Альбом
Шрифт:
— Что ж, приятно было познакомиться. Пойду, навещу Крампов.
Возле предполагаемого жилища тихого мальчика Билли женщина лет пятидесяти старательно мыла машину. Впрочем, видавшему виды автомобилю требовалась скорее покраска, чем мойка, так что одного старания было мало. Из динамика довольно громко звучал какой-то вальс, поэтому появление Ника оставалось незамеченным, пока он не подошёл вплотную и не спросил:
— Добрый день, не подскажете, где можно видеть Билли Крампа?
От неожиданности она резко обернулась, не удержалась на ногах, наступила
— Ох! — она ухватилась за капот, освобождаясь из неожиданных объятий. — Разве можно так подкрадываться! Вот, вытрите лицо, — женщина достала платок из кармана халата.
— Простите, мисс. Я детектив, расследую кражу на Прогресс-лайн. Мне нужно поговорить с Билли…
— Кражу?! У них же брать нечего, их квартал даже бедней нашего. Если воры ушли с пустыми руками, они теперь на наши дома позарятся.
— Не беспокойтесь, это была специфическая кража, вам вряд ли что угрожает.
— Но Билли мой сын! Что вам от него нужно?
— Миссис Крамп, он интересует меня просто как возможный свидетель. Вчера утром Билли и его подруга были недалеко от места происшествия и могли что-то видеть. Не волнуйтесь, мне всего лишь нужна его помощь.
— А-а. Ну, тогда ладно. Билли и Дэлла пошли в сквер возле детской площадки. Это рядом, за перекрестком, откуда вы пришли.
— Благодарю. Кстати, может, вы знаете, что за человек вчера здесь полдня тарахтел своим мотоциклом?
— Да этого, по-моему, никто не знает. Он же всем страшно надоел. Мы после обеда с соседями только его и обсуждали. Но никто этого господина не узнал.
— Вы уж постарайтесь моё сообщение о краже сегодня не обсуждать. Не потому, что оно может напугать ваших соседей, а потому, что может спугнуть вора.
Билли оказался довольно крупным парнем, ростом со Слотера. И отнюдь не тщедушный. Стройный, широкоплечий юноша. Но выражение лица ещё совсем детское. Понятно, почему обыватели считали его «Большим, но без гармошки». Ник не любил таких суждений… Дэлла тоже выглядела девочкой. Они сидели на скамейке за качелями, держась за руки. Два юных, невинных создания. Ник знал, насколько обманчивыми могут быть внешность и первое впечатление. Возможно, стоило сменить тактику. Ему и самому уже надоели презумпция невиновности и собственная доброжелательность. Он сел рядом с Билли, решительно положил ему руку на плечо и тоном, не терпящим возражений, заявил:
— Ну, все, ребятки, я вас нашёл, так что не будем особенно рассусоливать. Вчера утром в семнадцатом доме на Прогресс-лайн совершена кража. Я детектив, и у меня есть предположение, что вы в этом замешены. Кто-то из вас проник в дом, пока не было хозяина, и стащил альбом. А потом быстро и незаметно передал его проезжавшему мимо мотоциклисту. У меня нет задачи поймать преступника, но вот альбомчик придётся вернуть. Иначе делом займётся полиция. А им, для отчётности, как раз нужен козел отпущения. Всё понятно?
Выражения лица юноши медленно менялось с полного непонимания на подозрение, что его глупо разыгрывают
— Туфта, в натуре.
— Гнилая наколка, мужик, — поддержал подружку Билли.
— Фуфло, — безапелляционно вынесла окончательный приговор Никовым суждениям Дэлла после небольшой паузы. Они не подумали бежать, оправдываться или возмущаться. Просто дали понять незнакомому мужику, что он говорит глупости. Правда, с помощью довольно специфических терминов, которые не должны быть присущи тихим домашним мальчикам и их первым подружкам. Это смущало, но вот так просто он не собирался отказываться от выбранной тактики. Почему бы не поиграть по их правилам.
— А если я предъяву кину, со свидаками?
Молодёжь некоторое время молча переваривала эту фразу. Возможно, просто пытаясь понять её смысл.
— Тогда, кто-то — шиз, — изрёк, наконец, Билли — Или мы, или ты, или свидетели твои.
Убедительно. Тем более, что никаких свидетелей у него не было.
— Я не просёк, чё за альбом? — спросил Билли, не дождавшись ответной реплики Ника. — Музон? Или большая тетрадка с картинками?
— Большая книжка с фотографиями. Очень большая, — Ник показал руками приблизительный размер.
— Не, такую ему негде было бы положить?
— Кому?
— Байкеру этому. Она бы и за пазухой была видна.
— Ага! Значит, с мотоциклистом вы всё-таки общались?
— Слушай, мужик, иди ежей паси! Он мимо пропилил два раза и всё.
— И потом ещё круг сделал, когда мы сюда пошли.
— И с вами не говорил?
— Не было базара.
— А почему у вас свидания по утрам?
— У Дэллы дрессировки вечером.
— Что?
— Уроки танцев в Майями, — наконец-то начала переводить их речь на английский девушка.
— А ты, Билли, что же — не танцуешь?
— Не, он даже на топтухи не ходит.
— Куда?
— На дискотеки. И правильно — ещё задавит кого-нибудь, — парень неожиданно покраснел. Ну что теперь подумать? Ещё одна парочка умелых притворщиков? Или детектив Слотер ещё раз прокололся?
— Ладно, ребята, сдаюсь. Наезд был плохой идеей. Вижу, что вы не причём. Но не понимаю, почему вы так говорите?
— Как?
— Туфта, наколка, фуфло, ежей паси — вы что, и с родителями так разговариваете?
— Нет,… мы это от… растерянности. Испугались и заговорили как обычно друг с другом.
— А друг с другом-то, почему так говорите?!
— По привычке. Все ребята так говорят. И в школе, и на улице.
— Ясно… Так что, мотоциклист ни разу не останавливался?
— На Прогрессе, точно — нет. Но он кругами ездил, по кварталам, может, на той стороне?
— И вы, конечно, тоже его не узнали?
— Нет. А должны?
— Вряд ли. Его никто не знает. Ну, ладно, ещё раз — извините. Спасибо за сведения, я пройду.