Альфа Центавра
Шрифт:
— Подумаешь, если выиграешь.
— Я уже поставил свои десять тысяч, а у тебя сколько?
— Девять с половиной. Шучу: восемь двести.
— Э-э, столько тебе не найти! Тыща восемьсот — это очень много, в долг я не поверю.
— А я тем более, — влез Лева Задов.
— Это кто?
— Хрен его знает.
— Нет, я соглашусь обмануть народ, если вы возьмете меня в Добровольческую Аримю, э-э…
— Поваром?
— Квартирмейстером?
— Начальником Контрразведки, — высказал свои тайные планы Лева.
— Начальником
— У нас уже есть, — напомнил Дэн.
— Кстати, — спросил Кор, — деньги у тебя есть?
— Зачем мне деньги? — удивился Лева. — В том смысле, что до того, если я иду туды-твою за деньгами.
— Нет, нет, — поддержал Дэн друга Кора, — у нас все складываются по десять штук.
— Ладно, — Лева отошел, — буду копить.
— Итак, ваше слово, товарищ, э-э Кольт 45-го калибра? — Кор кстати попросил у Дэн гаванскую сигару.
— Одну минуту, друг, я щас, — и Дэн направился к Вра.
— Привет, ты чё?
— Что вы имеете в виду?
— Дак это, денег у тебя нет?
— Сколько?
— Да так, рублей тысячу восемьсот.
— Увы, я обменял только тысячу.
— Спасибо и на этом, пойду еще у кого-нибудь займу восемьсот.
— Вы не поняли, генерал, — сказал Вра, — я уже поставил свою тысячу.
— Почему вы сразу не сказали?
— Я думал, вы, как международный судья этих соревнований, видели, кто здесь чем занимается.
— Нет, нет, мой друг, у меня своих мыслей хватает, зачем мне еще следить за чьими-то.
— Да, я знаю, вы прирожденный Журналист.
— Да, я знаю, но зря вы поставили свою тысячу, она утонет в моих десяти и десяти Кора.
— Да?
— Да, мы ставим один на одного и другой на другую. А ты надеялся на что? А! понял, понял, ты хотел получить в подарок от своей дамы костюм…
— От Кардена, — хотел отшутиться Вра.
— Нет, нет, мой друг, ты хотел получить костюм Черного Рыцаря! Ты думаешь, я о нем забыл? Да, забыл, его бы, наверное, даже не вручили победителю, если бы не вмешалась твоя Фёкла. Она твоя креатура, признавайся?
— Как в песне? — уклонился от ответа Вра. Дэн пошел дальше, в надежде встретить богатого человека, а Вра понял, что костюм Черного Рыцаря может уплыть, и более того:
— Он им интересуется. — А раньше даже не думал.
Фёкла несколько раз вылетела за татами. Нико Ович лично сказала Кору, что больше никогда не залезет под него, а только всегда:
— На.
— Дак, да, да, я согласен. И вот теперь она не давала Фёкле даже шанса повторить ее бросок.
Но эта дама в длинном платье наконец додумалась:
— Надо делать то, чему она уже научилась. — Точнее:
— Только то, что уже известно. — И она начала снова и снова повторять свой прием:
— Переднюю Подсечку в Падении — Трип, что значит: Три П. Ника только смеялась, и даже прямо сказала:
— Никогда тебе не бросить меня, тем более опять этим приемом Три П. Ну, и когда уже решили, что хватит:
— Надо отдать всё
— Прямо в объятья Дэна. — А это была высота метра три. Может чуть меньше, два — два с половиной. Кор был недоволен.
— А что вы хотите, сэр? — спросил Лева Задов. — Перебросить ее?
— Да, — ответил Кор, — пусть упадет на меня. Иначе я всю оставшуюся жизнь буду помнить этот случай, как измену.
— Действительно, — ответил Лева, — женщина, побывавшая в объятиях другого — это уже не ваша женщина, даже без несовсем.
— Тут только один выбор, — наконец этот парень, Махно, переступил черту, вышел за синюю ленточку, отделявшую простой народ от инопланетян, — или бросать еще раз, что не предусмотрено правилами, или…
— Или? — переспросил Дэн, уже поднявшись с земли, и отряхая свои бархатные одежды.
— Или вам самим решить это, — сказал Махно. Лева хотел возразить, что:
— Это я должен был сказать, а не ты Махно. — Но получил достойный ответ:
— Окей, тогда следующий бой будет между мной и тобой. Лева подумал, и из двух ответов выбрал один:
— Я лучше буду судьей. — А первый был:
— У нас разные весовые катехгории, я задавлю тебя, малыш, весом, точнее, как он выразился по-современному:
— Массой. — Ну, как все поняли:
— Про себя. Кор и Дэн решили отложить свой бой до следующего раза, тем более, как сказал Дэн:
— Я больше люблю отстаивать свою честь на Кольтах 45-го калибра.
— К счастью, тоже негромко, почти про себя, так что Кор только переспросил:
— Что, что?
— Вручаем, я думаю, победу Фёкле. Но самым ужасным было не это, а то, что и Махно проиграл десять тысяч рублей, ибо как оказалось, что и он, и оба инопланетянина поставили на прелестную Нику Ович. Хотя эти ребята и обещались поставить на разных дам. К счастью, для Махно Дэн остался ему должен тысячу восемьсот. Дело в том, что у Махно вообще не было денег. Но дама рядом с ним — еще одна — телефонистка Тина, страдавшая по мнению некоторых клептоманией — сама-то она, естественно, не очень этим заморачивалась, вытащила из кармана мальчишки Василия Ивановича, бриллиант Сириус, который он взял, уходя из мешка Дро, как он сказал:
— Всё не беру, только один этот на счастье. — И оставил пьяному Дро ониксы. Так сказать:
— Пользуйся моей добротой. — Тем более, таскать с собой мешок камней по вражеской, да и по своей, тем более, территории, очень небезопасно.
Таким образом, Махно попросил Леву Задова оценить Сириус не в десять тысяч — максимально представимая для простых лудэй сумма — а в:
— Одиннадцать тысяч восемь сот. Лева хотел сказать:
— Пусть будет двенадцать, как апостолов, для ровного счета, но передумал, так как Махно мог спросить: