Александр Солоник: киллер мафии

Карышев Валерий Михайлович

Кроме того, у него еще был один козырь, о котором бандиты наверняка не знали.

– Что ж, если так нравится – забирайте, – стараясь казаться равнодушным, ответил Солоник. – Только я из бардачка кое-что заберу.

Бандит расплылся в улыбке. Обернулся к остальным – класс, вчистую кинули лоха!

Но он явно ошибался…

В бардачке Саша никогда не возил оружия, поскольку прекрасно знал, что во время ночных рейдов ГАИ и ОМОН первым делом проверяют именно там. Так же, как под сиденьями, под ковриками и в багажнике. Для перевозки стволов бывший курсант центра подготовки КГБ, обученный многим премудростям, предусмотрительно смонтировал

специальный тайник: пистолеты обычно провозились в звуковых колонках, глубоко утопленных в дверях. Его любимый семнадцатизарядный «глок» сейчас лежал именно там…

Времени для перелома ситуации в свою пользу было в обрез, и Солоник принял единственно правильное решение.

– На, возьми сам, там у меня в бардачке кожаная визитка с паспортом. – Он спокойно протянул ключи бледному «быку», наверняка «бригадиру».

Не ожидая никакого подвоха, бандит, открыв дверцу, полез в салон…

Того, что произошло несколькими секундами позже, ни он, ни его друзья, естественно, не предвидели: сперва владелец «Мазаратти» с силой впихнул любителя чужих спортивных машин поглубже в салон, а спустя мгновение резко рванул на себя кожух акустической колонки, извлек какой-то темный предмет…

Братва попыталась было дернуться, но сразу поняла: сопротивление бессмысленно. Прямо на них смотрело дуло пистолета.

– Стоять! – скомандовал он, медленно переводя пистолет с одного на другого.

Те явно растерялись.

– Ты что? – пробормотал один, попытавшись сделать шаг вперед.

– Стоять! – недавний «бобер», то есть сладкий лох, казавшийся им таким беззащитным, мгновенно повел стволом в сторону попытавшегося дернуться. – Или сквозняк в чердаке сделать?!

Общеизвестно: ничто так не уважается российскими уголовниками, как грубая физическая сила и умение грамотно дать отпор обидчику. На такое, по мнению бандитов, способны лишь их коллеги, и потому в последующем повороте сюжета не было ничего удивительного.

– Во бля, делов… – только и мог произнести один из «быков».

– Ты из какой «бригады»? – спросил другой.

– Я сам по себе, – отрезал Солоник.

– Опусти волыну, – миролюбиво предложил третий. – Слышь, братан, ты нас того… извини… Ошиблись мы. Думали, что ты обычный лох, кинуть хотели, а ты, оказывается, свой.

Саша понял: инцидент на этом наверняка исчерпан. А потому, стремясь продемонстрировать миролюбие, выпустил из салона машины старшого.

– Ну, не ждали, не ждали. – Тот взглянул на несостоявшуюся жертву с неподдельным уважением. – Так ты чо – в натуре один?! Так не бывает!

– Наверное, гастролер, залетный, – предположил его коллега. – Откуда прибыл, братан?

– Из Кургана…

– Ни хера себе! А как тебя зовут?

– Саша.

– А «погоняло»?

– Александр Македонский, – ответил киллер.

– Так мы про тебя знаем! – обрадовался старшой. – Почти земляки, из тех же краев… Мы – шадринские. Слышал про такую бригаду?

Про шадринских Солоник, естественно, слышал, и немало. В столице их считали классическими «отморозками» – беспредельщиками. Типичные провинциальные ребята, приехавшие покорять столицу, – тут и московские авторитеты, и милицейские сыскари были единодушны в оценках. Криминальная Москва встретила их настороженно. Залетных пытались было поставить на место, но выяснилось странное, на первый взгляд, обстоятельство: по слухам, правда, непроверенным, шадринских крыл не кто иной, как Сергей Иванович Тимофеев, более

известный всей столице как Сильвестр или Сережа Новгородский.

Эти пацаны не считались ни с какими авторитетами, им было все равно, кто перед ними: вор в законе, крупный бизнесмен, или банкир, имеющий прикрытие в Кремле, или простой «звеньевой» какой-нибудь сухофруктенской бригады… Автомат Калашникова, противопехотная граната, взрывное устройство уравняли шансы. С новыми реалиями приходилось считаться даже ворам старой формации, и вскоре шадринские заняли прочное место в преступной инфраструктуре Москвы.

С самого начала пришлые подписывались на самую грязную работу: вооруженные разборки, «наезды» со стрельбой и убийствами, похищения бизнесменов с целью последующего выкупа. Работали нагло и дерзко, и скоро с ними стали считаться. Шадринские умело маскировались, стараясь не светиться, и потому «бригада» долго не попадала в поле зрения МУРа и недавно созданного РУОПа. Но нет ничего тайного, что не стало бы явным: после серьезных конфликтов с очень авторитетной группировкой из центра столицы пацаны почувствовали неусыпное внимание силовых структур – и не одних только мусоров.

Шадринских пытались умело скомпрометировать. Целенаправленно муссировался слух, что эта «бригада» якобы создана «конторой» в качестве противовеса уже существующим. Точно так же в конце восьмидесятых силовые ведомства сквозь пальцы смотрели на взлет чеченцев, видя в них противовес славянским ворам. Кто стоял за внедрением шадринских в столицу, как так получилось, что провинциальные пацаны твердо стали тут на ноги, Солоник не знал. Но он хорошо понимал – этот разговор таит в себе несомненную практическую выгоду – для него, Александра Македонского…

– Так слыхал про шадринских? – в голосе «бригадира» слышалась затаенная гордость.

– Слухами земля полнится, – неопределенно ответил киллер, спокойно ставя сумку с продуктами в багажник «Мазаратти».

– Так да или нет?

– Ну слыхал…

– Так, может быть, стрелку кинем? – осторожно предложил старшой.

– Зачем?

– Ну перетрем о наших делах… Ты вроде пацан нормальный. Да и мы ничего.

– Ну и что?

– Может, дела какие общие будем делать, – предложил «бык» с бледным лицом. – Так чего – встречаемся?

– Можно и встретиться, – спокойно согласился Саша, всем своим видом давая понять, что ему безразлично: будет он работать с шадринскими или не будет…

– В «Арлекино», в десять вечера, завтра. – «Бригадир» взглянул на часы. – Идет?

На следующий день Солоник назначил встречу куратору. Он понимал: любые несанкционированные контакты рано или поздно попадут в поле зрения «конторы», и тогда с него строго спросится.

Да и неизвестно – чего этим шадринским от него надо. Может быть, действительно дело какое хотят предложить… А может быть, это – хитро задуманная подстава. Кто знает?

Он добросовестно выполняет заказы «конторы», та ему платит и кроет его. Лишняя предосторожность не помешает.

Встреча состоялась на самой далекой точке, «номер семь», – неприметном автомобильном отстойнике на Рублевском шоссе сразу за кольцевой автодорогой. Помятая оперативная «копейка» на фоне роскошного «Мазаратти» выглядела жалко и нелепо, но Саша тем не менее, как и обычно, перешел в салон «жигуля».

Куратор выслушал его рассказ предельно внимательно, ни разу не перебив. Лишь в конце, нахмурившись, уточнил: