Алхимик Парцелиус

Сухинов Сергей Стефанович

Пришлось Парцелиусу возвращаться к месту, где некогда в древности затонула огромная лодка. И только тогда алхимику пришла в голову неожиданная мысль — а вдруг и сам Торн утонул здесь и сейчас рядом с остовом лодки лежат его останки? А если не только останки, а еще кое-что из его личных вещей, возможно даже волшебных? Все это можно попытаться достать. Если свить длинный-предлинный канат, а на его конце привязать большой крюк и зацепить его за остов судна… Что ж, тогда големы, взявшись на берегу за другой

конец каната, вполне могли бы вытянуть затонувшую лодку — если, конечно, она не развалится при этом на куски.

Но как отнесся бы к этому Пакир? Этого алхимик не знал и потому решил затею с канатом оставить до лучших времен. Но зато можно было попытаться определить курс, по которому лодка Торна плыла… куда?

Парцелиус неожиданно вскочил на ноги и хлопнул себя по лбу.

— Какой же я осел! — вскричал он раздосадованно. — А с чего это я решил, что лодка затонула, плывя именно к островам? Так оно было бы, если бы волшебник отплыл от берега как раз там, где ныне находится мой город. Но Торн мог отчалить в совсем другом месте! И если проследить оттуда направление… Ой!

Парцелиус вытаращил глаза, глядя на западную часть озера. Прежде он не обращал внимания на серую плоскую скалу, выступавшую из синей воды рядом с узким мысом. А сейчас, присмотревшись, он подумал, что скала вполне могла служить причалом для лодки Торна!

Алхимик хотел было уже приказать Василу лететь к скале, как вдруг увидел над городом Всеобщего Счастья золотистое облачко. Кто-то на нем стоял, но кто — разглядеть было ненозможно.

— Эй, Васил, лети к дворцу! — скомандовал заинтригованный Парцелиус.

Вскоре он увидел, что в гости к нему пожаловали Элли и Страшила.

На лице Парцелиуса появилась довольная ухмылка.

— Ага, значит, я понадобился новой Хранительнице… Интересно, зачем?

Через несколько минут Парцелиус торжественно встретил гостей у ворот своего дворца. Элли со Страшилой вежливо приветствовали его и прошли внутрь ограды. Соломенный человек с удивлением посмотрел на пролом в стене дворца и пробормотал:

— Вот это дырища… Интересно, кто ее проделал?

Парцелиус сделал вид, что не расслышал вопроса, и с широкой улыбкой пригласил гостей войти во дворец. И только тут вспомнил, какой разгром там учинили бестолковые големы, но было уже поздно.

Элли ахнула, увидев груду обломков мебели и жалкие остатки рухнувшей лестницы.

— Что здесь произошло, уважаемый Парцелиус? — в ужасе спросила она. — На ваш дворец кто-то напал?

Алхимик смешался, не зная, что ответить.

— Ну не то чтобы напал… — пробормотал он. — Так, случилась одна маленькая неприятность… Эй, слуги! Ютан, Олр, где же вы, бездельники?

Но ни гном, ни леший не отозвались. Они как сквозь землю

провалились.

— Прошу прощения, мои слуги куда-то подевались, так и не наведя здесь порядок. Но мы можем подняться в мои покои на второй этаж… ох… да лестница же сломана! А по стремянке вы, наверно, не захотите?..

Вид у обычно самоуверенного Парцелиуса был настолько растерянный, что Элли решила предложить свою помощь.

— Если хотите, я все уберу, — промолвила она, смущенно глядя на алхимика. — Уверяю вас, мне это совсем нетрудно.

— Хм-м… Ну, если вы так настаиваете…

Элли тихо произнесла какое-то заклинание и щелкнула пальцами. И тотчас размолотая в щепки мебель вновь приняла прежний вид, а лестница вернулась на свое место.

— Спасибо, — угрюмо поблагодарил гостью Парцелиус — Вообще-то я сам стал волшебником… просто времени не было расставить мебель и развесить ковры.

Страшила так недоверчиво взглянул на алхимика, что тот даже затрясся от негодования. Как смеет этот мешок с соломой не доверять его словам?

Не соображая, что делает, Парцелиус протянул руку и проговорил:

— Хочу, чтобы в моем дворце воцарился идеальный порядок!

И только тут опомнился, но было уже поздно. Что он наделал?! В какую лужу сел?! Пакир конечно же и не подумает выполнять его дурацкие прихоти, и тогда гости сочтут его пустым хвастуном…

Прошла минута, другая. Груду вещей внезапно окутал фиолетовый туман, а когда он рассеялся, зал было не узнать. Стены украшали ковры и гобелены, в углах стояли удобные кресла. В углу возле облицованного камина появился пиршественный стол, заставленный всевозможными яствами. Возле него стояли три изящных резных стула.

Парцелиус открыл рот — и сразу же его закрыл. У него буквально подкашивались ноги. Пакир помог ему, помог!

Гости были удивлены ничуть не меньше.

— Вы и в самом деле стали волшебником! — воскликнула Элли. — Значит, птицы не ошиблись, когда рассказывали о чудесах, происходящих здесь.

— Ясно, не ошиблись, — буркнул Парцелиус, с трудом приходя в себя. — Садитесь, дорогая Элли, и вы, Страшила Мудрый. Кстати, меня отныне стоит именовать лордом. Такой титул мне присвоили мои подданные.

— А где же они? — осведомился Страшила, усаживаясь за столом и с сожалением глядя на графины с вином, блюда с чудесными фруктами и прочие яства. Соломенный человек не нуждался в еде и не раз сожалел об этом, устраивая в своем Изумрудном дворце роскошные пиры.

— Кто «они»? — не понял Парцелиус, также занимая место за столом.

— Ну, ваши подданные, — с простодушной улыбкой объяснил Страшила. — Мы несколько раз пролетели над вашим городом, но так никого и не заметили. Куда же девались сказочные существа?