Алекс
Шрифт:
Трогать труп желания у меня не было, и я перешел ко второму шалашу. Его обитатель был все еще жив, но в очень плохом состоянии. Услышав мои шаги, охранник попытался сесть, но у него ничего не вышло. Тогда, он перевернулся на живот и постарался выползти пятой точкой вперед, но и с этим возникли проблемы. Мужчина вновь лег на спину, его дыхание было затрудненным, слышались хрипы, было заметно, что каждый вздох ему дается с трудом.
— Кто ты? — прохрипел охранник.
— Посланник от Бенедикта, — ответил я, — он передал вам два бурдюка с вином, и сказал,
Умирающий засмеялся, но вскоре его смех перешел в хрипы и кашель.
— Мы с Джеком уже отведали его угощения, — прохрипел он, когда кашель успокоился, — чую, напарник уже помер и мне немного осталось.
Я взял глиняную кружку, которая валялась рядом с шалашом и промыв ее, принес охраннику воды. Взять ее у меня он не мог. Мне пришлось вытащить его из его укрытия на улицу. Я посадил умирающего на землю прислонив спиной к дубу. Он смог немного попить.
— Что здесь произошло? — спросил я.
— Мы с Джеком, — он кивнул в сторону другого шалаша, — решили немного угостится вином, приготовленным для солдат Бенедиктом, вот результат.
— Как давно ты пил это вино?
— Не знаю, не помню, может день назад, может два.
— А Джек пил с тобой?
— И со мной, и один.
— То есть, он выпил больше и умер раньше? — уточнил я.
— Да, а скоро и я здохну, — вздохнул охранник, — эх, ребят жалко, не за что пропадут…
— А если им сказать, что поило отравлено?
— Да кто ж тебе поверит? — усмехнулся он, — они же награду ждут…
— Я все же попробую.
— Они тебя убьют и все, — предупредил охранник.
— А если поверят, что тогда, нападут на замок, устроят мятеж? — спросил я.
— Нет, у них сейчас есть деньги, они просто сбегут, — ответил он.
— Ты в этом уверен?
— Да, после этого дела с королем, мы все собиралисьуйти и поискать себе работу в другом месте.
— Ты должен поехать со мной, — заявил я.
— И как по-твоему я должен это сделать?
Забрав у него кружку, я плеснул ему вина из бурдюка.
— Вот, это придаст тебе сил, — сказал я, протягивая ему вино.
— Нет уж, как-нибудь сам здохну, — прохрипел он, отворачиваясь от кружки.
— Это хорошее вино, оно не от Бенедикта, — признался я.
Охранник посмотрел на меня с любопытством:
— А чье?
— Не важно, пей, оно не отравлено.
— Почему я должен тебе верить?
— Какой смысл мне врать? — прикончить тебя сейчас легко и без яда.
Поразмыслив несколько секунд, умирающий взял кружку, выпил содержимое залпом и через пару минут смог нормально дышать.
— Но сидеть верхом я все равно не смогу, — сказал он.
— Ты знаешь, как сделать носилки? — спросил я.
— Да.
— На носилках ехать сможешь?
— Думаю, да.
— Тогда говори, как их сделать.
Пока я мастерил носилки и привязывал их концы к седлу, охранник успел выпить еще четверть кружки вина. Сил ему это не добавило, но настроение немного подняло. Я подвел свое коня к умирающему. Мужчина попытался переползти на носилки, но
Охранник был рослым крепким мужиком лет сорока, и мне пришлось попотеть, устраивая его на носилках. Путь нам предстоял через лес в объезд дороги и я боялся, что вся моя конструкция развалиться прежде, чем мы доберемся до места.
Первое время я вел коня в поводу, на носилках, которые частично тащились по земле, кряхтел и стонал охранник. Преодолев значительную часть пути, я сел в седло. До лагеря оставалось совсем немного, когда на нас напали два оборванца.
Это были сбежавшие из под стражи разбойники. Заприметив одинокого всадника с привязанными к коню носилками, они решили, что это будет легкая добыча. Один из нападавших, встал перед самой мордой коня и взял его под уздцы, а второй попытался стащить меня на землю.
Того, кто напал на меня, мне ногой удалось оттолкнуть. Воспользовавшись моментом, я достал кинжал из-за пояса. Клинок легко покинул ножны, в которых до этого мирно спал и кровожадно блеснул сталью.
Бандит вновь бросился на меня, в этот раз в его руках была увесистая палка. Палку я успел перехватить до того, как он нанес удар. Кинжал мне теперь мешал, но бросать его я не собирался. Поняв, что просто так я не сдамся, бандит отпустил свое оружие, и тут же подобрал дубину потяжелей.Мой умирающий попутчик, умудрился метнуть в него свой кинжал, который до этого висел у него на поясе. Клинок вонзился бандиту в горло. Он бросил дубину и схватился руками за шею, из раны хлестала кровь. А изо рта разбойника пошла кровавая пена, он захрипел и начал оседать.
Второй бандит отпустил поводья коня и бросился к своему напарнику. Не дожидаясь, когда разбойник завладеет кинжалом, торчавшим из горла его друга, я спрыгнул с коня и в два прыжка оказался за спиной мерзавца. Мой кинжал мгновенно нашел свою цель, я вонзил его в спину бандиту, тот медленно повернулся с выражением удивления на лице и упал на спину, придавив собой труп своего друга.
Я вытер клинок об одежду бандита и вытащи кинжал охранника из шеи поверженного врага и, протерев, вернул владельцу. Мой попутчик, получив порцию адреналина, выглядел теперь намного лучше.
— А ты молодец, не растерялся, — похвалил он меня.
— Ты тоже ничего, — вернул я комплимент.
Охранник ухмыльнулся. Казалось, он сомневался в том, что я простой крестьянин, но вслух таких сомнений не высказывал. Только смотрел на меня с любопытством, примерно так, как смотрит ученый на подопытное животное. Зато с этого момента он не оспаривал никаких моих решений.
Глава 16. Я и лесной отряд.
Не считая нападения двух разбойников, до лагеря мы добрались нормально. Когда мой попутчик начинал хрипеть и кашлять, приходилось останавливаться. Приступы он глушил вином из бурдюка, но никогда не пил больше пары глотков. С собой у меня был хлеб, и я разделил его с охранником. Есть, он почти не мог.