Алатырь
Шрифт:
— Ах, ну да, прошёл уже год, можно и позвонить, — ответил Саныч.
— Саныч, хорош дуться.
— Ладно, Степаныч, это всё шуточки, но я тебя знаю, ты просто так звонить не будешь. Не ходи вокруг, говори, что случилось, — окончательно проснувшись, сказал он.
— Саныч, дело есть, нужно поговорить.
— Утром и поговорим.
— Дело серьёзное и неотложное, нужно сегодня переговорить.
— Сейчас? Время-то уже… Ах да, детское. Давай на завтра перенесём, на взрослое время, твоё дело.
—
Он выделил последнее слово.
— Степаныч, если ты так настаиваешь, что дело серьёзное, значит, действительно что-то случилось.
— Пока ещё нет, но может. Подъезжай и поговорим.
— Как я понял, отложить на завтра нельзя? — попытался ещё раз спросить Саныч.
— Нет.
— А ты где есть-то?
— Я до сих пор в офисе, представляешь? Работы много, и когда дома буду, не знаю.
— Понял. Ты всё там же?
— Да, где ты был последний раз, — сказал Степанович и добавил, — внизу скажешь, что ко мне, я предупрежу охрану.
— А я думал, будет оркестр, цветы… Шучу. Скоро буду.
— Подъезжай, жду тебя.
Саныч положил телефон на тумбочку.
— Снова загадки, — произнёс он вслух, — не люблю я их.
Перед глазами всё ещё было лицо приснившегося существа. «Странный сон»… Во сне он был Ириславом и всё происходящее видел своими глазами. Раздумывая над увиденным, Саныч встал, прошёл в ванную, привёл себя в порядок. Быстренько перекусил и вышел на улицу. Это лето в Москве выдалось очень жарким, вот и сейчас несмотря на поздний вечер на улице было душно. Саныч сел в свой автомобиль, сон до сих пор не выходил из головы, да и разговор со Степановичем тоже. «Ладно, разберёмся», — подумал Саныч, завёл машину, выехал на Новослободскую улицу и направился в центр Москвы.
До Никольской он добрался минут за тридцать. На проходной его пропустили, проводив пристальным взглядом. Саныч поднялся на третий этаж, в приёмной никого не было. Он зашёл в кабинет.
Кабинет был обставлен скромно, пол был покрыт ковролином, несколько столов стояли буквой «Т», три шкафа с бумагами, на стене висела большая карта Москвы и области с пометками на ней. Петрович прохаживался по кабинету с заложенными за спину руками.
Обернувшись, он пошёл навстречу Санычу, они крепко пожали друг другу руки, обнялись.
— Здорово, дружище! — сказал Пётр.
— Привет, привет, — произнёс Саныч.
— Ну, присаживайся, Саня. Может, коньячку выпьем за встречу?
— Нет, благодарю.
— А я, пожалуй, выпью, — Пётр Степанович подошёл к шкафу, открыл бар, достал бутылку коньяка, две рюмки, поставил на стол, налил одну и выпил.
Минут тридцать разговаривали, вспоминая былое, о сегодняшнем беспределе,
Прервал разговор Саныч.
— Степаныч, ты меня поднял среди ночи, чтобы просто поболтать? Я так не думаю. Давай выкладывай, что задумал?
— Я даже не знаю, с чего и начать.
— Ты, главное, начни, а дальше само пойдёт, — сказал Саныч и вопросительно посмотрел на Петра Степановича.
— Да я вот думаю, как бы поделикатнее тебе объяснить всё.
— Степаныч, поделикатнее будешь с барышнями разговаривать, — ответил ему Саныч.
Пётр Степанович встал, прошёлся по кабинету, присел напротив Саныча.
— Саныч, а ты что злой такой?
— Да не знаю, что-то я последние дни сам не свой. Как подменили. Сон ещё этот из головы не идёт.
— Что за сон?
Саныч пересказал приснившийся сегодня сон.
— Захватывающе, — сказал Пётр Степанович.
— Так ты представляешь, что это именно я был. И так всё отчётливо, как будто это и не сон вовсе. Такое ощущение, что я на самом деле там был. Голова ещё эта, до сих пор перед глазами стоит. Раньше мне ничего подобного не снилось.
— Да, дела… Саныч, ты особо не заморачивайся, это же просто сон, — сказал Пётр Степанович и махнул рукой.
— Да, сон, но понимаешь, Степаныч, чувствую, должно что-то произойти, а что именно — не могу понять. Ладно, отвлеклись от темы. Говори, что там у тебя?
— Саныч, ты же знаешь про вечную борьбу добра со злом?
— Ну, про это все знают.
— Скажем так, я немного перефразирую: борьба светлых сил и тёмных.
— Степаныч, от перестановки слагаемых… сам знаешь.
— Да, так вот. Отнесись серьёзно к тому, что я сейчас тебе скажу. Знаешь ты или нет, но в нашей Вселенной уже не одну тысячу лет идёт война между светлыми силами и тёмными?
— Лихо ты хватил за Вселенную. А кто эти…
— Саныч, погоди, дослушай, — перебил его Пётр Степанович и продолжил: — Наша планета оказалась в центре событий и война идёт и на ней тоже. Нашу землю почти захватили и поработили тёмные силы. Мы только что с тобой разговаривали о том, что всё очень сильно изменилось не в лучшую сторону.
— Ну, это видно невооружённым глазом, что в последнее время всё очень сильно меняется. Но я не думал, что всё с этим связано, — пожав плечами, сказал Саныч, внимательно смотря на Петра Степановича.
— Некоторые из тёмных захватывают души людей, полностью подчиняя волю, а некоторых другими средствами — деньгами, властью. Я кое-какие вещи видел своими глазами, мудрые люди мне показывали. Также существуют приборы, подавляющие волю, зомбирующие людей, и много других средств.