Альбинос (сборник)
Шрифт:
– Куда они делись? – Мира остановилась рядом. Влас, смерив меня взглядом, быстро прошел мимо.
– Кто? – спросил я.
Помощник сестры остановился неподалеку, повернув ствол карабина в мою сторону, стал искоса наблюдать за нами, прислушиваясь к разговору.
– Проверь здесь все, – бросила ему Мира.
Кивнув, он поспешил к убежавшим за стойку солдатам.
– Ты пришел сюда с карликом, – сказала Мира. – А здесь разговаривал со старым киборгом. Куда они делись?
Я пожал плечами.
– Разносчица
– Разносчица? Это внучка Ореста!
– Кто такой Орест?
– Предатель. – Она отвернулась, разглядывая помещение. – Пойдем, Альб, мы отвезем тебя в Большой дом.
Покрытый листами железа грузовик Мира назвала бронеходом. В кузове стояли два ряда сидений, в низких бортах были прорезаны щели для стрельбы. На крыше пулеметная турель. Пулеметчик, высунувшись по пояс из люка, мог вести огонь, поворачивая оружие в разные стороны.
Внутри поместились пятеро омеговцев, Мира, Влас и я. Водитель врубил фару, и бронеход, рокоча двигателем, покатил по ночному городу.
Я холодно спросил у нее:
– Что все это значит?
Меня усадили в железное кресло, прикрученное к полу в конце прохода между сиденьями. Мира сидела рядом; возле раздвижных дверей, подпирая макушкой потолок, устроился Влас. Отсюда я видел весь кузов, обтянутые черной кожей спины омеговцев и кабину с водителем.
– Что именно, Альб? – спросила сестра.
– В термоплане ты произнесла два слова: «Крылатая могила». Почему?
Она пожала плечами.
– Ты несколько раз повторял их, когда вырубился. Бормотал в бреду, пока лежал там на койке. Ты ничего не помнил, когда очнулся, поэтому я повторила их тогда неожиданно, надеялась, у тебя всплывет что-то в голове. Но потом подоспели кочевые, и всё завертелось.
Город не спал, по улицам сновали люди, часто проезжали машины и повозки. Бронеход качнулся на повороте, и за бойницами поплыла площадка, окруженная приземистой оградой из ящиков. Там горели костры, между ними стояли палатки и ходили черные фигуры.
– Омеговский лагерь, – проворчал Влас, заметив мой взгляд.
– Вы наняли их защищать город?
Он зажал ноздрю пальцем, сморкнулся на борт, почесал продавленную переносицу.
– А что ж делать, если сами не сдюжим.
В голосе его мне почудились насмешка и легкое пренебрежение, будто этот парень с разбойной рожей не очень-то уважал хозяина города. Я снова обратился к Мире:
– Почему вы устроили засаду возле «Крылатой могилы»?
Она повернулась на сиденье и ответила, глядя мне в глаза:
– А что еще было делать, Альб? Когда ты вывалился из дирижабля, я могла только надеяться, что ты доберешься до Херсон-Града. Искать тебя у Редута? Нет, в одиночку или с Авдеем ты мог проскользнуть там незамеченным,
– А раньше я доверял тебе, Мира?
Помедлив, она кивнула с решительным видом.
– Да. Во всем. Я была… то есть я надеюсь, что остаюсь самыми близким человеком тебе. И ты нужен всем нам! Нужен городу.
Она врала. Это было очевидно – почему же я не заметил раньше, в термоплане? Мира оказалась плохой актрисой. Хотя тогда я толком не пришел в себя, только поэтому сестре удалось обвести меня вокруг пальца. Но теперь, пусть пока не разобравшись в деталях, я понимал: все это обман. Но пока вокруг полно вооруженных людей Миры, пока я в ее руках, мне остается лишь поддерживать игру.
– Вы схватили тех, кто был со мной в самолете?
Опустив глаза, она недовольно мотнула головой.
– Не знаем, куда они подевались. Нас было не так много, чтобы поставить нормальное оцепление, а «Могила» большая.
– Да не могли они поверху, – проворчал Влас и ткнул пальцем в пол. – Там дыра, значит, есть, под той «Могилой». Лаз. Внизу ж труб всяких полно, туда и ушли. Не, я вам точно говорю…
– Заткнись, – бросил я, и он замолчал, от неожиданности приоткрыв рот. – Я говорю не с тобой, а с сестрой. Как вы расстались с Чаком после погони кочевых?
Она покосилась на Власа, который сидел, сжимая и разжимая большие кулаки, и сказала:
– Он бросил нас, после того как ты свалился в расселину вместе с Авдеем.
– Чак сказал, что ты отказалась платить ему. Угрожала, поэтому он уехал в Инкерман заправлять емкость.
– Брехня, – возразил Влас.
Я перевел на помощника сестры холодный взгляд, и он отвернулся.
– Ты ему поверил? – Мира кисло улыбнулась. – Альб, раньше ты не был таким доверчивым. Он просто бросил нас, понимаешь? Уйдя от погони кочевых, мы остановились. Карлик сказал, что надо починить что-то в его машине. Мы все вышли размять ноги, а он завел мотор и уехал.
– Не получив денег? Это не в его духе.
Она пожала плечами.
– Наверное решил, что жизнь и термоплан ему дороже монет. Ведь кочевые опять могли появиться, да и гетманы… Он-то с ними дружен, а вот мы гетманам враги. Мы все равно поймаем карлика и тех, кто был в «Крылатой могиле», никуда не денутся.
Броневик встал, и она приказала:
– Влас, ворота.
Дернув рычаг, он раскрыл дверцу между бойницами, спустил вниз лесенку и выпрыгнул наружу. Зашевелились омеговцы на сиденьях, из кабины высунулся водитель.