Альбион
Шрифт:
Гарайн развернул коня и принялся выкрикивать приказы.
Надар снял свой шлем, бросил его на землю, а затем устало слез с коня, сказав ему несколько успокаивающих слов и похлопав по мускулистой шее. Ему в голову пришла мысль, что разведчики могут быть пойманы, но он тут же о отбросил её: крестьяне были слишком глупы, чтобы обнаружить шпионов в своих рядах.
Он устал, как собака, — он не чувствовал себя таким усталым никогда прежде, ему страшно хотелось спать. Пройдёт некоторое время, возможно, период бодрствования, пока разведчики пересекут равнину, соберут информацию и придут обратно. У Надара будет
Если оно вообще состоится. Когда он говорил Гарайну о том, что крестьяне, возможно, жгут деревни, он не считал это серьёзным предположением, но чем больше думал, тем вероятнее оно казалось. Он ощутил, что устал даже больше, чем думал раньше, и его разум невротично цеплялся за менее вероятное, отбрасывая очевидное. Он часто видел огни костров в лагерях эллонских войск и легко мог отличить их от горящей деревни. За теми холмами стояла армия. Скоро он поведёт своих солдат, чтобы уничтожить её…
Скоро…
Скоро…
Даже Ветер говорил… Пожалуй, момент триумфа можно отложить…
Скоро…
Глаза закрылись, и открыть их было уже невозможно.
* * *
Они ползли на четвереньках в высокой траве, почти не слыша друг друга из-за собственного дыхания, глядели на почву под своими руками и надеялись, что неожиданный дождь стрел не упадёт на их спины. Они не слишком любили своего лидера, который казался им слишком далёким, чтобы вообще считать его за человека — просто некая далёкая фигура, отдающая приказы, которых они чаще всего не слышали из-за воя ветра. Они проползли ещё несколько метров, аккуратно раздвигая высокие стебли. От сырой земли под их руками так же, как и от травы, исходил необыкновенный запах свежести, какие-то мелкие зверьки разбегались в разные стороны, прячась в своих таинственных убежищах. Солнце беспощадно жгло им спины. Их пока, безусловно, видно, к тому же ни один из крестьян не заходит так далеко от лагеря, и всё же стоило принять все предосторожности.
Двигаясь вперёд, они смотрели на загар на тыльных сторонах своих ладоней. Они качались из стороны в сторону, ныряя между высоких стеблей травы, надеясь, что их никто не увидит. Один раз их пальцы соприкоснулись так, что в испуге отпрыгнули друг от друга.
Один из них был молодым солдатом, который ещё разу не участвовал в сражениях, второй — старше, и его лицо было покрыто шрамами, потому что он несколько принимал участие в состязаниях за повышение по службе, проводимых в Гиорране. Но ни один из них не хотел признаться, что хочет избежать грядущей битвы; в то же время ни один из них не хотел быть убитым.
Запах сырой земли бил по ноздрям.
Молодому упали на голову сухие семена. Маленькая неприятность, ничего более. А может, нет? Может, кто-то из крестьян посмотрел на поросшую травой равнину и заметил движение? Трудно сказать. Они только переглянулись, так как невозможно было застраховаться от подобных случайностей. Они продолжали ползти вперёд, стараясь не задевать основания высоких стеблей.
Одного из солдат звали Онир. Он был очень непопулярен среди солдат своего патруля, так как больше предпочитал игры, нежели солдатскую службу. Другого звали Ремен. Им страшно хотелось поскорее выбраться из этого места. В этом они не отличались от большинства солдат
Но вернись они обратно сейчас, их ждала бы смерть, поэтому они продолжали двигаться вперёд, вдыхая запахи сырой земли и травы.
Неожиданно Ремен задел один из стеблей, и трава неестественно зашумела. Они оба прильнули к земле. Слышно было только их собственное неровное дыхание, крик далёкой птицы да шуршание травы над головами.
Они отчаянно надеялись, что их никто не слышал.
Прошло достаточно много времени, пока их волнение улеглось.
— Пошли, — прошипел Онир. — Только на этот раз будь осторожней, придурок. Хорошо?
Он увидел, как Ремен кивнул из-за стеблей.
— Я пойду впереди, — сказал Онир.
Он пополз вперёд осторожно, пытаясь представить себе, что его просто нет в этом месте, и надеясь, что от этого трава перестанет шуршать.
* * *
Только уже гораздо позже, когда Сайор убирала свои письменные принадлежности в фетровую коробку, она задумалась о странном движении, замеченном в траве.
Она закусила губу и попыталась сосредоточиться, так оставшись в полусогнутом положении, одной рукой продолжая держать открытую коробку, а другой бессознательно убирая волосы со лба. Она была в палатке, которую о делили с Тем Кто Ведёт, но его не было поблизости. «Ветер может вытворять всякие фокусы, — думала она. — Может, только в этом всё дело». Она попыталась забыть об этом и снова заняться письменными принадлежностями.
Но чем сильнее она изгоняла этот эпизод из своей памяти, тем упорнее он возвращался, и вскоре она уже не могла думать ни о чём другом.
Она аккуратно перевязала коробку и направилась на поиски Лайана. Она нашла его сидящим возле одного из костров и обсасывающим жир со своих пальцев. Он с улыбкой взглянул на неё. «Он похож на мальчишку, который таскал из кладовки варенье», — с нежностью подумала она, глядя на его небритое лицо в обрамлении золотых волос. Он похлопал по земле возле себя.
— Послушай, — сказала Сайор. — Может, я ошибаюсь, но мне показалось…
И она рассказала о шуме в траве, о том, как она вначале не обратила на него внимания, а затем не смогла о нём забыть.
Он тут же насторожился. Конечно, как она говорила, это мог быть всего лишь ветер. Но существовали и другие возможности. Дикие звери, например. Однако в Альбионе их было очень мало. Это могла быть магия, которая изменяла поверхность земли по случайному принципу. Но это могли быть и эллонские разведчики. Все три возможности требовалось проверить, так как они таили в себе опасность для его людей.
— Хорошо, что ты рассказала мне об этом, — сказал он, выслушав её до конца, и крикнул крестьянам, сидящим возле костра. — Ты, ты, ты и ты тоже! Пойдёте со мной.
— С нами, — сухо добавила Сайор.
Крестьяне, которых подозвал Тот Кто Ведёт, собрались вокруг него. Женщина держала трофейный эллонский меч, а трое мужчин были вооружены топорами и грубо выкованными кинжалами. Все четверо выглядели достаточно сильными. Несмотря на меч и лук, которыми Сайор научилась неплохо пользоваться, она чувствовала себя неудобно в их компании.