Альбинос (сборник)
Шрифт:
Переодевшись, начал связывать их. Из пещеры донеслось взрыкивание мотора, и я поднял голову.
– Сюда едет грузовик, – сказала Лада.
Она поправила тюрбан, спрятала под него волосы. В синем чекмене с чужого плеча, мешковатых шароварах и больших сапогах девушка снова стала похожа на мальчишку, нацепившего одежду своего отца, чтобы казаться взрослее.
– Отдай ружье, – хмуро потребовала она.
Я глянул в пещеру, на склон и кинул ей берданку. Плохо дело: гетманов перетаскивать за выступ уже поздно, а обыскать их я не успел.
Звук
Высокие своды пещеры озарились светом, и показался грузовик. Фары ослепили – он ехал прямо на меня. Я поднял руку, удерживая ружье на локтевом сгибе, зажимая приклад под мышкой. Фары надвинулись, заскрежетали тормоза, рыкнул мотор, и машина выкатилась из пещеры. Качнувшись, остановилась в шаге от меня. Я обошел кабину, перехватив берданку за цевье, запрыгнул на подножку и распахнул дверцу.
Щуплый черноусый водитель уставился на меня.
– Ты кто?
Удар прикладом опрокинулся его на соседнее сиденье, но водитель успел надавить педаль газа.
Грузовик дернулся, я схватился за скобу на стенке кабины. Дверца больно стукнула по плечу, и ружье вылетело из рук.
Машина, въехав передними колесами в заводь, остановилась, дверца распахнулась сама собой. Повернувшись на сиденье, водитель взмахнул монтировкой.
Я перехватил его руку, дернул на себя и врезал лбом по носу. Вырвав монтировку, залепил ему железкой в острый подбородок. Водитель снова упал на соседнее сиденье. Дверца с той стороны раскрылась, и в кабину сунулась Лада. Я скинул гетмана на пол кабины, крикнув:
– Ноги убери с педалей!
Лада уселась, ткнув стволом ему в щеку, захлопнула дверцу.
– Держи его на мушке, – велел я, сунув монтировку между сиденьями.
– Ты сможешь управлять этой машиной? – спросила девушка, тяжело дыша.
Я окинул взглядом приборную панель. Под рулем три круглых углубления, затянутые пленкой, в них подрагивают стрелки, рядом горят красные лампочки. Справа от сиденья пара рычагов. Должно быть, длинный передачи включает, а короткий, с двумя пластинами на конце и пружинкой между ними, – стояночный тормоз. Педалей под ногами три, только левая какая-то маленькая и торчит почти на высоте колена, будто для Чака сделана.
Высунувшись из машины, я посмотрел назад, снова сел и захлопнул дверцу. Сдвинул пластины на коротком рычаге, толкнул его вперед. И вздрогнул от пронзительного свиста, ударившего по ушам. Гетман под ногами дернулся. Я отпустил рычаг.
Лада, тряхнув головой, покосилась на меня.
– Что это было? Я чуть не выстрелила!
Ствол берданки по-прежнему упирался в щеку водителя. Я легко пнул его.
– Что за рычаг?
– Так… – он захлопал глазами, – это ж сигналить.
– А с тормоза как снять? И чем скорость включать?
– Длинный – тормоз, – водитель глядел на Ладу, которая держала палец на курке. – Вперед толкнуть, потом скорость… под
Наклонившись к рулевому колесу, я нащупал короткий штырек под ним.
– Вниз дави и трогайся, автомат сам все сделает, – продолжал гетман.
– Автомат? А третья педаль зачем? Как на нейтрал перейти?
– Третья – чтобы груз ссыпать. А в нейтрале мотор сейчас стоит, если…
– Все, понял, – перебил я, толкнул длинный рычаг локтем и щелкнул переключателем под рулем.
Обе красные лампочки на приборной панели погасли.
– Поехали! – Я утопил газ в пол, выкручивая руль.
Вырулив на колею, убрал ногу с педали, заставив грузовик катиться по инерции какое-то время, потом слегка притопил – двигатель загудел, и машина набрала ход.
– Куда щебенку возите? Эй, тебя спрашиваю!
Глазки гетмана забегали.
– Тут недалече… Туман развеется, и гору станет видно. На ней экскаватор.
– Что ты задумал? – спросила Лада.
Не отпуская руль, я наклонился к ней и тихо сказал:
– Залезем на эстакаду, заберемся в вагонетку и наверх поедем.
– Ты ненормальный! – воскликнула она.
Я не ответил, притормозив, ударил по левой педали. Сзади завыли приводы, кабина приподнялась, потом раздался громкий шорох гравия, и грузовик опустился на передние колеса, продолжая катиться вперед. Я снова надавил левую педаль – он качнулся, вздрогнул, когда захлопнулась задняя стенка, – и мы поехали быстрей.
– Зачем ты высыпал груз?
– А как думаешь? На гору будет легче въехать. Держись крепче, и когда скажу, прыгай.
Грузовик набрал скорость. В ногах у Лады испуганно заворочался водитель, девушка стукнула его стволом по скуле.
Туман, окутывающий дно ущелья, стал реже. Мы разминулись с грузовиком, возвращавшимся к пещере. Я махнул водителю рукой, он высунулся из кабины, провожая нас удивленным взглядом. Впереди выросла гора щебня с экскаватором на склоне. Шестерня на конце круто задранной стрелы вращалась, зачерпывая ковшами породу и ссыпая ее в бункер на сваях, к которому сбоку была приварена площадка, где стояли полуголые люди в ошейниках. По эстакаде под бункером проезжали вагонетки, порода валилась в них через горловину.
В паровом тракторе с открытой кабиной, разгребавшем свежую кучу щебня под склоном, сидел гетман в шлеме и черных очках с выпуклыми стеклами. Рядом разворачивался грузовик. Второго трактора не было видно, наверное, ползал где-то за горой.
Я приоткрыл дверцу. Крикнул Ладе, чтобы приготовилась, и монтировкой заклинил педаль газа. Наш водитель что-то завопил, но рев двигателя заглушил крик.
Склон надвинулся. Тракторист, бросив рычаги, вскочил, замахал нам руками.
По днищу замолотили камни. Мы проехали мимо экскаватора, выкатились на вершину. Я едва успел крутануть руль, чтобы не столкнуться со вторым трактором, сгребавшим щебенку к гигантской шестерне. Кабина накренилась, грузовик заскользил влево.