Алёна
Шрифт:
Пока она говорила, они подошли вплотную и чёрноглазый Колян схватив её за руки, натренированным движением загнул их за спину.
– Здесь, а не "у мамы" и рассчитаемся. С нами. С Севером - после. Камеру, Васо.
Васо навёл на девушку видеокамеру, а Сазан с видимым удовольствием начал расстёгивать пуговички на Алёниной кофточке.
– Но у меня… нет… с собой ничего, - всё ёщё отказывалась поверить в происходящее девушка.
– Гы- гы- гы, - заржали все трое.
– Кое-что есть и это мы сейчас проверим, - ответил бритый, развеяв все сомнения.
– Вы что? Вы зачем? Не прикасайся ко мне. Отпустите!
– забилась в крепких руках девушка.
– Ты давай, сопротивляйся.
– Ну, ты сама выбрала, - прорычал он и уже рывком разорвал нижнее бельё.
– Заснял? Всё. Клеим рот. До второго акта. Когда успокоится. Ты держи покрепче. И весь интим теперь - крупным планом.
Несчастная девушка успела ещё раз пронзительно закричать, пока её повалили на землю и заклеили пластырём рот. Всё трое действовали согласованно, без суеты, видимо, уже по отработанному сценарию.
– Ты бы всё-таки успокоилась, детка. Хватит. Всё равно от Севера теперь тебе не вырваться. А там, чем покладистей, тем себе же и спокойнее, - уговаривал Сазан, пытаясь утихомирить свою жертву. Затем ему удалось прижать ноги девушки своими коленями. Ощутив его липкие от пота пальцы на своём теле, девушка поняла, что вот-вот случится самое страшное. И забилась в похожих на предсмертные конвульсиях.
Но вдруг она почувствовала свободу рук и немедленно вцепилась ими в лицо уже вожделённо сопевшего насильника. И тут же раздался жуткий, перешедший в хрип крик "оператора". Тренированным движением ухода от опасности, Сазан резко откатился в сторону и тут же вскочил. Вскочила и Алёна.
Заступником - спасителем оказался серый зверюга - некогда спасенный Алёной волк. Только сейчас он был здоров и страшен в своём волчьем гневе. Колян уже лежал с разорванным горлом, пытаясь его зажать и постепенно затихая. Сейчас зверь сбил с ног оператора. Затем, собравшись для очередного прыжка, повернул жуткую окровавленную морду к последнему из негодяев. Но прыгнуть не удалось. Ахнул и прокатился эхом выстрел. Алёнин спаситель присел, и уже не прыжком, но направился к Сазану. Тот выстрелил вновь и вновь. Третий выстрел уложил серого, но тот, грозно оскалившись, продолжал ползти к своему врагу. Только четвёртый выстрел остановил героя и тот по- человечески застонав, закрыл глаза.
– Во, подыхай, падла. Я пока с твоей ведьмой разберусь, - и он повернулся к Алёне, стоявшей прижавшись к дереву и пытавшейся руками прикрыть разрывы в одежде.
– Сдаётся мне, ошибочка у Севера вышла. Не нужны ему такие ведьмы. Такая мокруха - он кивнул головой на двух бездыханных дружков - себе дороже.
– Так что, прости, детка, будем считать, что тебя замочил мой дружок. Случайно. Защищаясь от этой падали. Ну, сдохни - вновь ударил он зашевелившегося волка.
Это было последней каплей. Собиравшаяся и клокотавшая ненависть к этой твари выплеснулась одновременно с ударом в грудь. Затем девушка ещё услышала звук выстрела. Страшно перекосившись не то в немом крике, не то в болевом спазме, упал Сазан. На рваной девушкиной рубашке расплывалось красное пятно. Было больно, но не так, как при сеансах исцеления в больнице. Но от слабости подкашивались ноги. Девушка сделала несколько шагов и опустилась у своего серого витязя. Тот ещё был жив и открыл свои карие, переполненные мукой глаза. Алёна обхватила его голову руками, попробовала спасти. Нет, сил не было. Она
Часть 2
Глава 8
Полосатый жезл в руках милиционера прервал воспоминания. Джип останавливался долго. Милиционер не подходил, ждал. Алёна развернулась и поехала в обратном направлении. Теперь и остановивший её направился навстречу. Не спеша, помахивая жезлом. Этакий властелин шоссейных дорог.
– Старинсталеповава?
– поинтересовался он.
– Что?
– изумилась Алёна.
– Старший инспектор старший лейтенант Попов. Ваши права?
– более раздельно произнёс старший лейтенант в открытое девушкой окто.
– Мне… дядя дал покататься.
– Права и документы на машину!
– Сейчас! Алена оглянулась на заднее сидение, где лежал пиджак здоровенного размера. Наверняка - столичного шефа.
– Я думаю, они здесь - протянула Алена бумажник.
Инспектор взял бумажник, раскрыл. Присвистнул.
– Да, они здесь. Много документов. Очень много!
– он достал и стал запихивать в карман довольно солидную пачку.
– Но это же деньги!
– простодушно возмутилась девушка.
– Это документы, заменяющие твои права, правда? Так своему дяде и скажешь.
– Но это же… взятка?
– Это будет стоить ещё столько же, - инспектор вновь полез в бумажник.
– Чтоб у тебя руки отсохли!
Тотчас же бумажник и деньги выпали из опустившихся рук взяточника.
– Да ты что!
– Не понимая происходящего, старлей Попов так грязно выругался, что Алёна зажмурилась. Надо было вообще-то зажать уши, но очень неожиданно было слышать такое от стража порядка.
– И язык твой грязный тоже!
Попов замычал, затем вдруг кинулся бежать - перемахнул через кювет и рванулся куда - то к лесу. А пока девушка, открыв дверку. Поднимала бумажник и деньги, из инспекторского автомобиля торжественно выбрался целый майор. Кто их не видел, таких майоров? Мордастых, раскормленных, с вырывающимися из формы телесами? С тупой бульдожьей мордой под фуражкой. Где их берут? Или специально откармливают наиболее подходящих лейтенантов? Их не любят не только водители. Их не любят все. Кроме начальства. "Служака! Настоящий офицер. Этот спуску не даст!" А настоящий офицер уже на второй этаж поднимается, обливаясь потом. И руль уже в пузо упирается. Какие уж там погони. Тем не менее, неистребимо племя этих майоров.
– Что происходит?
– поинтересовался он, глядя вослед удаляющемуся коллеге.
– Вот… ваш напарник хотел взятку. А я объяснила, что это - нехорошо.
– Твои права и документы на машину.
– А зачем они тебе?
– тоже перешла на "ты" начинающая злиться девушка.
– Ты, соплячка, как с майором разговариваешь? Выйти из машины! Руки на капот!
– и бульдог тоже грязно выругался.
– Гавкаешь? Всю жизнь теперь гавкать будешь! И клешни твои поскручивает!
– ударила она ненавистью по тянувшейся к замку зажигания лапе. Когда она отъезжала, майор заливисто лаял вслед.
– Шум подымут. Может, надо было дать этих денег, и ехать себе дальше?
– подумала девушка. Нет, нужны они мне. До города сколько осталось?
– взглянула она на дисплей.
Но переживала она зря. Оторопевший от такой наглости майор проводил взглядом удаляющийся джип, затем рванулся к своей машине. Но на запустить двигатель, ни управлять автомобилем сжатыми кулаками было невозможно. Удалось лишь включить вызов в центральную дежурку. Но дежурный, вслушиваясь в раздающийся лай, пожал плечами и обратился к рядом сидящему коллеге: