Аквамаг

Шифровик Евгений

— Лежачих не бьём, — успокоил его я, — а надо бы!

Вдруг боковым зрением заметил быстрое движение. Повернул голову и увидел, как Сава пнул молчаливого по голове. Точно, сильно и очень быстро.

— Это тебе за сестру, придурок!

— А-а-а!

— Сава, он меня даже не ударил.

— Но хотел же! Вот, будет знать теперь.

— Уходим, быстро, — прекратил я их спор. И тихо сказал лично для Савы, — не надо так делать, не забывай про честь.

Он уже не смотрел на меня как на того, кто слабее и глупее. Сава относился ко мне как к равному, а может

и лучшему. Я не против дружбы с ним, лишь бы он снова не начал заниматься этой подростковой глупостью, когда, чтобы доказать свою значимость, нужно принизить чужую.

— Ну ударил я лежачего, да — это плохо… — честно ответил он, — но… Кирилл, эти уроды достали всех!

— Позже всё обсудим, — бросил я, — нужно сматываться.

* * *

Мы убежали за пыльные холмы с редкой травой и запыхались, но больше нас видно не было. Молчание сопровождало нас всю дорогу. Но только потому, что было неразумно тратить воздух ещё и на разговоры. А я уверен, каждому из нас было, что сказать и что спросить.

Первым отдышался Сава, он и заговорил раньше нас. Я слушал его, а сам злился на свое нетренированное тело. Сильная отдышка капала на нервы.

— Шрам, а когда ты собирался сказать о… ну, что ты аквамаг?

— Не знаю, — пытаясь восстановить дыхание, ответил я.

Я бы сказал и раньше, но Рита предупредила. Теперь пришлось использовать силу, кажется, про неё скоро узнает вся деревня. Плохо это или хорошо не знаю, нужно дать девчонке слово.

— Сава, отцу про магию не говори!

— Почему?

— Пообещай, что не скажешь.

— Рита, ё-моё, да скажи почему?

— Ты папу что ли плохо знаешь?

— Нет, отца я знаю хорошо и уважаюы.

— Ну вот и подумай…

Минутная пауза. Верная мысль, судя по выражению лица, так и не пришла в голову парня. Я тоже не догадывался о причинах, из-за которых Тихомиру нельзя знать о моём магическом даре. Но в семейный разговор встревать не стал. Пусть закончат, потом уже я выберу вектор беседы.

— Ладно. Если папа узнает, что Кирилл маг, то он заставит его выйти в прорыв.

— Ты управляешь воздухом. Но тебя же он не заставляет? — в его понимании логичный аргумент.

— Я не маг, а одарённая. И вообще-то хороший папа не отправил бы даже дочь-мага в чёртов прорыв.

— Точно! Отец нас любит.

— Так, — всё-таки я вмешался, — а теперь объясните.

— Прорыв случается примерно раз в месяц. Из жерл вылезают самые сильные монстры. Некоторые похожи на людей и могут говорить.

— Ясно, а зачем ваш отец отправил бы меня к ним на растерзание?

— Потому, что в прорыв можно собрать самые лучшие сгустки… ну и поохотиться на самых сильных монстров. Сил на это всё бездарным и одарённым не хватит, только магам, — объяснила Рита.

— Так он сделает это? — не зная предела своих магических сил, я пока не понимал, это новая возможность или проблема.

— Может, ещё как, — ответила Рита, — ты ж не его ребёнок.

— Но ты не думай, наш отец хороший. Он всё для нас делает, — добавил парень.

— Конечно, — ответил я Саве, — так ты не расскажешь?

— Я… — он взглянул на сестру,

потом мне в глаза. Решение далось ему тяжело, — я смогу промолчать. Но если отец спросит прямо, то врать не стану.

— Спасибо, — сказал я.

Но нам ещё предстояло кое-что обсудить и решить, что мы скажем Дарье и Тихомиру. Они ведь точно увидят побитого Саву, с его лицом в красную полоску. Хотя я и Рита почти не потрепались.

— Как вы думаете, я правильно поступил законниками? — такой фразой я ясно обозначил, что беру всю вину на себя.

— Да!

— Нет!

— Так, мнения разделились, — улыбнулся я, — тогда объясните максимально понятно и прозрачно. Кто такой староста?

— Главный в селе, — ответил Сава, — все ему подчиняются.

— Это официальная власть? Его поставили городские чиновники или вы так договорились?

Мой вопрос ввёл их в ступор и тогда я спросил иначе.

— Противников его власти нет?

— Многие против, но так… по-тихому. Все боятся самого сильно в селе человека, — сказал Сава.

— Хм… Ясно. Расскажите про законников.

— Законника, — начала Рита, — следят за порядком. Не только следят, но и наказывают за нарушения.

— Люди всегда подчиняются?

— Приходится.

Мы почти пришли к убежищу, но решили остановиться, чтобы всё до конца обсудить. Продолжить разговор под землёй не получится.

— Снова спрошу. Вы думаете я поступил правильно?

Они ответили точно так же, как и до всех этих подробностей. Рита была категорически против того, чтобы нарушать закон. Хоть он и не совсем официальный, как я понял. Девчонка считала, что проще выплатить пени и потерпеть удары плетью, чем совершать ещё большие “преступления”. Но она всё равно была согласна с тем, что три придурка переиграли в законников и власть на них плохо повлияла.

Брат и сестра рассказали мне несколько историй, про то, как стражи порядка избивали и других детей. Причём делали это не всегда законно. Очень редко. Тед и двое его взрослых, но туповатых дружков так развлекались. И, как я понял, было совершенно не обязательно хоть что-то нарушать для того, чтобы попасть под их правосудие. О них пострадало много людей.

Чёртовы животные! Да они наказывали даже совсем малышей. Не зря мы дали им отпор. Ещё мне объяснили, почему это до сих пор не прекратилось. Чтобы Тед и его дружки остановились требовалось снять их с должности. И сделать это мог, кто-бы и сомневался, только староста. Его много раз об этом просили. Но он всегда отказывался ещё и угрожал наказанием.

Да у них тут настоящая диктатура.

Брат с сестрой рассказали немного и об Ольгерде. Так я узнал, что он очень жёсткий человек, если не сказать, что жестокий. Ещё я выяснил, что старик одарённый. Его способность — это каменная кожа. Оказалось, она настолько прочная, что он мог обходиться без брони. То есть совсем. Он никогда не носил кирас, шлемов или кольчуг.

— Раньше я думал, что перегнул палку. Но теперь, тогда я узнал Ольгерда и тех трёх придурков… Я больше не думаю, что мы нарушили закон и тем более поступили не по справедливости.