Альда 2
Шрифт:
— Эти? — спросил Граха вошедший Салан, кивнув на стоявших у стены убийц.
Увидев едва заметный кивок головы, он махнул рукой. Щелкнули иглометы, и на шесть убийц в этом мире стало меньше.
— Быстро убрать, — скомандовал Салан. — Сначала нашего, потом тела. Вот вам две с половиной тысячи к вашему авансу, как и обещали. Остальное получите, когда сдадите остальной товар.
Когда привезли пленника, он еще находился без сознания. Его быстро освободили от всей одежды, и надели другую. Это было нелишним, поскольку в одежде ранее захваченного шпиона нашли две отравленные иголки. Когда пленник начал приходить в себя, его отволокли в допросное помещение, куда
— Что, упустили? — спросил Салан, увидев визитера.
— Его пошли брать пять человек, — глухо сказал убийца. — Все пятеро мертвы, а клиент ушел.
— Вещи остались?
— Одна сумка. Мы ее потрясли и открывать не стали. Золота в ней нет.
— Где это?
— Они снимали дом, — ответил убийца. — Мне будет проще показать. Я там на всякий случай оставил своего человека.
До нужного дома добирались на двух каретах минут двадцать. Когда остановились у небольшого палисадника и распахнули калитку, увидели у крыльца одноэтажного дома лежащего мужчину.
— Альбер! — рванулся к нему их проводник.
— Стоять! — приказал Салан. — Ни до чего здесь голыми руками не дотрагиваться! Нам уже один из них рассказал кое-что о содержимом их пузырьков. Проверьте ручку!
Один из волчар обошел тело, поднялся по ступенькам и по-собачьи понюхал ручку двери.
— Пахнет! — крикнул он. — Тот же самый запах!
— Вы не брались рукой за дверную ручку? — спросил Салан убийцу.
— Нет, — ответил тот. — Открывал и закрывал дверь Альбер. Яд?
— Да, — ответил Салан. — И очень сильный. Примерно за одну свечу он проникает сквозь кожу и вызывает смерть. Вам повезло, что у вас такой услужливый друг.
— Наша гильдия за один день потеряла половину членов! — потерянно сказал убийца. — Я пойду.
— Идите, — разрешил Салан. О телах мы позаботимся. И я не виноват в ваших бедах. Вас честно предупреждали об опасности.
Один из волчар уже разжег привезенный факел и теперь обжигал им ручку двери. После этого ее помыли и открыли дверь рукой в перчатке. Волчара с факелом остался обрабатывать дверную ручке с внутренней стороны, а остальные прошли в одну из двух комнат, где на полу лежали пять тел.
— В двух трупах иголки, а у троих резаные раны, — после осмотра сделал вывод Салан. — Значит, они все-таки смазывают ядом и клинковое оружие. С сумкой осторожнее. Раз он ее оставил, а не забрал с собой, там наверняка какая-то каверза.
— Здесь две иголки, — сказал его человек, осматривавший сумке. — Воткнуты так, что найдет только тот, кто ищет, а при развязывании хоть об одну, но уколешься. Сама сумка почти пуста, так, набросали для вида всякую всячину.
— Все здесь нужно обыскать, — приказал Салан. — Только соблюдайте крайнюю осторожность. Не хватало еще кого-нибудь из вас потерять! И тела убирать осторожно, у этой сволочи могло быть много иголок, почему бы не воткнуть несколько в трупы? Плохо, что я не настоял, чтобы мы приняли участие в захвате. Хотя бы подстраховали их снаружи. А теперь уцелевший шпион заляжет в какой-нибудь норе и носа не высунет, пока все не успокоится. А потом попробует нанести удар. А никаких особых примет у него нет, поэтому по описанию можно хватать в городе каждого третьего мужика. Ладно, сначала допросим пойманного, может быть, скажет что-нибудь ценное. А потом есть у меня одна мысль…
Прежде чем идти к герцогу, Салан отправился в допросную, где их возвращения должен был дожидаться пленник.
— Уже давно оклемался, —
Салан подошел к стулу, к которому примотали пленного и заглянул в его спокойные серые глаза.
— Что, — спросил он допрашиваемого. — Научили отключать боль? Я могу вас уверить, что ваше спокойствие ненадолго. До вас тут, на этом самом стуле сидел Сорг Марис. Знаете такого? Его напарника, к сожалению, убили, а его разговорили очень быстро. Судя по описанию, вы Мард Реман? Поверьте, что ответив на все вопросы, вы только сэкономите нам время, не заставите заниматься грязной работой и оставите себе шанс на спасение.
— И что вы от меня хотели бы услышать, чего не слышали от разговорившегося Сорга? — спросил пленник. — Да, я Мард. И что дальше? Мое задание вы теперь и сами знаете, а где прячется мой напарник, я не знаю. Знаю только, что он постарается выполнить задание, потому что иначе нам обратно в союз ходу не будет.
— Не может быть, чтобы идя на риск обратиться в гильдию, вы не предусмотрели смены жилья и нового места встречи, — глядя ему в глаза, сказал Салан. — И вы нам все это скажете!
Через час с небольшим уставший Салан зашел в кабинет герцога.
— По вашему виду сразу можно сказать, что у вас неудача, — сказал ему Сергей. — Садитесь, в ногах правды нет. Рассказывайте.
— Одного мы взяли, — начал Салан. — На допросе не сказал ничего нового, а когда мы надавили, как-то остановил дыхание. Второй положил шесть убийц и ушел. Описание есть, но по нему искать… Да и затаится он на время. Единственное, что я могу придумать — это использовать для его поиска уцелевшего шпиона. Но в этом направлении я еще не работал, просто не успел.
— Неплохая мысль, — подумав, сказал герцог. — Если ему нужно будет что-то пообещать, обещайте все в разумных пределах. Свободу, деньги и положение в обществе. Понятно, что не за согласие, а за результат. И не нужно так расстраиваться. Враг остался один, а это уже хорошо. И гильдия убийц сократилась вдвое, что тоже неплохо. Скорее всего, сбежавший сейчас будет искать себе лежбище, если он только вообще не ушел из города. Стражников на воротах не опрашивали?
— Не помнят они такого. Но у них ведь в сумках и грим есть, и всякая хрень вроде накладных усов. Изменить внешность он смог бы.
— Придется соблюдать осторожность, — вздохнул герцог. — Жаль, что мы не можем в свою очередь послать им такой же гостинец. Хотя почему не можем? У Мехала же есть пленные. Нужно попросить парочку говорливых, уже знающих язык. Выучить язык союза мы можем и с помощью вашего Сорга, а при изучении страны нужна перекрестная проверка того, что говорят. У каждой палки два конца. Почему только они нам должны мотать нервы?
— Я здесь человек новый, ваша светлость! — испуганно покосившись на Аглаю, сказал Джоку дородный мужчина лет пятидесяти с окладистой купеческой бородой. — Поэтому могу многого не знать…
— Вот что, Димед, — насмешливо сказал ему Лишней. — На мою жену можешь не коситься, она не для таких, как ты. Я тебя по прошлой жизни знаю, как облупленного. И сейчас с тобой разговаривает не граф и первый советник герцога, которому фактически отдано в управление все побережье, а твой старый знакомец. Пока я еще только разговариваю, а не допрашиваю. Меня ты своим видом и купеческой бородой не проведешь. Можешь даже называть меня по-прежнему Джоком, только рассказывай то, что от тебя требуется. Угодишь, в накладе не останешься.