Акселератор
Шрифт:
– Папаэте - и девочки-туземки сделали мне ручкой, после чего дружно прыснули в кулачок. Затем, не переставая улыбаться, стали рассаживаться на горячий песок, не дойдя до нас метров десять. Я же со щелчком задвинул челюсть обратно, пробормотав с уважением.
– Паго-Паго, - и это была вторая, и последняя фраза, что я знал, вроде бы на полинезийском языке. После чего, мысленно перекрестившись, подумал, - неисповедимы пути твои Господи…
Но такой расклад и развитие событий не понравилось моим принцессам и всей прелести ситуации они не оценили. Ксо, как наиболее решительная и склонная к радикальным решениям, сердито сопя, порылась в вещах, вытащила
Психическая атака удалась. Туземки с писком подхватились и отбежали в сторону, но… всего на несколько десятков шагов. После чего снова уселись на песок. Похожим образом действуют воробьи, когда их отгоняют от буханки белого хлеба на земле.
Оценив этот маневр и поняв бесперспективность дальнейших действий, Ксо демонстративно повернулась спиной к резвушкам и направилась обратно к лодке.
В общем и целом, сложившуюся ситуацию еще иногда называют "sex appeal", но на жизненную коллизию еще и накладывался своеобразный любовный треугольник. А точнее даже четырехугольник, потому что деревенские мужики, правда, на значительном удалении, продолжали подзадоривать друг друга, пихаясь локтями и смачно сплевывая… Но пока без последствий.
Тем временем, я решил разоблачиться и снял сначала ботинки, а затем и рубашку с курткой. Это вроде бы простое действие вызвало настоящую бурю эмоций в стане местных женщин и мужчин. Но по-разному. С разным, так сказать, знаком. Девицы дружно стали закатывать глазки, поглаживать себе животик и гулко сглатывать слюну.
Пятеро самых пожилых из них подхватились и направились к поселку, как мне показалось, понимая, что уж им-то точно ничего от моих ласк не обломится. Еще шесть свистушек разного возраста двинулись в лес, как оказалось, собирать хворост. Трое выстроились в кружок и, искоса поглядывая в мою сторону, приступили к танцам. Они положили руки на плечи друг другу и, не балуя разнообразием, синхронно покачивая бедрами, с притопом делали шаг вперед. Затем со стоном выдыхали "о-о" и возвращались обратно на исходную.
Мужики же, а среди них встречались очень даже неслабые амбалы под два метра ростом, лишь усилили суету, да еще некоторым стали доставаться в качестве стимуляции не просто тычки локтями, а полновесные удары кулаком… Но пока ситуация получалась как по поговорке, бей своих - чужие бояться будут.
Минут через семь со стороны деревни прибежали женщины. У двоих в руках имелись маленькие пузатые барабаны, трое несли дудочки оригинального вида, чем-то похожие на флейты.
Ну, надо же, музыкальное сопровождение прибыло. Это уже становилось интересным. Музыкантши расселись позади танцовщиц и с отрешенным видом стали ждать.
К этому моменту стали возвращаться те женщины, кто ходил в лес. Все они несли громадные охапки сухих сучьев и травы. Через мгновение одну охапку сучьев использовали по назначению, и на пляже запылал костер. Трое из тех, кто нес скошенную траву, оперативно сформировали мягкую подстилку размером два на полтора, но почему-то не стали на ней рассаживаться, а отошли в сторонку и уселись на песок. Сразу после этого шеренга танцующих распалась и они тоже расселись на земле, а музыкантши переглянулись и начали играть. С первых же тактов, я понял, что меня ждет, куда я попал и где мои вещи.
Но и мужики тоже это
Я хлопнул по бедрам и рассмеялся от предстоящего удовольствия, а мои девочки, выстроившись рядком, прислонились к борту лодки, сложили руки на груди и, усмехаясь, приготовились наблюдать за спектаклем. А я что, я такой, я оправдал их ожидания. Шоу получилось на славу - в духе продвинутых туземных боев без правил.
Для меня первостатейной важностью являлось то, что драка предстояла честная - никакого холодного оружия. Со стороны туземцев только кулаки, зубы и когти. Но зато их было много. Ну а я, одинокий благородный тигр и одновременно умудренный в битвах и схватках сэнсей, собирался использовать все - ноги, локти, плечи, коленки, голову и даже, свою отнюдь не мягкую попку.
Всего деревенских ухарей на мою голову набралось двадцать два рыла и, навалившись всем скопом, они вполне могли задавить своей массой. Но я ведь не первый год замужем… А они… им просто не хватило стратегического мышления. Строиться они должны были не свиньей, а в шеренгу и полумесяцем.
Так что в разыгрываемой партии у меня имелось много козырей в рукаве и один из первых это скоростной маневр. В принципе, заниматься активной физкультурой, прыгать и скакать на рыхлом песке занятие неблагодарное. Соответственно, кое-какие вещи из высших сфер особо продвинутого мордобоя, сделать на таком татами просто невозможно, но зато и производственный травматизм существенно снижался… Падать на землю, так даже приятно. Даже синяков не остается.
Я же не хотел никого не убивать, не калечить. Главной моей задачей являлось отмерять каждому драчуну ровно столько пилюль, сколько требовалось, чтобы человек пролежал в отключке не более пяти минут, и потом мог на своих двоих добраться до поселка. А вслед за тем лечиться, но не дольше недели.
Вся драка, а лучше сказать, избиение, происходила на небольшом пятачке пляжа. Фактически я кружил на одном месте и за мной, как стадо баранов, ломила толпа разъяренных мужиков. Но с каждым мгновением группа редела и в течение десяти минут я ухитрился положить на землю всех.
Для этого старался не повторяться ни в чем, по возможности, как по прописи, ускользая от прямого контакта, бил руками и ногами с дальней, средней и короткой дистанции. Как следствие, парни получали отменные удары в торец, глаз, челюсть, поддых… Меняя рисунок боя, резко запрыгивал в самую гущу толпы и работал локтями, коленями и головой. Пугал народишко пронзительными воплями, создавая суету и неразбериху. На короткое время на возвратном движении выпадал из поля зрения, оказывался в тылу и отоваривал от души туземцев в спину по почкам или по затылку. Толкал горячих деревенских парней друг на дружку, добавляя им импульса смачными пинками и ударами. Бил по протянутым к моему горлу рукам, валил на землю подсечками… В общем, испробовал почти все - чему учился и чему учили. И все это практически на автомате, но с воодушевлением и наслаждением.