Алчность
Шрифт:
— Как прошел психиатра? — поинтересовалась Махони.
— Доктор Фокс дала полный допуск.
— Так я и думала.
— А как дела в Лонг-Бэй?
— Нормально. Мы опросили весь персонал, работавший с Эдом. Те железно настаивают на том, что Эд не общался с другими заключенными. Этого типа с самого начала изолировали ради его же пользы. Как мы считали.
— Да. — Полиция возлагала большие надежды на одного заключенного, который недавно был освобожден, но уже сейчас было ясно, что они не оправдались. — А посетители?
— Согласно записям, мать
— Вместе с носатым мужчиной, как его… Джорджем Фаулером, управдомом?
С первой встречи с Джорджем Фаулером Энди почувствовал, что этот человек не просто управляет кварталом домов, где жили Брауны. Он имел близкие отношения с матерью Эда и очень оберегал ее. Язык жестов свидетельствовал о том, что между ними существует интимная связь, хотя Фаулер женат. Поэтому он автоматически попадал в список людей, подозреваемых в организации побега Эда. На что способен Фаулер ради миссис Браун и ее сына? Громадный нос Фаулера покраснел и опух от пьянства, да и лет этому типу было изрядно. По правде сказать, этот выдающийся орган смахивал на гнилой помидор. Поэтому группа расследования прозвала его Носачом.
— Обычно он сопровождал мать Эда. Кроме них приходили только юристы и психиатры.
— Популярный парень.
— Расскажи мне поподробнее. Мы проверили всех охранников в тюрьме, записи дежурных, визиты, время, даты… Его мать по-прежнему остается главной подозреваемой. И Фаулер вместе с ней. — Махони уперлась руками в бока и склонила голову набок, чтобы откинуть волосы с глаз. — Нашел что-нибудь любопытное в расшифровках?
— Пока ничего такого, за что можно было бы зацепиться, — разочарованно вздохнул Энди.
— А сейчас что ты ищешь?
— Анализ показаний довольно прост. Махони, ты ведь уже знаешь о языке жестов и технике допросов. Анализ расшифровок стенограмм позволяет изучать каждое слово вне зависимости от каких бы то ни было воздействий, оказываемых на допрашиваемого. Поэтому видишь то, что незаметно самому следователю. В данном случае мы уже знаем по предыдущим поступкам миссис Браун, что она настроена враждебно и не сотрудничает со следствием.
— Верно, дамочка себе на уме, — кивнула Махони.
Энди рассмеялся:
— Изучив ее показания, я уверен, что она не побоится взять грех на душу, чтобы помочь Эду сбежать, и запросто солжет, если нужно. Вот я и хочу выяснить, есть ли состав преступления. Или хотя бы знала ли она о его побеге больше, чем нам рассказывает.
Махони подтащила стул поближе:
— Я помню, ты мне уже рассказывал об этом раньше, но не мог бы ты объяснить на примере? Опять что-то с местоимениями?
Энди полистал бумаги на столе:
— Пока я накопал меньше, чем хотелось бы. Но есть один интересный ответ. — Он ткнул пальцем в один из листков с расшифровкой. — Здесь ее спрашивают, позвонит ли она в полицию, если ее сын свяжется с ней, и она отвечает: «Мы поступим правильно».
Махони с сомнением мотнула головой, не зная точно, как истолковать эту фразу. Тогда Энди пояснил:
— Из этого следуют два основных вывода:
На Махони этот пример произвел сильное впечатление.
— В нашем случае, — Энди ткнул пальцем в бумагу, — это говорит о том, что миссис Браун, возможно, считает Джорджа Фаулера в каком-то смысле партнером и переадресует вопрос ему, даже несмотря на то, что его рядом нет. Другая важная вещь: она, фактически, не ответила на вопрос. Она сказала: «Мы поступим правильно», — но что будет правильным, по ее понятиям? Мы могли бы поверить, что она позвонит в полицию, когда сын свяжется с ней, если бы женщина ответила «да» или сказала нечто вроде «Я позвоню вам, как только что-нибудь о нем узнаю».
Карен рискнула высказать свое мнение:
— То, что она сказала «мы», может означать, что они с Носачом уже замешаны в деле о побеге. И в любом случае станут действовать заодно.
— Ты на верном пути, Махони. Я могу привести тебе другой классический пример. О котором ты, возможно, уже слышала. Когда на допросе человек говорит: «Я стараюсь быть откровенным, насколько это возможно». Означает ли это, что он помогает следствию? — Энди замолчал, потому что Карен подпрыгнула, чтобы выдать свои доказательства того, что это не так. — Как ты считаешь?
— Что я думаю об этом заявлении? Ну…
— Начнем с того, что человек, сказавший это, не утверждает, что он честен. Он говорит, что «старается» быть честным. «Старается» нужно понимать так, что у него это не выходит. Слова «насколько возможно» означают, что он установил для себя некие пределы откровенности.
Карен согласно кивнула.
— На этом, Махони, сегодняшний урок окончен. Теперь скажи мне вот что. Пока меня терзали психиатры, вы в Лонг-Бэй могли обнаружить новые ниточки, ведущие к Эду. Давай выкладывай, какое у тебя сложилось впечатление.
Она прикусила губу и подняла глаза к потолку, стараясь припомнить все подробности.
— Никто не может похвастать тем, что откопал много нового. Похоже, в тюрьме все вздохнули с облегчением, узнав, что ответственность за побег не легла на их плечи. И я не могу их за это осуждать.
— А что скажешь про тех, кто больше других общался с Эдом? У них должны быть какие-то предположения. Не замечали ли они перемен в его поведении? А может, подозревали, что мать что-то затевает? Или сам Эд не спал в положенное время, что-то обдумывая?