Аламут
Шрифт:
Мужчина прыгнул в лодку, отчего она сильно раскачивалась. Халима вскрикнула и прижалась к гиганту. Он рассмеялся высоким, почти детским смехом и ласково сказал: "Не волнуйся, маленькая газель. Сейчас я переправлю тебя на другой берег, и мы будем дома. Вот, садись".
Он усадил ее на удобное сиденье и начал грести.
Ей показалось, что она слышит вдалеке смех - легкий девичий смех. Она прислушалась. Нет, она не ошиблась. Она уже могла различить отдельные голоса. Ей показалось, что с ее сердца сняли груз. Возможно, в месте, где люди так счастливы, ее не ждет ничего плохого.
Лодка прижалась
Затем он вернулся к лодке и отплыл назад.
Одна из девушек подошла к Халиме, чтобы снять с нее повязку, а остальные заговорили между собой.
"Посмотрите, какая она крошечная", - сказал один из них.
Другой добавил: "И как молода. Она еще ребенок".
"Посмотрите, как она похудела", - заметил третий. "Наверное, путешествие сделало это с ней".
"Она высокая и стройная, как кипарис".
Повязка сползла с глаз Халимы. Она была поражена. Бесконечные сады в первом цветении весны простирались насколько хватало глаз. Девушки, окружавшие ее, были красивее чашниц. Самая красивая из них сняла повязку с глаз.
"Где я?" - спросила она робким голосом.
Девушки рассмеялись, как будто их позабавила ее робость. Она покраснела. Но красавица, снявшая с нее повязку, нежно обняла ее за талию и сказала: "Не волнуйся, милое дитя. Ты среди хороших людей".
Ее голос был теплым и защитным. Халима прижалась к ней, пока глупые мысли роились в ее голове. Может, меня привезли к какому-нибудь принцу, размышляла она про себя.
Они повели ее по дорожке, усыпанной белой круглой галькой. Справа и слева симметрично располагались клумбы, заполненные цветущими тюльпанами и гиацинтами всех размеров и цветов. Одни тюльпаны были огненно-желтыми, другие - ярко-красными или фиолетовыми, третьи - пестрыми или в крапинку. Гиацинты были белыми и бледно-розовыми, светло- и темно-синими, бледно-фиолетовыми и светло-желтыми. Некоторые из них были нежными и прозрачными, словно сделанными из стекла. По краям росли фиалки и примулы. В других местах распускались ирисы и нарциссы. То тут, то там раскрывала свои первые цветы великолепная белая лилия. Воздух был пропитан восхитительным ароматом.
Халима была поражена.
Они проходили мимо розовых садов. Кусты были аккуратно подстрижены, на ветвях появились пухлые бутоны, некоторые из них уже распускали красные, белые и желтые цветы.
Тропинка вела их все дальше и дальше через густые рощи гранатов, усыпанные красными цветами. Затем последовали ряды лимонных и персиковых деревьев. Они наткнулись на фруктовые сады миндаля и айвы, яблок и груш.
Глаза Халимы расширились.
"Как тебя зовут, малышка?" - спросила одна из девочек.
"Халима, - почти беззвучно прошептала она.
Они так смеялись над Халимой, что слезы едва не навернулись им на глаза.
"Прекратите смеяться, мерзкие обезьяны", - отругал их защитник Халимы. "Оставьте девушку в покое. Дайте ей отдышаться. Она устала и растеряна".
Халиме она сказала: "Не поймите их неправильно. Они молодые и шумные, но когда ты узнаешь их
Они пришли в кипарисовую рощу. Халима слышала журчание воды со всех сторон. Где-то вдалеке вода грохотала, словно пороги, низвергающиеся в водопад. Что-то блеснуло среди деревьев. Халиме стало любопытно. Вскоре она смогла разглядеть на поляне небольшой замок, белеющий в лучах солнца. Перед замком находился круглый пруд с фонтаном. Здесь они остановились, и Халима огляделась.
Со всех сторон их окружали высокие горы. Солнце падало на скалистые склоны и освещало покрытые снегом вершины. Она посмотрела в ту сторону, откуда они пришли. Между двумя склонами, образующими ущелье в конце долины, возвышалась, словно нарочно опущенная на место, огромная скала, похожая на гору. На ее вершине возвышалась мощная крепость, сверкавшая белизной в лучах утреннего солнца.
"Что это?" - испуганно спросила она, указывая на стены с двумя высокими башнями, возвышающимися по обе стороны.
Ее защитник ответил ей. "На вопросы будет достаточно времени позже. Ты устала, и сначала нам нужно принять ванну, накормить тебя и дать отдохнуть".
Постепенно Халима перестала бояться и стала внимательно наблюдать за своими сопровождающими. Каждый из них показался ей более очаровательно и красиво одетым, чем предыдущий. Шелк их широких брюк шелестел при ходьбе. Практически на каждой девушке был свой цвет, который подходил ей больше всего. Облегающие халаты были роскошно вышиты и украшены золотыми застежками, в которые были вставлены драгоценные камни. Под ними были яркие блузки из тончайшего шелка. На запястьях у каждой из них были богатые браслеты и ожерелья из жемчуга или кораллов. Некоторые ходили с голой головой, другие носили платки, обернутые вокруг головы как маленькие тюрбаны. Их сандалии были искусно вырезаны из цветной кожи. Халима посмотрела на свою убогость и устыдилась.
Может быть, именно поэтому они смеялись надо мной раньше, подумала она.
Они подошли к замку. Он имел круглую форму и был окружен лестницами из белого камня, которые вели к его входу. Крышу поддерживали многочисленные колонны, напоминающие древний храм.
Из замка вышла пожилая женщина. Она была длинной и тонкой, как жердь, и держалась очень прямо и, казалось, гордо. У нее была смуглая кожа и впалые щеки. В ее больших темных глазах было что-то напряженное, а тонкие сжатые губы производили впечатление непреклонности и строгости. Из-за ее спины рысью выскочила какая-то желтоватая кошка, необычайно большая, с необычайно длинными лапами. Заметив Халиму, она издала враждебное шипение.
Халима испуганно вскрикнула и прижалась к своему защитнику, который попытался ее успокоить.
"Не бойтесь нашего Аримана. Он может быть настоящим леопардом, но он ручной, как ягненок, и никому не причинит вреда. Когда он привыкнет к тебе, вы двое станете хорошими друзьями".
Она подозвала животное к себе и крепко взяла его за ошейник. Она разговаривала с ним до тех пор, пока он не перестал рычать и оскаливать зубы.
"Видишь, он сразу успокоился. Как только ты переоденешься, он будет относиться к тебе как к члену семьи. А теперь погладь его, чтобы он привык к тебе. Не бойся, я держу его на руках".