Алекс
Шрифт:
— Ты планируешь навестить свою бабушку?
— Я еще не решил.
— Ты разговаривал с ней?
— Нет, я просто хочу съездить туда и отдохнуть какое-то время. Потом я решу, хочу ли ее видеть. Ты едешь или как? — потребовал он ответа.
— Бронируй места.
Широкая улыбка осветила его лицо.
— Уже сделано. Наш самолет вылетает в семь утра.
— Ты слишком уверен в себе, — фыркнул я, развернувшись по направлению к своей комнате. Вдруг оказалось, что мне многое нужно упаковать.
Его руки легли сзади на мои бедра, и его губы нежно поцеловали меня в шею, прежде чем он пробормотал:
—
Мое сердце забилось быстрее от надежды, и я откинул голову назад, чтобы посмотреть на него.
— Правда?
— Я больше не хочу бороться. Я просто хочу уехать на какое-то время и посмотреть, к чему это приведет.
— Одно дело за раз, — прошептал я.
— Как всегда. — он крепко обнял меня за талию, затем шлепнул по заднице. — Иди, собирайся.
* * * *
— Это была отличная идея, — сказал я ему, садясь, чтобы сделать глоток своего напитка. Не знаю, что это, но по вкусу похоже на киви с большим количеством алкоголя. Белый песок тянется под нами до самой кромки сверкающей голубой воды. Легкий прохладный ветерок высушивает пот на моей коже, в то время как солнце палит целебным теплом. Мне это было нужно, и Яну, несомненно, тоже.
— Конечно, это была моя идея, — пробубнил он в свое полотенце.
Не думаю, что когда-либо видел зрелище более великолепное, чем этот нахальный мужчина, лежащий на животе. На пляже не многолюдно, но женщины, казалось, все равно замечали его, прогуливаясь мимо в бикини и улыбаясь в его сторону. Черные волосы липли к его затылку, слегка развиваясь на ветру. Его руки сложены, и щека покоилась на его руках. Когда он облизал свои идеальные губы, я не смог больше сдерживать себя.
Его губы скривились в небольшой ухмылке, и он перекатился на бок, когда я лег рядом с ним. Не колеблясь, он обнял меня рукой за талию и потянул на полотенце рядом с собой. Я поцеловал его, на этот раз медленно, и когда я лизнул его нижнюю губу, он раскрыл свои губы, проскользнув своим языком в мой рот. Он был таким вкусным, как кокосовый коктейль, который он пил. Мы гладили и ласкали друг друга, пока мой член не заболел от напряжения и не уткнулся в его бедро.
Я был удивлен, когда его рука слегка сжала его через мои плавки. Мы обжимались и раньше, и я дрочил ему, но он никогда не платил мне тем же. У меня вырвался стон, и я почувствовал его улыбку на моих губах.
— Тебе нравится? — поддразнил он, поглаживая меня через тонкую ткань. Черт. Если он не остановится, я кончу, как какой-то озабоченный подросток.
Вскочив на ноги, я схватил его за руку.
— Пошли, — потребовал я хриплым голосом.
Он не сопротивлялся, когда я завел его в ласковые волны, подальше от любопытных глаз. Прохладная вода плескалась о мою обнаженную грудь, когда я повернулся к нему лицом, опустив руку спереди на его плавки. Мои губы нашли его, когда он снова сжал мой член, и я потерялся в нем. В ощущении его губ и языка, спускавшихся вниз по моей шеи к ключице. Он выдохнул со свистом, когда я наклонился, чтобы жестко втянуть в рот его сосок.
— Кайфово? Подожди, когда я возьму твой член в рот, Черноглазка. Я буду сосать тебя, пока ты не перестанешь дышать.
— Бл*дь, Алекс, — выдохнул он, и я стянул его плавки вниз, освобождая его, прежде чем сделать тоже
— Нас никто не видит, — прошептал я, взяв его руку и направляя ее. — Да, Боже, вот так, — застонал я, когда он начал ласкать нас. Я присоединился, поглаживая вверх-вниз и упиваясь ощущением его горячего вздутого члена напротив моего. Я уткнулся лбом в его плечо, и он задрожал. — Ян…
— Я тоже, — выдохнул он, и мы потеряли контроль, наши руки лихорадочно работали. Я почувствовал его зубы на своем плече, когда его тело напряглось, и он зарычал, что толкнуло меня через край. Пока мы пытались прийти в себя, нас чуть не сбило с ног волной. Ян засмеялся, заставив меня улыбнуться. По крайней мере, он не собирается шарахаться от меня.
— Лучше нам вернуться, пока мы не утонули, — он дернул свои плавки вверх.
— В настоящий момент мне плевать, — ответил я, засунув свой член обратно в плавки. Клянусь, он снова становился твердым. Я никогда не смогу насытиться им. — Ты в порядке? — спросил я, когда мы побрели обратно к берегу.
— Я чертовски голоден.
Засмеявшись, я приобнял его за талию.
— Давай поедим, затем я отведу тебя в наш номер и буду сосать твой член, пока ты не попросишь пощады.
— Боже правый, Алекс. — он покраснел и покачал головой.
— Это нет?
— Черта с два. Поторопись, мать твою, чтобы мы уже покончили с ужином побыстрее.
После ужина в виде жаркого из креветок, омаров и говядины и чуть больше необходимого количества напитков, мы направились обратно в гостиницу. Ян расстарался изо всех сил для нашей поездки, заказав огромный номер. Стеклянные двери выходят на балкон с видом на океан. Днем отсюда открывается великолепный вид, но и в такой вечер, как сегодня, зрелище не менее впечатляющее, когда океан бушует, и молнии рассекают небо. Теплые руки легли на мои бедра сзади, когда я облокотился на перила, захваченный представлением природы.
Он положил подбородок на мое плечо, его волосы все еще влажные после душа.
— Я собираюсь позвонить завтра своей бабушке. Если она захочет меня увидеть, ты пойдешь со мной?
— Конечно пойду. — я рад услышать, что он решил пойти.
— Еще три дня, и мы вернемся к нормальной жизни.
Нормальная жизнь. Он имеет в виду рутину на работе или что-то еще? Я повернулся и посмотрел на него.
— Ты знаешь, чего хочешь относительно нас, Ян?
Он вздохнул.
— Да, но не знаю, могу ли иметь это.
При вспышке молнии, его темные глаза сверкнули на мгновение, и я заметил беспокойство на его лице. Я уперся рукой в его грудь, маленькие волоски щекотали мою ладонь.
— Я не понимаю.
— У меня никогда не было отношений, не говоря уже об однополых отношениях. Я обязательно все испорчу и…— он сжал мое запястье. — Ты слишком важен для меня. Если ничего не выйдет, если я причиню тебе боль, у нас больше не будет этого.
—Можно оставаться друзьями и после расставания, — ответил я. — Не все отношения одинаковы. Я понимаю, что ты до сих пор выясняешь, чего хочешь. Что ты не собираешься переставать желать женщин тоже. Мы можем выяснить, что приемлемо для нас. Хотя, никаких других мужчин.