Александр Беляев

Бар-Селла Зеев

Причина, думаю, в том, что в жизни Беляева снова произошли перемены — он женился. О второй жене Светлана Беляева может рассказать совсем немного:

«Вторая жена Александра Романовича, Верочка, была единственной дочерью, избалованной и капризной. У них часто бывали семейные скандалы. Вернее, Верочка была вечно чем-то недовольна. Отец вспоминал, что, когда она начинала кричать, он спокойно напевал:

— А я мальчик бедненький, бедненький, бедненький. Любить меня некому, некому, некому» [145] .

145

Беляева С. А.Звезда мерцает за окном… С. 323.

Родители, сумевшие избаловать капризную дочь,

были, видимо, людьми обеспеченными. И дали за дочерью неплохое приданое — по крайней мере, на свадебное путешествие за границу хватило…

И Беляеву хватило впечатлений, чтобы десятилетие спустя превратить Францию и Германию в место действия своих произведений.

Беляев явно стоит на пороге резкого поворота судьбы. После 1913 года в газете уже не появляется автор B-la-fа в 1914-м московский детский журнал «Проталинка» печатает в своем приложении беляевскую пьесу «Бабушка Мойра» [146] . Пьеса названа четырехактной, но длится каждый акт не больше четверти часа. Это оттого, что пьеса предназначена не только для детского зрителя, но и для детского исполнения. Единственные взрослые роли — Бабушка и старуха Мойра. Прочие персонажи: дети Петя и Маша, а также Кот, оказавшийся говорящим и кошачьим царем… Он и приводит детей к волшебнице Мойре, которая наглядно демонстрирует детям, как нехорошо быть жадным. На автора сильно повлияла «Синяя птица», но его собственная пьеса от этого лучше не стала. Невзыскательная редакция еще два года объявляла Беляева своим постоянным автором, но ни одной строчки он больше в журнале не напечатал.

146

Беляев А.Бабушка Мойра. (Пьеса-сказка в 4-х действиях для детского спектакля) // Занавес поднят! [Бесплатное приложение к № 7 журнала «Проталинка» за 1914 год]. С. 7—30.

В том же 1914 году закончился пятилетний период стажерства — Беляев теперь не помощник присяжного поверенного, а присяжный поверенный — полноправный адвокат. Это открывает совсем другие перспективы…

И тут Беляев идет на решительный шаг — он порывает с профессией, 17 октября представляет в канцелярию смоленского губернатора Д. Д. Кобеко прошение:

«Имею честь заявить Вашему Превосходительству, что я принимаю на себя в полном объеме ответственность редактирования издаваемой С. Г. Пиотровской газеты „Смоленский Вестник“ и что я удовлетворяю всем требованиям, предъявляемым к ответственному редактору Временными правилами о печати.

Ввиду изложенного прошу выдать надлежащее свидетельство.

Присяжный поверенный

Александр Романович Беляев» [147] .

147

Левитин М.Александр Беляев и «Смоленский вестник» // Рабочий путь. 1994. № 141. 27 июля. С. 5.

Тремя днями раньше — 14 октября — губернатора уже проинформировала издательница Софья Пиотровская:

«Настоящим имею честь заявить, что помимо лиц, допущенных Вашим Превосходительством к редактированию газеты „Смоленский Вестник“, обязанности ответственного редактора названной газеты по моему приглашению принял на себя также присяжный поверенный Александр Романович Беляев».

Ответа пришлось ждать долго — в канцелярии хотели удостовериться в благонадежности просителя и запросили жандармское управление. А 15 ноября скончался губернатор…

Но бесконечно уклоняться от решения тоже возможности не было, и в начале 1915 года Беляев уже числится секретарем редакции [148] .

А 14 февраля 1915 года, в 43-м номере «Смоленского вестника», в самом низу четвертой полосы было напечатано:

«Редактор А. Р. Беляев.

Издатель С. Г. Пиотровская».

И так в каждом номере, изо дня в день, пока 27 февраля, в № 56, внимательные читатели не углядели вдруг следующее:

148

Памятная книжка Смоленской губернии на 1915 год. Смоленск, 1915. С. 134.

«Редактор С.

Г. Гуревич.

Издатель С. Г. Пиотровская».

Что произошло в редакции, сказать трудно. У Соломона Григорьевича Гуревича бывали нелады с цензурой, и временами ему приходилось место редактора покидать (например с 1907 по 1909 год). И, быть может, издательница Беляеву должность редактора пообещала, а потом обещание свое взяла обратно. Что, естественно, радости у обманутого не вызвало…

Так оно было или не так — с уверенностью сказать не можем. Но следует отметить, что больше в «Смоленском вестнике» Беляев не печатался [149] . Мало того — вернулся к своим адвокатским обязанностям.

149

Рецензия «Концерт Завадского» (Смоленский вестник. 1915. № 63. 6 марта. С. 2) за подписью Б. принадлежит, скорее всего, А. А. Брохману.

Снова кражи, убийства…

Рецидивист Иван Петров обокрал трех разных лиц — у одного спер галоши, у другого — пачку французских велосипедных ключей, у третьего — полотенце. Общая стоимость похищенного три рубля.

Присяжный поверенный А. Р. Беляев указал, что Петров, как рецидивист, лишенный всех прав состояния, не мог найти себе постоянного заработка и должен был терпеть постоянную нужду. Так что заключение в тюрьму для него и наказанием не станет. И ущерб, причиненный его кражей, куда меньше тех затрат, что понесет государство, то есть все общество, на содержание Петрова в тюрьме. Присяжные Петрова оправдали [150] .

150

[Б. п.]Рецидивист // Смоленский вестник. 1915. № 64. 7 марта. С. 2–3.

А Василия Петроченкова обвинили в убийстве. Дело было так: в селе Егорье трое крестьян пили пиво. Подошел четвертый, угостили и его. А он взял и ногой две бутылки разбил. Угощавшие высказали ему неодобрение. Тут подошел Петроченков и вмешался в спор: ударил одного из угощавших по голове стальными ножницами для стрижки овец. У того от полученной раны наступили паралич правой стороны тела, потеря речи и — через две недели — смерть. Защитник Беляев просит присяжных учесть, что убийство было совершено в драке, что сам убийца тоже был избит, а еще у убийцы большая семья… Присяжные защитника послушались и приговорили подсудимого к шести месяцам тюрьмы и шести рублям ежемесячных выплат семье покойного [151] .

151

[Б. п.]Убийство; 1171 ст. //Там же. № 70. 13 марта. С. 2.

И тут Беляев заболел плевритом. Местный врач произвел прокол плевральной полости, чтобы дать выход гною. То ли рука у врача дрогнула, то ли от неумения, но игла сорвалась и внесла инфекцию в один из спинных позвонков. Так плеврит перешел в костный туберкулез. Врачи еще не уверены в диагнозе, и Беляев еще долго будет надеяться на чудо.

Чуда не произойдет — один укол иглой изменил жизнь Беляева окончательно и навсегда.

Но кто скажет: кем стал бы Беляев, не заставь его болезнь покинуть родной город? Ведь мог он так и остаться недовольным собой адвокатом, завсегдатаем драмкружков и литературных вечеров, человеком, не интересным никому, кроме собственных друзей…

Глава восьмая

РУССКАЯ АМЕРИКА

5 апреля 1915 года на общем собрании Общества изучения Смоленской губернии А. Р. Беляев был избран членом ревизионной комиссии. Четыре дня спустя об этом событии сообщил «Смоленский вестник» [152] , и всё — более имя Беляева в смоленской прессе не упоминалось. Да, честно сказать, и сообщать было не о чем: Беляев в Смоленске задерживаться не собирался и не задержался. В поисках спасения от страшного недуга он, надо полагать, наведался и в столицы. По крайней мере, Вера Былинская вспоминала:

152

[Б. п.]В обществе изучения Смоленской губернии // Там же. № 94. 9 апреля. С. 2.