Александр Суворов
Шрифт:
– Я сейчас, сейчас!
– внезапно срываясь со скамьи, закричал Александр, взвился и выбежал из горницы в сени.
– Что с ним? Живот схватило? Или я ему наскучил?
– изумился Ганнибал, прислушиваясь к топоту Александра по лестнице.
– Помилуй, что ты, Абрам Петрович! Он у нас уж такой "перпетуй мобиль"!*
_______________
* Искаженное латинское "перпетуум-мобиле" - вечное движение.
– Василий Иванович, в какой ты записал Александра полк? В свой, Преображенский?
– спросил
– Ни в какой.
– Как же это могло случиться? Ты упустил столько времени! Ведь сверстники его уже капралы.
– Вина не моя... Родился он у нас хилой. Я думал было тотчас же записать в свой полк - мать вступилась. Я подумал: куда спешить? Погодим может быть, он и не выживет. Прошел годок, а тут вышел указ, чтобы младенцев в полки не записывать. Так и вышло, что сверстники моего Александра в двенадцать лет капралы, а он остался у нас на руках недорослем.
– Да знаешь ли ты, что прежний указ потерял силу и можно теперь недорослей записывать?
– Знаю, но не раньше тринадцати лет. Стало быть, так: опять Александру год дожидаться...
ИСПЫТАНИЕ
Скача "в три ноги", в горницу ворвался Александр и положил на стол перед Ганнибалом книжку, бережно завернутую вместо переплета в пеструю обложку из цветной "мраморной" бумаги.
– Ба! Ба!
– воскликнул Ганнибал, развернув книгу.
– Так это твое, Василий Иванович, переложение Вобана?
Истинный способ укрепления городов, изданный от славного
инженера Вобана на французском языке, ныне же переложен с
французского на российский язык Василием Суворовым, напечатася
повелением Его Величества Петра Великого, Императора Самодержца
Всероссийского, в Санкт-Петербургской типографии лета господня
1724 года.
Ганнибал положил перед собой на стол книгу и взирал на нее с видимым удовольствием.
Преодолев застенчивую робость, Александр подошел к старику и доверчиво припал к его плечу.
– Ты читал эту книжку, надеюсь, внимательно?
– "Истинный способ" я знаю от слова до слова!
– пылко воскликнул Александр.
Василий Иванович вставил:
– Я по Вобану учил его французскому языку. Он и на французском наизусть знает.
– Хорошо. Проэкзаменуем. Отойди несколько назад. Стань там. Ответствуй: что есть фортификация?
– По-французски?
– спросил Александр.
– Нет, зачем же: русский язык будет повальяжней*.
_______________
* П о в а л ь я ж н е й - от "вальяжный": полновесный, прочный,
добротный.
– "Фортификация, - бойко, по-солдатски, отчеканил Александр, - есть художество укреплять городы рампарами, парапетами, рвами, закрытыми дорогами, гласисами, для того чтобы неприятель такое место не мог добывать без потеряния многих людей, а которые в осаде, могли бы малолюдством против многолюдства стоять..."
–
– похвалил Ганнибал, проверяя ответ Александра по книжке.
– Что есть авангардия?
– "Авангардия есть часть армии, еже марширует перед корпусом баталии".
– А что есть граната?
– спрашивает по книжке Ганнибал.
– "Граната есть едро пустое, в которое посыпают порох, в ее же запал кладут трубочку: употребляют оную для зажигания в местах тесных и узких и чтоб врознь разбить солдат от того места, где бы они ни собралися".
Перебирая страницы, Ганнибал задавал вопросы и, выслушивая ответы Александра, приговаривал:
– Отменно! Отменно! Можно только дивиться.
Василий Иванович сиял, слушая ответы Александра, а мать ревниво усмехалась.
– Он и "Юности честное зерцало" от слова до слова знает, - решилась она сказать.
– Испытайте его, сударь мой.
– Ну что ж, - снисходительно сказал Ганнибал, - отроку не мешает знать правила учтивости. А есть у вас "Зерцало"?
Принесли и эту книгу, и Александр без особой охоты ответил на несколько вопросов о том, "како отроку надлежит быть".
Авдотья Федосеевна, женщина очень набожная, не преминула кстати похвастаться тем, что сын прекрасно знает церковную службу. И Александр лихо отхватил наизусть "Шестопсалмие".
Ганнибал, крещенный в семь лет царем-безбожником, был беспечен в церковных делах; ему оставалось принять на веру, что Александр знает и церковную службу не хуже, чем "Истинный способ укрепления городов".
– Дьячок, прямо дьячок!
– похвалил Ганнибал.
– Блаженной памяти Петр Алексеевич поцеловал бы непременно отрока вашего. Позвольте мне это сделать в память нашего отца и благодетеля.
Ганнибал достал шелковый платок, вытер губы и, закинув рукой голову Александра назад, поцеловал его в лоб...
Испытание продолжалось. Оказалось, что Александр знает немного по-французски и по-немецки, а по-русски пишет не хуже самого генерала. Считал мальчик быстро, а память у него отменная.
– Ну, скажи: кем же ты хочешь быть?
Александр, потупясь, молчал.
– Матушка твоя, кажись, хочет видеть тебя архиереем?
Александр рассмеялся и, лукаво подмигнув матери, закричал:
– Кукареку!
– Ганнибалом?!
– продолжал допрашивать генерал.
– С вами, сударь, их уже два. Я не хочу быть третьим.
– Ты хочешь быть первым? Ого! А хочешь быть солдатом?
– Да!
– кратко ответил Александр.
– Посмотри-ка ты на себя в зеркало, герой!
– воскликнула мать.
Александр взглянул на себя в зеркало, и все посмотрели туда.
– Да, неказист!
– бросил сквозь зубы отец.
Александр скорчил в зеркало не то себе, не то Ганнибалу рожу и отвернулся: