Альда 2
Шрифт:
«Еще не хватало закатить истерику, — подумал он, с трудом беря себя в руки. — Прав генерал, что-то я совсем распустился. Неужели я дома? О боги!»
Бросив ошарашенному возчику золотую монету королевств, Лаций пробежал мимо остолбеневшего привратника, промчался по дорожке парка и взбежал на веранду дома, рывком распахнув дверь. Когда он забежал в те комнаты, где они жили с женой, Юлия была в гостиной. Она с недоумением посмотрела на вбежавшего мужчину и без чувств осела на пол.
— Как ты мог оставить меня одну! — рыдала она на груди у мужа, когда ему удалось привести ее в чувство. — Никуда больше одного не отпущу, так и знай!
Вечером собралась вся семья. Приехала даже Лидия со своим Хорцогом. Пришлось долго и в подробностях рассказывать о своих похождениях.
— В результате вся слава досталась сыну Лорана, — вздохнул отец. — Но хоть сам живой вернулся, а то я уже не мог смотреть на Юлию, так она убивалась. Чем думаешь заняться?
— Сын не успел приехать, а ты ему задаешь такие вопросы! — рассердилась мать, заработав благодарный взгляд невестки. — Дай ему отдохнуть!
— А тебе не предлагали там остаться? — спросил Рабус.
— Предлагали и неоднократно, — ответил Лаций брату. — Но меня, кроме возвращения, ничего больше не интересовало.
— И правильно! — поддержала сестра. — Человек должен жить там, где живет его семья!
— Ты по-прежнему числишься в армии, — сказал отец сыну, когда все разошлись, и с ними осталась только Юлия, которая не хотела оставлять мужа даже ненадолго. — Поэтому нужно будет либо из нее уйти, либо явиться к префекту. У нас здесь многое изменилось. И поражение в войне только ускорило перемены, а началось все с тебя и твоей победы. Изменились судьбы очень влиятельных людей, и не всегда в лучшую сторону. Поэтому я бы советовал оставить службу. Явись завтра к префекту и послушай, что он тебе скажет, а потом решай. Только имей в виду, что он как раз из тех, кто много потерял, и вряд ли будет тебе за это благодарен.
— Зачем нам дали такую охрану? — спросила Лиара. — У нас своих десять бойцов, и еще генерал дал два десятка. Что, для нас есть какая-то опасность?
— Вряд ли, — ответил Север. — Если какая-нибудь опасность и будет, это случится еще не скоро. А генерал просто не хочет из-за нас неприятностей. Поэтому просто не обращай на эту охрану внимания.
Две декады назад Север начал заниматься с Лиарой изучением языка, и в дороге это занятие скрашивало им скуку. Жена быстро училась и уже могла объясниться с прислугой на постоялых дворах без участия мужа. Когда подъехали к Ордагу, Север не на шутку разволновался. Он любил жену, но и к герцогине не мог себя заставить относиться равнодушно.
— Она живет в этом городе? — спросила Лиара. — Что ты так трясешься? В тебе живет память прошлой любви. Не поддавайся волнению, и все пройдет. Мы же не станем здесь долго задерживаться?
— Нет, не станем, — благодарно ответил он жене. — Нанесем визит вежливости, переночуем и завтра утром уедем. Возможно, сюда иногда придется приезжать, но вряд ли часто.
Когда карета остановилась у одного из парадных подъездов дворца, встречать приехавшего посланника вышел сам герцог.
— Я вижу, вы не остались равнодушны к моим словам, — сказал он Северу. — Жена у вас просто замечательная. Она понимает язык?
— Только самую малость, — ответил Север. — Но быстро учится.
— Вы прекрасны, госпожа! — на имперском сказал Сергей. — У господина
— Да, — ответил Север. — Дортоний был в моей дружине и учил язык. Объясниться сможет.
— Тогда их всех сейчас отведут в казармы и накормят обедом. А мы с вами сядем за стол чуть позже, когда будет готова ваша жена. Прошу вас!
Герцогиню Лиара увидела уже в трапезной, где гостям представили всех присутствующих.
«Ну красивая женщина, — подумала девушка, глядя на жену герцога. — И умная — это сразу видно. Но я ничуть не хуже. И чего это муж так разволновался? Нужно его как можно быстрее отсюда увозить и постараться сюда больше не пускать, по крайней мере, одного».
— Как ты думаешь, чем все закончится у Аликсана? — спросил Джок жену.
Они были в холле своего большого дома в Гонжоне. После гибели большей части населения города не у всех его жителей нашлись наследники. У этого дома их тоже не было, поэтому генерал Строг отдал его Лишнею, и тратиться на строительство или покупку жилья не пришлось.
— Все закончится короной, — без тени сомнения ответила Аглая. — Это уже давно поняли все, кроме самого герцога. Да и он понял, просто не хочет самому себе в этом признаваться. Когда заработают все его проекты, Лазони сам откажется от короны. Так будет намного безопасней и для него, и для всего его рода. Сейчас это можно сделать без крови, а если вопрос главенства начнут решать их дети, род Лазони просто исчезнет.
— Я тоже так думаю, — кивнул Джок. — И еще думаю над словами Серга об огромности нашего мира. Кто еще может жить на его просторах? Что, если в один не самый прекрасный день к нам заявятся пришельцы, которые окажутся не по зубам живущим по обе стороны пролива?
— Придется объединяться, — сказала Аглая. — Как мы объединились в королевствах. Но это вряд ли. Мы с тобой были в замке Буше, и все видели. Именно там растет сила Аликсана. Кого из герцогов интересует наука или грамотность населения? Кто отправляет по пять экспедиций на поиски металлов? Все они, включая короля, который такой же герцог, как и сын Лантара, только слепо копируют кое-что из того, что он делает. Ту малую часть, которую могут понять. Пройдет лет двадцать или тридцать, и он очень сильно изменит жизнь, причем не только правителей, а всех. Что-то мы с тобой увидим, но большинство его свершений увидеть не успеем. Может быть, это и к лучшему.
— Почему ты так думаешь? — спросил удивленный Джок.
— Люди всегда в своей массе цепляются за старое и привычное, — пояснила Аглая. — А новое, даже если оно улучшает им жизнь, часто приходится вводить силой, проливая кровь. Придется запачкать руки и Сергу, никуда он от этого не денется. Но он найдет в себе силы для всего, лишь бы ничего не случилось с его женой. Это может его сломать или озлобить. Нам всем нужны якоря в жизни. В них источник нашей силы, и в возможности их лишиться кроется наша слабость. И иначе жить просто нельзя. Ты для меня это все. Ты даешь мне силы и наполняешь смыслом жизнь. Но стоит тебе умереть, и у меня уже не будет сил жить дальше. Привязка не обязательно будет к людям, она может быть, например, к богатству. Но она всегда есть у всех без исключения.