Алана
Шрифт:
– А где она лечилась?
– Поинтересовался у них Руслан, теряя последнюю надежду и хватаясь за соломинку.
– Где! Где! В онкологии.
– В Краснодаре?
– А где ещё? Не в Америке. Бедная пенсионерка. Здесь у нас. Куда ей.
Мужчины сели в машину.
– Куда теперь?
– спросил Василий.
– Возвращаться к тёще без вестей? Я не поеду. Улечу в Москву
– Рано звонить. Она может ещё и не добралась, - добавил Гаджимурад.
– Гаджимурад, ты же стоял рядом с Аланой, когда я отошёл. Неужели ты ничего не слышал?
Мужчина задумался. Он слышал фамилию Давыдов, кажется Давыдов. Сказать сейчас об этом Руслану, это значит ехать с ним дальше, но потом как он сможет избавиться от её мужа. Как он сможет увезти её, а тем более, если она реально за рубежом.
– Ничего я не слышал. Я вам кто баран? Если б слышал, сказал.
– Опять баран, да баран! У тебя все бараны. Теперь и ты сам, - засмеялся Василий.
– Да, не смешно. Далеко не смешно. Гаджимурад, ты поедёшь дальше со мной?
– Куда?
– В Москву.
– Я хочу в Москву, - обрадовался Вася. Я ещё не был в Москве.
– Нет, Руслан. Езжай сам. Мы побудем здесь с Галиной. Покрутимся, поищем.
Просто не забывай, держи нас в курсе. Нам важна каждая мелочь.
Гаждимурад, думал одно, а говорил совсем другое. Он вылетел в Москву следующим рейсом за Русланом. И оттуда в тот же вечер в Тель-Авив.
Ему больше не надо было искать Алану. Её близкие сами того не зная подсказали, что она в загранице. Гаджимурад просто набрал в поисковике - «Онкологический Центр Давидов», и нашёл центр в Израиле. Гаджимурад был уверен, что он на правильном пути и опережает Руслана на много. Ведь Руслану нужно обзвонить весь мир. А Гаджимурад и предположить не мог, что такая фамилия как Давидов - Давыдов насколько редкая, настолько и распространённая в этой области.
Одна неправильная буква, набранная в поисковике, занесла его в Израиль.
Теперь его заботило одно. Как уговорить эту девчонку поехать с ним. Как она не понимает, что её болячка это следствие родовых грехов и как только она примет Дар, болезнь отступит. За грехи надо платить или принять их.
То, что Алана платит по чьим - то грехам она уже поняла из кошмарных снов и пережитых событий. Они преследовали её каждый день. Через три дня её выписали. Она села в такси и счастливая, что едет домой, поехала в Московскую резиденцию. Врачи обещали сообщить ей результаты гистологического исследования позже, а пока рекомендовали встать на учёт по беременности.
Алана уже подъезжала к резиденции, когда заметила в машине у обочины знакомые лица головорезов Гаджимурада. Она попросила таксиста проехать мимо резиденции и по просёлочной дороге отвезти её обратно
Куда ехать? Что делать? Опять возник вопрос.
У неё навернулись слёзы. Первый раз за эти тяжёлые десять дней она расплакалась. Похоже, силы её были на исходе. Она чувствовала себя ненужной, одинокой, раздавленной, бездомной. И это всё притом, что у неё рядом в 10киллометрах была шикарная резиденция и куча родни, которая сходила с ума от безызвестности.
Но, нет. Она не хотела никого видеть. Не хотела жалости и причитаний. Не хотела ничего, кроме душевного покоя. А покой она потеряла. На душе скребли кошки. Чувство тревоги и страха не проходило. Преследовали кошмарные сны, непонятные болезни страхи, теперь и головорезы.
Она не знала, что с этим делать. Как побороть это душевное опустошение. Неведомая сила тянула её к бабке. И она уже сомневалась, может реально собраться и полететь в Махачкалу.
Алана так и сделала. Она приехала в аэропорт, купила билет и собралась уже на регистрацию как увидела миловидную монахиню с ангельским лицом. Она просто прошла мимо. Ничего не говорила, но в её глазах Алана увидела блаженство. Блаженство душевного равновесия и спокойствия. Она поняла, что именно это нужно ей сейчас, спокойствие и уединение.
Она сразу вспомнила последние слова отца во сне на операционном столе. Он столько раз говорил мне в монастырь. Я, конечно, слышала его. Слышала, но не хотела слышать.
Алана выбросила билет на Махачкалу в мусорку. Купила сим карту в соседнем ларьке и быстро набрала « Монастыри Московской области».
Серпуховский Владычный Введенский Женский Монастырь. Какая красота! Какая благодать!
А это фото в тумане, наполнено чем- то неземным.
Я еду туда. Точно туда, а эта крепость вокруг.
Алана уезжала всё дальше и дальше от Москвы, а бедный Руслан полный неведенья и страхов в это время в Московской резиденции обзванивал лучшие международные онкологические клиники. Он и представить себе не мог, что всего пару часов назад она была совсем рядом, так близко.
Больше всего его напугал звонок тещи, она стрепетом лепетала о похищении племянницы и чем больше она рассказывала тем, больше Руслан понимал причину, столь необычного исчезновения
Аланы.
Этот звонок убедил его, что Алана давно в Дагестане. Он бросил всё и помчался в аэропорт.
В аэропорту через давние связи ему сообщили, что Алана приобрела билет на Махачкалу двумя рейсами ранее.
С одной стороны он был счастлив, что нашёл её, что она жива. Неизвестно насколько здорова, но жива и это самое главное. С другой стороны его пугала встреча с бабкой.
Почему Алана до сих пор не включила телефон? По своей ли воле она туда полетела?