Альда 2

Ищенко Геннадий Владимирович

— Мы сделали все, что было в наших силах, — говорил ему командир эскадрона. — Мои люди второй день ходят по домам и убеждают жителей. Удалось получить согласие еще двух тысяч, а остальные отказываются наотрез. Возы для их имущества закуплены, и те, что были у магистрата, я тоже забрал под вещи, а большего я сделать не могу. Удивительно, как это у вас получилось увести весь город!

— Ты меня удивил, — сказал Галий Лоран сыну. — Величие Империи…

— При чем здесь ее величие? — возразил Север. — О нем пусть заботится консул Ортисий, ему это поручил император. А я хочу позаботиться об интересах семьи. Разве нам помешают земли за проливом? Я там был и видел, как богато живут люди. И закон не запрещает нам проявить инициативу. Вот увидишь, что многие семейства сделают то же самое, лишь только пришлют весть о

первых победах. Зачем ждать очевидного, когда можно выбрать лучшее сейчас? Через два дня флот выйдет к берегам Сандора. Пусть консул высаживает армию и захватывает порты, а мы тем временем наберем большую дружину из отставных легионеров. Многие из ветеранов не против позвенеть мечами за хорошую плату. А там будет еще и военная добыча. Возьмем свое судно и наймем еще одно и пойдем в один из захваченных портов. А дальше займем те земли, которые в будущем дадут хороший доход и поднимут престиж семьи. Чем плохо? Их язык я знаю, и через полстраны меня провезли без повязки на глазах. И я уже давно не мальчишка. В той ситуации, в какой погорели мы, проиграли бы и более опытные люди. Квестор Селий Кларт был на что уж опытным, и где он сейчас?

— В том, что ты говоришь, есть смысл, — признал отец. — Свободные деньги у семьи есть, да и не слишком уж много их понадобится. Ладно, убедил. Только запомни, что второй раз я тебя из плена выкупать не стану!

— Ну и что, убедил? — спросила мать, когда Север от отца зашел к ней.

— Отец согласен, мама, — ответил он. — Только предупредил, что не станет тратиться на выкуп.

— Стоит ли эта женщина такого риска? — спросила мать. — Я вижу, что ты по-настоящему влюблен. Способен ли ты рассуждать трезво? Ну, положим, спасешь ты ее из лап легионеров, а что дальше? Если она сильно любит своего мужа, даже его смерть не толкнет ее в твои объятия. Ты понимаешь, что она, может быть, никогда тебя не полюбит? Или ты готов взять ее силой?

— Что ты такое говоришь! — возмутился Север. — Ты же знаешь, что я никогда не опущусь до насилия над женщиной, и тем более над любимой. Не полюбит, зато будет жива, мне довольно и этого. А отец получит свои земли, семье они действительно пригодятся.

— Неужели она действительно так красива? Что в ней такого, что ты сам не свой?

— Она очень красивая девушка, но красота не главное! Мало ли красивых девушек у нас! А она… Понимаешь, я могу сколько угодно говорить о ее красоте, об остром уме и прочих достоинствах, но это не даст тебе о ней никакого представления. Ее нужно хоть один раз увидеть, услышать ее голос…

— Понятно, — вздохнула мать. — Все признаки налицо. Тебе просто не повезло, сын. Когда в тебе проснулась потребность любить, судьба подсунула тебе чужую женщину, перед чарами которой ты не смог устоять. Самое лучшее в таком случае держаться от объекта обожания подальше. Время и другие женщины тебя излечат. А ты наоборот рвешься к ней, невзирая на то, что для тебя эта поездка вполне может оказаться дорогой в один конец. Подумай еще раз, стоит ли идти на поводу у своей любви? Женщин много, а жизнь у человека только одна. Я еще могла бы понять, если бы она тебя любила, так ведь нет даже и этого!

— Что такое жизнь без любви? — сказал Север. — Прости, мама, но иначе я не могу.

— На вопрос ответите? — спросил канцлер Фрей Лобер герцога Эмила Борже. — Почему наш король избегает с вами встречаться? Была бы неприязнь, я бы заметил, да и король не выделял бы вас так среди прочих.

— Не стоит вам, Фрей, копаться в наших с Ольдаром отношениях, — недовольно ответил герцог. — Вы все мне передали? Тогда прощайте. Империя повела свой флот к берегам Сандора, пора отходить и нам. Передайте его величеству, что я постараюсь следовать его рекомендациям и не спровоцировать драки с легионами. И спасибо вам за подготовленный резерв. Я не столь самонадеян, как считают некоторые, и вовсе не против резервов, хоть и надеюсь, что они не понадобятся.

Канцлер кивнул и пошел к переброшенным на пирс сходням, которые матросы убрали сразу же, как он покинул флагман. Весь столичный порт был заполнен кораблями, большинство которых сейчас один за другим выбирались из бухты и занимали свои места в походном ордере флота. Ветер был попутный, поэтому корабли одевались парусами и быстро набирали скорость, уступая место следующим за ними. Противодействия боевых кораблей Сатхема никто не ждал, поэтому более медленные десантные корабли никем не охранялись. Впереди флота шла ударная группа кораблей, задачей

которой было захватить порт и город Барин к подходу основной флотской группировки. В середине ударной группы плыл огромный флагманский корабль, на котором находились и командующий армией, и адмирал. Пленного моряка, который согласился показать безопасный проход к порту, поместили на головном судне. Два дня плавания прошли без происшествий. К ночи на кораблях приспускали часть парусов, сбавляя ход, и вахтенные время от времени жгли факелы, обозначая свое положение в ордере. Несчастье случилось к утру третьего дня пути. Шедший первым корабль налетел на подводные скалы, причем сила удара была такова, что обшивка была нарушена почти по всей длине корпуса. Через несколько минут о трагедии напоминал лишь мусор, плавающий в том месте, где затонул корабль. По флоту прошла команда немедленно спустить паруса и лечь в дрейф. Когда почти сотня кораблей идет на всех парусах, подгоняемая не слабым ветром, такую команду легко отдать, выполнить ее гораздо сложнее, тем более на большой глубине, где не бросишь якорь. Как оказалось позже, взятый лоцман вывел их в самое опасное место, где вершины многочисленных скал лишь за малым не выходили на поверхность. Пока гребцы на спешно спущенных лодках нашли проходы, еще пять кораблей получили повреждения, но остались на плаву. Потеряв несколько часов на провод кораблей через опасное место, были вынуждены, когда показался берег, и позволила глубина, стать на якорях на ночевку. Четыре поврежденных судна наспех отремонтировали, но пятое спасти не удалось, и оно затонуло. Его экипаж разместили по другим кораблям и, выставив охранение, остальным дали команду на отдых.

В каюту, где за столом сидели герцог и адмирал, срочно доставили карту, захваченную на купеческом корабле.

— Вот это обозначены подводные камни, на которые мы налетели, — говорил адмирал, водя пальцем по карте. — Значит, мы сейчас примерно здесь и нужно забирать восточнее.

— А нельзя было сразу посмотреть эту карту? — недовольно спросил герцог.

— Как бы я вам сделал привязку, когда у нас с ними на картах все обозначается иначе? — огрызнулся адмирал. Здесь даже стороны света не отмечены, да и береговая линия нанесена весьма условно! Это я вам сейчас что-то могу сказать после этих камней!

— Вы зря на меня повышаете голос, адмирал! — в свою очередь разозлился герцог. — Как можно было довериться человеку, который нас ненавидит, не проверив путь одним кораблем, прежде чем вести флот? И время у вас для этого было. Я — ладно, но этот же вопрос вам задаст и король, так что советую вам заранее подумать, что станете отвечать!

Утром от флота отделились корабли ударной группировки и пошли вдоль берега на восток к порту Барин. Шли, убрав часть парусов и пустив впереди себя небольшое парусное судно, с которого время от времени проводили промеры глубины. Долго плыть не пришлось: уже к обеду подошли к входу в бухту, откуда были видны крепостные сооружения порта и сам город. В порту одиноко стояла брошенная галера.

— Красавцы! — осмотрел Сергей стоявших перед них десятерых бойцов. — Учтите, все делали по описаниям, а не по образцу. Но единственный работник графа Лишнея, который вырос среди легионеров, сказал, что если не присматриваться, то сойдет.

Девять мужчин были одеты в форму легионеров, а десятая — крепкая симпатичная женщина лет двадцати пяти — в обычную мужскую одежду. Почти все они были из полка Пармана, лишь двоих взяли из службы безопасности за знание языка Империи.

— Поедете под охраной, чтобы ненароком свои же не прибили, — сказал Сергей. — Охрана же побудет с лошадьми, пока вы будете делать дело, чтобы вам не топать обратно пешком. Долго не возитесь, вам еще день добираться до побережья, и столько же до Дореи. И там нужно все подготовить. И поосторожней с грузом. Если не успеете, и флот уже займет порт, сразу же возвращайтесь. Лидия, платье взяла?

— Взяла, милорд, — улыбнулась женщина. — Как же без платья-то?

— Подол обкорнала?

— Это я уже на месте! — засмеялась она. — А то им будет невмочь терпеть. Вместо дела на уме будет совсем другое.

— Отправляйтесь, — вздохнул герцог. — И поберегите себя. Барон, задержитесь ненадолго. Слушайте, Сур, я вас, как старшего в группе, очень попрошу не лезть на рожон. Постарайтесь сберечь людей и вернуться сами. У меня не повернется язык говорить Гале о вашей смерти.

— Насколько легче идти в драку самому, чем посылать в нее других, — сказал он Севоржу, когда Сур покинул штабную палатку.