято. Взяв меня за руку, Харон повел в одну из свободных кают и закрыл за нами дверь.
– Не хочу, что бы ты оставалась с ними наедине.
– прокомментировал он свой поступок, прямо глядя на меня.
– Харон, что происходит?
– все-таки спросила я, проходя в комнату и присаживаясь в кресло. Этот разговор давно уже следовало начать, но все время было не до того. Конечно, я имела ввиду общую ситуацию с нашими воспитанниками, и он все прекрасно понял.
– Они не те, за кого себя выдают.
– Вот как? И кто же они?
– Это не так легко объяснить.
– покачал он головой опуская взгляд вниз. Немного помолчав, он отошел к иллюминатору, где уже было видно, как наш корабль покидает ангар. Ник начал взлет. А я смотрела на Харона и понимала, что там не так сложно объяснение, как мало желание что-то мне объяснять. Вот только в чем же причина?
– Ты не хочешь мне это рассказывать?
– прямо спросила я. Зачем делать загадочное лицо, когда можно задать свой вопрос прямо, да? Лично у меня не было ни единого предположения, кем же могут являться дети на самом деле. Харон отрицательно мотнул головой, мол, дело не в этом, и тогда я решила подвести его к сути.
– Сегодня в лифте я заметила кое-что странное. Во время беспорядков я краем глаза видела вокруг мелких какое-то свечение. Оно исчезало, когда я прямо на них смотрела, но я почти уверена в том, что видела. Харон, это какая-то магия? Вроде моих способностей изменять вещества? Какое-нибудь умение сеять раздор?