Алексей
Шрифт:
Мы с Василием вышли из лифта. Он даже не взглянул на женщину перед нами. Не то чтобы он когда-либо смотрел на какую-либо другую женщину после Изабеллы. Он переписывался с ней с тех пор, как мы вышли из дома. Мой брат бросил ее всего двадцать минут назад. Было загадкой, что они могли говорить друг другу.
Вычеркни это. Я действительно не хотел знать.
Как только мы подошли к двери офиса, он сунул телефон в карман.
Джордж Макгован.
Имя, аккуратно напечатанное на табличке с названием офиса за дверью. Она открылась
“Мистер Николаев”, - поприветствовал он нас, протягивая руку. “Два Николаева”.
Он ухмыльнулся, как будто это была лучшая шутка на свете.
— Специальный агент Макгован, — поприветствовал его Василий, отвечая на рукопожатие.
Я так и не пошевелился. Я чертовски ненавидел прикасаться к людям. Я бы скорее сломал ему руку, чем пожал ее. Это не имело никакого отношения к тому, что я гермафоб, а скорее к тому, что этот гребаный Иван сделал со мной.
Специальный агент приготовился пожать мне руку, но Василий прервал его.
“ Мы можем перейти сразу к делу? Василий больше требовал, чем просил.
“Конечно, конечно”. Специальный агент огляделся, нахмурив брови. “Я вижу, моя секретарша снова исчезла”.
Мы с Василием оба не сводили глаз с мужчины. Мы хотели покончить с этим и убраться отсюда к чертовой матери. Мы не были в списке разыскиваемых, но и не то чтобы мы были строго законны. Бог свидетель, что это не так. ФБР вынюхивало меня с того момента, как я ступил на землю США. Иван Петров был известен своей преступной деятельностью, хотя на него никогда ничего не вешали. У него было достаточно козлов отпущения, на которых можно было повесить преступления.
И, к сожалению, мое имя было частью его преступлений. В конце концов, я был палачом. Его личным убийцей.
Макгован отступил в сторону, когда мы вошли в его кабинет. Василий сел напротив директора ФБР, а я остался стоять, прислонившись к дешевому серому картотечному шкафу, который протестовал против моего веса. Было трудно избавиться от некоторых привычек, одной из которых была необходимость быть поближе к выходу. Когда ты рос в окружении врагов, это укоренилось в тебе. Если бы это было не так, ты был бы мертв.
Как только мы все расположились, Василий не стал терять времени даром.
“Как я уже упоминал по телефону”, - начал Василий. “У нас есть ценная информация, которая поможет в раскрытии похищений мальчиков в Новом Орлеане и по всей Луизиане”.
Чего ФБР не знало, так это того, что эти похищения происходили по всем Соединенным Штатам. Фактически, по всему миру. Большинство похищенных мальчиков так и не были найдены снова.
“Понятно”. Макгован потер руки, как будто уже мысленно подсчитывал, как раскрытие
“Нет”. Это был первый раз, когда я заговорил. Голова специального агента резко повернулась в мою сторону.
“Единственный способ, которым это сработает, — это поручить вашей команде работать с нами”, - объяснил Василий, игнорируя его вопрос. “Как только преступник будет схвачен, он в вашем полном распоряжении”.
Это была не миссия по захвату. Это была миссия "убей гребаного ублюдка", и у ФБР могло быть задание типа "его труп". ФБР понятия не имело, кто несет ответственность, но у них была команда и ресурсы. Я точно знал, кто несет ответственность, но мне нужен был доступ к их ресурсам. В частности, к одному ресурсу.
“И вы полностью удалите Алексея из своей базы данных”, - добавил Василий. “Мне все равно как. Я просто хочу, чтобы это было сделано”.
Я не двинулся с места, чтобы посмотреть на него. Я сказал ему, что мне насрать, был я на радаре ФБР или нет. Они никогда не поймают меня и не найдут ничего, что можно было бы подтвердить в суде. Но мой брат был упрям и непреклонен в исправлении грехов своей матери. Он не мог их исправлять. Если бы эта сука еще дышала, я бы содрал с нее кожу заживо.
“Это не совсем так работает”, - объяснил Макгован, возвращая мои мысли назад.
Василий встал, поправляя свой безупречный костюм и делая вид, что вытирает пыль с несуществующих очков. Он давал идиоту время осознать, что это приведет только к одному результату.
“Подожди. Ты уходишь?” Спросил Макгован с легкой паникой в голосе.
“Да”. Василий пронзил моего босса пристальным взглядом. “Есть только один выход из положения. У нас есть информация, которая поможет положить конец этим похищениям. У вас есть ресурсы. Выделите нам основную команду. Мы позаботимся об остальном. Единственное, о чем вам нужно позаботиться, это вычеркнуть Алексея из вашей системы. ”
Его глазки-бусинки расширились. “ Я потеряю работу, если начальство пронюхает об этом. И у меня нет надлежащих полномочий.
“ Только если они узнают, ” согласился Василий. — А они не узнают.
Василий повернулся, чтобы уйти, когда Макгован отчаянно остановил его.
“ Подожди, подожди. ” Он запустил руки в волосы, превратив их в растрепанный беспорядок. Мы пробыли здесь всего две минуты, а он уже был в полном беспорядке. Как, черт возьми, он вообще преуспел в этой карьере? “Позвольте мне представить вам агента Эшфорда, который некоторое время занимался этим делом”.
Глаза Василия метнулись в мою сторону. Общий кивок, и он сел обратно. Она была той, кто нам был нужен.
Макгован поднял телефонную трубку и нажал единственную кнопку.
“ Эшфорд. Мой офис.
Он повесил трубку, и его взгляд вернулся к Василию, затем метнулся ко мне. “Мне нужно знать, что мой агент будет в безопасности”.
“Мы позаботимся о его безопасности”. Василий ничего не знал об агенте Эшфорде. У него были свои секреты, у меня — свои. Она была моим секретом.