Алхимик с боевым дипломом
Шрифт:
— Не то! — отмахнулся Сатал. — Смотри шире. До появления НЗАМИПС статистику прорывов никто не вел, а «хуже» и «лучше» — понятия субъективные. Когда аналитики сподобились рассмотреть данные за сто лет, оказалось, что частота проявления всех групп феноменов неуклонно растет. Причем, не только у нас, в Каштадаре та же картина. Лет пятнадцать назад был необъяснимый спад, но теперь он стремительно компенсируется. Перед экспертами поставили вопрос о долговременных прогнозах.
Сатал глубокомысленно поднял палец и я понял, что он действительно раскрывает мне какой-то важный секрет.
— Наши умники исхитрились и выяснили, что имеют место длинные волны. Последний минимум был четыреста лет
Я кивнул — именно в те времена Роланд Светлый и стал святым.
— Пик ожидается только лет через двести. Стало ясно, что черную магию надо поддерживать, а обретенные навыки сохранять. Были ли еще какие обстоятельства, не знаю, но так получилось, что года два назад все резко вспомнили о некромантах. Что б ты знал: когда составляли профиль Знака Обретения, очень много слушали всяких разных. Идея была хорошей — сократить смертность во время ритуала — но под шумок в структуру Знака протащили дополнительные ограничения на параметры канала, поставившие на некромантии большой жирный крест. Мораль и этика, видишь ли, против нее протестовали! Осталась какая-то ублюдочная имитация ритуала в криминалистической сфере, но это скорее не поднятие покойников, а гадание по костям. Сейчас систему будут, — Сатал поморщился, — по-тихому реконструировать, но дело сделано, время ушло. Талант некроманта — очень редкий, сейчас старые мастера уходят, и учеников у них нет. Чарак — один из последних, гроссмейстер, живая легенда. Ему показывали кристаллы всех магов с подходящими профилями, он выбрал тебя, сказал «идеальная кандидатура». Понимаешь?
— Фиг ли?
— Что фиг?! Старик помрет — кто за него ворожить будет?!!
Я мог бы ответить на вопрос Сатала кратко и емко, но не стал, учитывая присутствие дамы. Чужие трудности меня совершенно не волновали.
— Обладание уникальным навыком, — тихо произнесла мисс Кевинахари из глубины своего кресла.
Я поморщился. Чур меня, чур! Все, кому потребуется услуга некроманта, попрут ко мне, как к младшему, и, вместо светлых алхимических лабораторий, я проведу полжизни в моргах и на кладбищах, пока смена не подрастет. Впрочем, Сатал сам подсказал мне выход: потяну волынку, а там, глядишь, старик окочурится, и тема заглохнет сама собой.
— Мы позаботимся, чтобы ваш талант принадлежал только вам, — ответила эмпатка моим мыслям.
— Как? — спросили мы с Саталом одновременно, я — недоверчиво, он — подозрительно.
— Составим разовый договор, — терпеливо объяснила она, — Чарак всегда по ним работает. Опишите обязательства сторон и сумму вознаграждения, а сроки не ставьте.
— Вознаграждения? — нахмурился Сатал.
— О, Дан, прекрати! Чьи деньги ты экономишь? Мы хотим от юноши услугу и должны за нее заплатить. Почему он должен делать то, что не хочет, безвозмездно?
Приятно, что из мальчика я превратился в юношу, причем, не сходя с места, но озвученного предложения мне было недостаточно:
— И тему дипломной работы я выберу себе сам!
— А с этим-то что не так?
— Все не так. Скажите, какое такое новшество можно внести в боевую магию?
— Хочешь Чарака в наставники взять?
От видения некроманта, явившегося в Университет на защиту диплома, меня бросило в дрожь.
— Ни за всю жизнь!!!
— Почему же? — развеселился Сатал. — Применение пса-зомби для поиска трупов — чем не новшество!
— Угу. А специальность в дипломе напишут — анимация биологических объектов, и я до конца дней объяснять буду, что это такое.
— А ты не показывай.
— Так это ж диплом!!!
Сатал выглядел как-то тускло, мне показалось, что
— Учитель, я вас очень уважаю, вы открыли мне новый взгляд на черную магию. В Михандрове ваши наставления спасли мне жизнь, без шуток, — Сатал заметно подобрел. — Но диплом — это святое. Получению проклятой бумажки посвящено пять лет моей жизни и там все должно быть гармонично. Если в дипломе алхимика будут упомянуты биологические объекты, все подумают, что я — таксидермист.
— А ты чем хотел бы заниматься?
— Защитная магия с уклоном в диктат воли.
— Я не очень хорош в диктате воли, — признался Сатал.
— Это не страшно, учитель, Ракшат справится, вы, главное, тему подпишите.
Старший координатор помялся и махнул рукой:
— Ладно! Ты сам виноват, мог сдать все практически без усилий. Но, если будешь отлынивать от занятий, — любимый учитель бросил на меня строгий взгляд, — мы поссоримся.
Я истово закивал. Буду, буду заниматься, пес с ним, хорошо еще, что бесплатно. То, что мне удалось отстоять диплом — уже прогресс. Лиха беда начало! Не такие уж они и страшные, эти могучие маги. Вешать лапшу на уши я с детства умею и люблю, главное, чтобы эмпатка меня не заложила.
Соглашение между черными было заключено. Мы все, конечно, неуживчивые засранцы, но, если баланс сил очевиден, а интересы соблюдены, то не против действовать по правилам (ну, какое-то время). Естественно, Сатал мне ни на грош не верил, а потому откладывать дело в долгий ящик не стал — подозревал, что, подумав еще, я сумею от обещанного улизнуть. За час местный юрист составил пресловутый разовый договор, самый странный из тех, что я видел. Принудительная анимация в нем упоминалась только один раз, а слов «труп», «зомби» или «мертвецы» вообще не было. На каждой строчке шли бесконечные ссылки на пункты закрытых циркуляров, уставов и секретных перечней, которые Сатал аккуратно достал из сейфа и разложил передо мной. У меня было такое дурацкое ощущение, что у них есть типовая форма договора с некромантом и это как раз она. Запрещено законом, говорите, да? Я дважды перечитал текст: понять, о чем там идет речь, для непосвященного было совершенно нереально, но в конце цифрами и прописью стояла сумма в одну тысячу крон (командировочные расходы и проживание — за счет заказчика). Возможно, это очередная глупость, но придется рискнуть. Я подписал бумаги. Мое сердце грела мысль о том, какая рожа будет у Ракшата, когда покажу ему тему своей дипломной работы.
Уже в дверях меня догнала еще одна отличная идея:
— Учитель, можно вопрос?
— Ну?
— Почему Шорох способен рассуждать?
— Загадка природы. Меньше думай над такими вещами — дольше здоровым останешься!
Все-таки нет в жизни совершенства.
Эдан Сатал и Рона Кевинахари сидели в кабинете старшего координатора северо-западного региона, и пили чай (сиамский, без молока и сахара, из маленьких фарфоровых чашек).
— Ишь ты, таксидермист, — бурчал под нос черный маг.
— Ты сам виноват в происшедшем, — спокойно сообщила Рона, на ее лице не было ни малейших следов слез или испорченного макияжа, — я ведь просила тебя изучить его дело.
— Причем тут это? — недовольно поморщился Сатал.
— Значит, не изучил, — эмпатка вздохнула, — нельзя так много общаться с Фатуном! Я понимаю, что вы давно знакомы и тебе с ним просто, но он склонен сознательно обеднять интерпретацию реальности с целью оправдания силового метода решения вопросов. Это заразительно!